Полюбить ее

Очнулась Шин уже в больнице с болью в горле. Ей хотелось пить и она осмотрелась, ища графин с водой и замечая свою маму с Юилиан. Женщина тут же подорвалась с места и бросилась к дочери, обнимая ее.

- Господи, Мика, мы так испугались, - воскликнула женщина, сильнее стискивая в объятиях свою дочь и не переставая плакать. - Ты в порядке? - спросила она, наконец отпустив Шин и поправляя ее одеяло. Мика замерла, не в силах что-либо сказать. Женщина вышла из палаты, так и не получив ответа на свой вопрос.

- Ты в порядке? - повторила вопрос женщины Юилиан, садясь на стул подле кровати. Шин усмехнулась. Совсем не веря в настоящее волнение Юилиан.

- Родителей нет здесь, можешь, прекратить притворяться паинькой. - Юилиан замерла на несколько секунд, затем усмехнулась и потерла переносицу, начиная что-то бармотать.

- Хорошо, спасибо, что разрешили мне, прекратить это притворство, ваше величество, - произнесла Ван сквозь зубы. Она поклонилась, так наигранно, что Мика была полна раздражения.

- Да как ты... - не успела договорить Мика, как их "милый" разговор прервала открывающаяся дверь, за которой стояли: мама девушки, ее отчим и какой-то мужчина, который взял халат, что висел в палате. Шин считала, что доктора должны носить эти белые халаты всегда, когда они находятся в больнице, поэтому Шин посчитала его некомпетентным врачом.

- Что ж, пациентка Шин, хотим домой? - улыбнулся доктор, садясь на край кровати. Шин возмущенно взглянула на мужчину, тут же дергая свое одеяло, от неожиданности доктор вскочил на ноги.

- Во-первых, не мы, а вы! - поправила его Шин. - Во-вторых, чего уселся на, временно, мою кровать? - Мика никогда не вела себя уважительно по отношению к чужим людям. Может это было защитная реакция, а может Мика сама такая.

- Вас уже можно выписывать, ваш приступ не настолько серьезный, чтобы ложить в больницу. Но, настоятельно рекомендую вам принимать таблетки, - сказал он врач и вышел из палаты, оставляя семью наедине друг с другом.

Мика хмыкнула, говоря, что как раз надеялась скорее уйти отсюда. Мама Шин одарила дочь неодобрительным взглядом и помогла одеться.

Уехали они сразу же, девушка больше не желала оставаться там. Шин быстро пошла в свою комнату, стоило им пересечь порог дома. По дороге она встретила Чонгука, который скривил лицо, заметив ее.

- Чего ты тут свое лицо кривишь? Не надо, твоя внешность и без этого не очень идеальная (ага, да), - сказала Мика, уже открывая дверь комнаты. Чонгук раздраженно выдохнул и прикрыл глаза, протирая их. Это напомнило Мике Юилиан в больнице. Сразу видно - друзья.

- Ты бы лучше спасибо сказала. Если бы не я, ты бы тут не стояла, что-то вякая своим писклявым голосом, - буквально «выплюнул» Чон эти слова в лицо Шин, сверкая своими глазами, в которых полно злости и ненависти к девушке.

- В смысле? - Шин не поняла смысл его слов, и потому спросила. Чонгук усмехнулся, отвел взгляд, затем снова посмотрел на девушку.

- Кажется, ты не вкурсе, кто вызвал скорую. Ты должна меня благодарить, ведь если бы не я, ты бы умерла, - ехидно улыбнулся Чон, смотря на удивленное выражение лица Мики. - Что? Не ожидала? - хмыкнул Чонгук, спускаясь вниз.

- А кто тебя просил? - крикнула Шин ему в догонку. - Тебя кто-то просил вызывать скорую? - Мика не станет благодарить его. Ни за что. Мика не станет опускаться так низко. Это ударит по ее гордости.

- В следующий раз, оставлю тебя там же, - пробормотал он, но Мика прекрасно слышала его слова.

Верно, оставь, если подвернется такая возможность. Не глупи, спасая такую, как я, которой было бы плевать на тебя, - подумала Шин, заходя в свою комнату.

Она где-то час провела в ванне с ароматизированной бомбочкой. Это была роза, если Шин не ошибается. Она просто кинула в воду первую попавшуюся, а цветами никогда не интересовалась.

Ей позвонила Рэсон, пока она пробыла там. Ничего важного, как считала Мика, не рассказала и не спросила. Так что этот разговор можно забыть. Не особо информативный. Вылезти ей пришлось, только потому что нужно принимать таблетки. Ее мама купила для нее наручную напоминалку. Это было что-то вроде часов, что пищат, когда надо принять лекарства. Шин не знаю, как они называются, поэтому "наручная напоминалка". Зато все понятно.

Мика как раз переодевалась, когда дверь комнаты открылась и показался Чонгук, собственной персоной. Просто представьте сколько криков было. Шин чуть ли не сорвала голос, а ей вроде как нельзя напрягать горло.

А красное лицо друга Юилиан смешило. Впервые, за то время, что он в этом доме, Мика видела его настолько смущенным. Ей хотелось смеяться и швырнуть в него кроватью одновременно, но второе значительно больше. А так как Мика - хрупкая девушка - не особо сильная, она кинула в него свой тапок. Чонгук тут же вылетел из комнаты, хлопнув дверью.

На ужин Мика так и не спустилась, потому что: 1. Она все равно не ужинает.
2. Ей было... Неловко. Как бы ей не хотелось этого признавать, но Шин была жутко смущена. Э

- Мика? - в дверь постучали, судя по голосу - родительница девушки. - Почему ты не спустилась? - спросила она, проходя внутрь и садясь на кровать, рядом со своей дочерью.

- Это ты отправила Чонгука? - проигнорировав ее вопрос, Мика задала свой. Не то, чтобы она не хотела об этом говорить... Хотя, так и есть - она не хотела вспоминать об этом.

- Нет, Юи попросила его.

Юи попросила. - Для Мики это тихий ужас. - Как можно сокращать имя человека?

По мнению Шин, это тонкий намек на собственную тупость, из за которой они не могут произносить это самое имя. Ну, или просто им не нравится имя, как маме, например, не нравится имя Микаэллы, а это потому что придумал отец Шин, но в скором времени развелся с женщиной. Она сначала впала в истерику, найдя клочок бумаги, а потом в депрессию, пока не решила таки появиться на работе, а там новый сотрудник - Ван Вэнгю. Тоже развелся и тоже с дочерью. Сколько лет они встречались, пока не решили "обрадовать" Мику на ее день рождения. Вот тогда истерила уже она.

- Все, мам, мне надо уроки учить, поэтому ты можешь уйти? - Шин никогда не намекает - говорит прямо, не обращая внимания на чувства других. С родительницей у нее отношения не заладились еще, когда был отец девушки, а он ушел, когда Мике было годиков десять-одиннадцать, поэтому у нее нет ощущения вины. У Мики не возникает таких мыслей, никогда.

Когда-то женщина пыталась наладить отношения с дочерью и, если судить честно, то Мика из-за нее и избалованная. Потому что ее мама начала покупать ей все, что она захочет и у девушки возникла мысль о том, что ей можно все и это так. Мике можно все!

Женщина вздохнула и вышла, прикрыв дверь, а девушка разлеглась на кровати, думая: "Надо бы сказать Рэсон, чтобы сделала домашнее задание. А-то, я не хочу".

- Рэсон. - Шин вышла из комнаты, собираясь пойти на улицу. Дома для нее стало слишком душно. - Ты сделала уроки? - В ответ Мика услышала тихое: "нет, собираюсь". - Быстрее. Я не хочу получить двойку, только потому что ты не выполнила задание.

И Мика сбросила трубку.

- А самой выполнить не судьба? Или ты такая тупая? - послышался мужской голос сзади. И Шин не доставляет труда догадаться, чей он. Мика усмехнулась и повернулась к, кажется, забывшему про недавний инцидент, парню.

- Я никогда его не выполняю и не вижу смысла что-либо менять. А ты? - спросила я и спустилась вниз. Чонгук крикнул:

- Вижу! - И зашел к себе. Мика не сдержалась и закатила глаза. Ничего не делает, кроме как глаза мозолить своей физианомией.

Девушка надела туфли на не очень высоком каблуке и вышла. Уже темно, но сидеть дома невозможно. Шин никогда не волновалась насчет каких-то там насильников и убийц - выдумка это все. А то, что они есть в каждой дораме, ничего не значит. В Сеуле не на каждом углу психи, избежавшие тюрьмы и психиатрической больницы. Шин они не пугают, в любом случае.

Она медленно шла по шоссе, стараясь не вдыхать запах бензина. Тут, на удивление, машин вообще нет.

Она думала, чтобы можно придумать. Иначе, узнав о ее болезни, одноклассники не упустят возможности опустить Мику в глазах общества.

- Что бы такого сказать? - вслух размышляла Шин, продолжая идти.

- Эй, блондиночка, - услышала Шин противный голос, это не мужчина, а парень, в этом она уверена.

Мика, раздраженная тем, что ее мысли прервали, повернулась к нему. Он был с сигаретой в руках и, когда он подошел ближе, этот запах неприятно ударил в нос. Мика закашлялась.

- Развлечемся? - ухмыльнулся парень, закидывая руку на плечо девушки. Шин, сморщившись, откинула его руку и оттяхнула кофту. Немного отойдя от него, она набрала в легкие побольше воздуха, затем выдохнула и начала:

- Во-первых, ты кто? - парень хмыкнул и пробормотал по типу: "Разве это важно?". - Да! Во-вторых, чтобы не прикасался ко мне. В третьих, считаешь, ты настолько крут, что можешь просто так «развлечься» со мной?

- Э? - Этот парень почесал затылок и уставился в никуда, но через секунду опять посмотрел на девушку. - Да, я крутой, - сказал этот и попытался обнять, но Мика отошла в сторону и он чуть не грохнулся.

- Не прикасайся ко мне! - я продолжила свой путь. Парень что-то буркнул и плюнув, ушел.

Придурок, даже подкатывать не умеет. Что за человек?

- А я могу к тебе прикоснуться? - Впереди стоял тот, кого Мика не видела долгое время. Очень долгое.