5 Глава.
Послышался громкий хлопок, чем-то похожий на выстрел. Сохва вздрогнула, тут же поджавши ноги под себя, и поняла, что нужно бежать. Бежать, не останавливаясь. Уж не очень ей хочется быть пристреленной этим же пистолетом. Поэтому лучше собрать свои силы в единое целое, откинуть куда подальше злосчастные туфли и приготовиться бежать.
— Господин, это не моё дело, но мне кажется, что выстрелами вы только спугнёте её. — хрипит мужчина, и Чонгук хмыкает.
— Ей нечего бояться, — ухмыляется он в ответ, — тем более, я не собираюсь её пока что убивать. Слишком рано. Если судить по логике девушек, а я уверяю, что у них с логикой туго, то она побежит в якобы противоположную сторону. Но нужно учитывать, что в лесу присутствует эхо. — Чон разводит руками, всем видом показывая, что говорит очевидные вещи.
«Правда, очевидные, но не для всех», — усмехается он со своих же мыслей и снова делает выстрел.
— Пиздец, — выдыхает Сохва, придумывая следующий план действий. В какую сторону и в каком направлением нужно бежать – неизвестно. Именно это всё усложняет. Наверное, впервые за всю свою жизнь она в такой ситуации. Ей вроде бы всё равно, но в то же время не покидают мысли о том, что нужно где-то найти безопасное укрытие.
Осознание всего происходящего к Хан так и не приходит. Единственное, что её сейчас волнует так это собственные ноги, которые нехило пострадали не только от туфлей, но и от всяких коряг, встречающихся на пути. Кто же мог подумать, что всё обернётся таким образом? Тэхён. Тэхён. Тэхён.
Тэхён.
Это имя не хочет выходить из головы Сохвы, она всеми силами пытается избавиться от мыслей о нём, но никак не получается, ибо всё это из-за него. Это именно Тэхён – последний лицемер, который готов продать человека за какую-то железяку. Это именно Тэхён – бесчувственная, завидующая падаль. Хан болезненно потирает уже уставшие глаза и с вызовом глядит на еле идущие ноги.
— Ну что? Продолжим идти или может плюнем на этих даунов и будем делать всё, что хотим? — разговаривает со своими ногами Сохва, подозревая, что у неё постепенно едет крыша, но факт остаётся фактом: нужно что-то делать. Только...что именно? Хан хватается за голову, оглядываясь по сторонам. Выстрелы не дают ей спокойно выдохнуть. Но с каких это пор она стала волноваться по поводу таких мелочей?
Тэхён — ошибка природы. Сохва поняла это уже довольно давно, и даже не думала сомневаться в этом, так как Ким каждым своим поступком всё больше и больше подтверждает данное.
— Господин, — снова произносит мужчина, и Чонгук закатывает глаза, полностью показывая своё недовольство. — возможно, мне конечно кажется, и у меня глюки, но я слышу шорохи где-то рядом. — Чон после этих слов застывает, навостря уши. Он тоже слышит какие-то звуки, правда, это может быть и не Сохва, а просто ветер. Нельзя верить каждому шороху и звуку. Это может оказаться даже животное, поэтому присутствуют сомнения.
— Твою мать, — шикает Сохва, когда видит в далеке две чужих спины, и стоящие рядом машины, — неужели, блять, я сделала тупо круг по всему лесу и вернулась обратно? — ужасается девушка, и с жалостью переводит взгляд на свои ноги, — это всё было зря, пиздец, — шепчет она и разворачивается в другую сторону.
Сохва вздрагивает немного, понимая, что бежать в другую сторону очень рисковано. Точнее, лучше этого вообще не делать.
Спустя несколько секунд, ею было принято решение никуда не двигаться, и сидеть на жопе ровно. Хан озадаченно обводит взглядом местность, думая, куда бы примкнуть своё тело, дабы не попасться на глаза Чонгуку.
— Всё-таки, она ещё глупее, чем я думал, — задумчиво хмыкает Чон, а Сохва застывает, пытаясь прислушаться, но парень находится слишком далеко от неё, поэтому практически ничего не слышно.
Девушка немедля приближается к дереву, которое она заметила несколько минут назад, спеша скрыться за зелёной листвой и широким стволом. Здесь, именно с этого места, открывается отличный вид на Чонгука, но его всё так же не слышно. Сохва шикает, закатывая глаза. Что будет, то будет. И нечего переживать из-за этого. Она и не из таких ситуаций выкручивалась.
«Он же дебил, не додумается, что я стою в нескольких метрах от него» — проносится в мыслях брюнетки, как её глаза тут же встречаются с тёмными омутами, затягивающими и гипнотизирующими одновременно. Она тихо вздыхает, с неким разочарованием осознавая, что её заметили. Теперь нужно бежать, и придётся плюнуть на ноги, которые жутко болят.
Чонгук усмехается, разворачиваясь всем телом к девушке. Он играет бровями, своей ухмылкой открыто говоря, что победа сегодня за ним.
Раз.
Два.
Три.
Сохва тут же срывается на бег, унося ноги в противоположную сторону. Но Чон снова стоит на месте. Никуда не спешит. Сегодня будет весело, и он это уже видит. Парень молча поднимает пистолет, несколько раз стреляя в небо, а затем с коварной улыбкой наводя прицел на Хан.
Брюнетка отчётливо чувствует на себе тяжёлый взгляд, и похоже уже не только его.
— Дурочка, — шепчет Гук, стреляя немного правее. Ему без разницы попадёт ли пуля в Сохву. Тем более, она сама виновата. И вот спрашивается, смысл строить из себя недотрогу, если в любом случае Чонгук выиграет в этой битве?
Сохва будто слышит мысли Чона, поэтому тут же прекращает бег, моментально останавливаясь. Она разворачивается на триста шестьдесят градусов прямо лицом к парню.
«Хорошо, допустим. Твоя игра. Но она всё равно будет по моим правилам», — думает Хан, ухмыляясь.
Чонгук вскидывает бровь, видя, что та задумала явно нехорошее. Он хмыкает, всматриваясь в чужие глаза. Неужели она и вправду не так проста? Брюнет озадаченно рычит. Сегодня это и проверим. Главное, быть всегда начеку.