Вторая весна🌸
16
— Мам, пап, вы что-то мне не договариваете! — Ари, едва научившись уверенно строить фразы, уже умела чувствовать перемены. Она вертелась на диване, глядя на них с прищуром. Её мишка Томи «слушал» разговор с такой же серьёзной мордочкой.
Хёнджин не сдержал улыбку, а Мира села рядом и аккуратно пригладила дочке волосы:
— Мы хотели рассказать тебе кое-что… важное.
— Ура! Щеночек?!
— Нет… ещё лучше, — Хёнджин присел перед ней на корточки и взял её маленькие ладошки в свои, — через несколько месяцев у тебя появится младший братик или сестричка.
Ари на секунду замерла.
А потом её глаза округлились, губы растянулись в широчайшую улыбку, и она вскочила на ноги:
— Сестра! Я хочу сестру! Нет! Братика! Нет! Сестрочку и братика! О-ба-их!
— Посмотрим, кого выберет небо, — Мира засмеялась и притянула дочь к себе.
Ари обняла её с неожиданной бережностью, прижала щёчку к животу:
— Привет, малютка… я твоя Ари… Я буду тебя оберегать. Как папа маму.
Хёнджин в это время молча смотрел на них, и что-то внутри него сжималось от счастья и лёгкой тревоги.
---
Первые перемены в доме
Спустя пару недель в доме началась суета.
Хёнджин с Мира стали перестраивать одну из комнат: мебель, свет, коврики. Ари с радостью «помогала» — выбирала игрушки, приносила подушки и пряталась в коробках.
— Этот мишка теперь будет малыша! — объявила она, ставя старенькую игрушку в кроватку.
— Ты уверена? Это же твой Томи… — с нежностью уточнила Мира.
— Я выросла! Теперь у меня другие игрушки. А Томи станет её первым другом!
Хёнджин нежно поцеловал Миру в висок, когда та устала опустилась на диван. Живот всё ещё был почти незаметен, но усталость всё чаще напоминала о себе.
— Пора замедлиться, любимая, — прошептал он.
— Я стараюсь, — устало улыбнулась она, — просто хочу, чтобы всё было идеально.
— Уже идеально, Мира. Мы вместе.
---
Тень прошлого
Ночью ей приснился он.
Тот, кого не арестовали.
Тот, кто когда-то шантажировал, пытался контролировать её жизнь… и обещал, что ещё вернётся.
Мира проснулась резко, вся в холодном поту. Хёнджин сразу же проснулся, обнял её:
— Снова кошмар?
— Он был в парке. Смотрел. Молчал. А потом… исчез.
— Это был просто сон, милая. — Он прижал её голову к своей груди. — Я никому не позволю даже прикоснуться к тебе. Ни к тебе, ни к нашей дочери. Ни к малышу.
— Но ты знаешь… он ведь всё ещё где-то там. Его не поймали. То есть поймали... но он сбежал же как то...
— Знаю. И мы его найдём. Я сделаю всё, чтобы прошлое больше не имело власти над твоим будущим.
---
На следующее утро Хёнджин надел форму, поцеловал дочь и жену в лоб, но перед уходом задержался в прихожей.
— Мира.
— Да?
— Мне не даёт покоя твой сон. Я… хочу снова открыть старое дело. Поговорить с коллегами.
— Думаешь, он рядом?
— Надо убедиться. Сейчас ты носишь под сердцем наше второе чудо. Я должен защитить вас.
Он погладил её округляющийся живот и добавил:
— И ты должна думать только о хорошем. Всё остальное — моя забота.
Мира молча кивнула, проводив его взглядом. В этот момент Ари подбежала к ней с раскраской:
— Мам! Нарисуем нашу семью?
— Конечно, солнце.
И пока Мира сидела с дочерью, улыбаясь, что-то в глубине души подсказывало: гроза может прийти, когда небо ещё светлое.Но теперь она не была одна.
Прошёл всего один день после визита к врачу, но в доме уже витала особенная атмосфера. Казалось, стены сами знали: в них снова растёт новая жизнь.
Утром в спальне Хёнджин проснулся раньше. Его взгляд был прикован к лицу жены. Мира лежала, уткнувшись носом в его плечо, дышала тихо и спокойно. Он провёл пальцами по её волосам, по щеке, улыбаясь. Потом опустил руку к животу.
— Доброе утро, крошка, — прошептал он, целуя её живот. — Мы тебя очень ждём.
Мира зашевелилась, не открывая глаз, улыбнулась и нащупала его ладонь.
— Она ещё даже не выросла, а ты уже разговариваешь с ней? — спросила она сонно.
— Это может быть он — возразил Хёнджин, усмехнувшись. — Но я уже вижу, ты сияешь. Я тебя люблю, Мира.
Она потянулась, села и обняла его за шею.
— Я тоже тебя люблю… И знаешь, я чувствую себя счастливой. Чуть-чуть уставшей, чуть тошнящей, но счастливой.
В этот момент дверь приоткрылась, и внутрь заглянула маленькая головка с непослушными тёмными локонами.
— Мамочка? Папочка? — спросила Ари, хмуря бровки. — Вы опять шепчетесь без меня?
— Иди сюда, солнышко, — засмеялась Мира, распахнув объятия.
Ари забралась на кровать и устроилась между родителями. Она приложила ладонь к животу мамы и нахмурилась.
— А это кто?
Хёнджин и Мира переглянулись. Сердце Миры сжалось — она не знала, как объяснить это двухлетней малышке.
— Это… твой будущий братик или сестричка, — сказала она мягко.
Ари сделала круглые глаза.
— Ты съела ребёнка?!
Они оба не сдержали смех. Мира прижала дочь к себе, целуя в макушку.
— Нет, солнышко. Он растёт у меня в животике. Помнишь, ты тоже там была когда-то?
Ари нахмурилась.
— Я тоже была внутри тебя? Как это? Я плавала?
— Можно и так сказать, — ответил Хёнджин, стараясь не рассмеяться снова.
— Но это значит, что ты росла под маминым сердцем. Как и твой братик или сестричка сейчас.
Ари задумалась, а потом прошептала:
— А ты будешь любить его больше, чем меня?
Эти слова резанули сердце Миры. Она тут же прижала девочку к себе.
— Никогда, Ари. Ты — моя первая любовь. А он или она — тоже любовь. Просто другая. Наше сердце большое, оно умеет любить сразу всех.
Ари успокоилась и заснула на руках у мамы, а Мира долго смотрела на неё, не в силах сдержать слёзы.
---
В доме начались мелкие перемены. Хёнджин каждый вечер возвращался с работы с чем-то для будущего малыша: мягкий плед, маленькие пинетки, первый бодик.
Ари рисовала на стенах фломастерами "свою семью" — теперь в рисунках появлялся ещё один карапуз.
Но Мира... она всё чаще ловила себя на беспокойстве. Сны стали тревожными, тени прошлого, казалось, снова тянулись за ней. Один из таких снов заставил её проснуться в холодном поту.
Хёнджин проснулся от её всхлипа.
— Снова сон?
— Да… Он был там. Тот человек… Он снова меня нашёл… — Мира крепче прижалась к мужу. — Мне страшно, Хён… Я не хочу, чтобы что-то случилось.
Он молча гладил её по спине.
— Он не посмеет, Мира. Я рядом. Я защищу тебя. Всегда.
---
Через несколько дней, когда Хёнджин собирался уходить в участок, он задержался на пороге.
— Я зайду в архив. Хочу поднять старые дела. Есть один человек, с которым мне нужно поговорить. Думаю, кое-что я упустил тогда...
Мира насторожилась.
— Ты снова копаешь в том, что было?
— Не копаю, Мира. Я просто не хочу, чтобы прошлое снова догнало нас. Особенно — тебя. Особенно — сейчас. Она кивнула, не споря. Хёнджин поцеловал её в лоб и ушёл, оставив в воздухе тишину и лёгкое напряжение.й
---
Вечером он вернулся хмурый. Сначала пытался скрыть, но Мира видела — что-то тревожит его.
— Хён?
Он сел рядом с ней, положив руки ей на бёдра, и молчал несколько секунд.
— Дело с твоим бывшим знакомым… Оно снова на поверхности. Есть свидетели. Показания. Кто-то недавно видел его. И, возможно, он уже снова в городе.
Мира побледнела.
— Ты думаешь… он может нас искать?
— Не думаю. Я уверен. И я не позволю ему приблизиться.
Он посмотрел на неё с твёрдой решимостью.
— Завтра я подам ордер на его арест. А сегодня... Сегодня мы будем просто вместе. В тишине. В любви. С нашей дочкой. И с нашей крошкой, которая уже в тебе.
Мира слабо улыбнулась, прижав ладонь к животу. Сердце забилось быстрее — от любви. И от страха.