16
Чон Чонгук
Я уже привык к тому, что в этой обители переполоха мне не дадут выспаться. Если сегодняшняя ночь, как компенсация ужасной предыдущей, прошла на мягкой кровати в обществе моей обожаемой Лалиса, то вот утро не изменило традиции.
— Лалиса!!! — громоподобный стук в дверь заставляет меня поморщиться.
Открываю один глаз и тут же расплываюсь в блаженной улыбке. Ну не могу я по-другому смотреть на лежащую в моих объятьях ведьмочку. Кстати, об этом. Не ведьмочка она вовсе. Взгляд мой скользит по тонким рукам и спускается на запястья, которые светятся золотистой меткой. Драконица она, и сапфировые чешуйки на моих руках тому доказательство. Где-то в дальних предках Лалиса затесался сапфировый дракон.
— Лили, да чтоб тебя! — снова буянит за дверью Дженни.
А ее драгоценной хозяйке хоть бы хны. Самодовольная улыбка снова растягивает мои губы. О да, я этой ночью отыгрался за все «ни-ни», которыми она меня удерживала. Будоражащие картинки вновь кипятят кровь, вызывая однозначную реакцию тела.
— Та-а-ак, — расстроенно тяну я, понимая, что сейчас нам не дадут продолжить «банкет».
Осторожно вытягиваю руку из-под Лалисы и, не удержавшись, нежно целую ее. Мимолетно касаюсь губ, искренне переживая, что не остановлюсь. Но скрип двери, ведущей в лабораторию, очень быстро возвращает меня в реальность. Оглянувшись, обнаруживаю заспанную морду Ноки. Фракис окидывает комнату и меня безразличным взглядом. Останавливается на метке и тут же его рожа становится ехидно-довольной.
— Хы-хы-ы-ы, — тянет Ноки, крадучись бочком к разбросанным по полу вещам.
— Я тебе сейчас! — соскакиваю с кровати и, схватив штаны, отгоняю одежного маньяка от юбки Лалиса. — Хы, понимаешь ли. Будто это твоя заслуга. Сам сколько раз саботировал мои попытки проверить истинность?
— Лалиса! — разносится новый вопль под дверью.
— Да сейчас! — рявкаю шепотом, оглядываясь на женушку.
Но та лишь вздыхает во сне, смешно морща аккуратненький носик. Была б моя воля, зацеловал бы все ее лицо, настолько Лалиса для меня идеальна.
— Хы-хы, — тем временем фыркает Ноки, плюхаясь на задницу и с тоской следя за тем, как отодвигаю от него вещи. — Хы!
— Да дадим мы тебе пожрать, — огрызаюсь я. — И к врачу сводим, не нравится мне эта твоя одержимость вещами.
— Хы! — возмущенно выдыхает Ноки и с видом оскорбленной невинности дефилирует на тахту.
— Все зависимые так говорят, — бормочу я.
Быстро натягиваю брюки и направляюсь к двери. Плевать, что на мне только штаны, может получится смутить Руби и та предпочтет ретироваться, чем пытаться снова повесить новые проблемы на свою начальницу.
— Лис...
Дженни, занеся кулак для очередного стука, замирает, остановив руку в каком-то миллиметре от моей груди. Снисходительно смотрю на застывшую помощницу, которая за ночь покрылась еще большим количеством лоз и цветов. Видимо действие зелья со временем и вправду усиливается. Всё, как говорила Лалиса.
— Ой, — выдает Дженни, поднимая на меня взгляд. Затем склоняет голову набок и смотрит на постель. — Да ладно?
— А были сомнения в другом исходе? — не удерживаюсь от ехидства.
— Ну-у-у, — тянет помощница, отступая на шаг и бросая на меня оценивающий взгляд.
— Да брось ты, — продолжаю ухмыляться я.
Складываю руки на груди, прекрасно понимая, как внушительно теперь смотрится моя фигура. Ну да, самодовольный придурок, но хочется щелкнуть Руби по носу. Чтоб знала, как чужое хозяйство обсуждать.
— Ну, вообще-то, если говорить начистоту, — Помощница отводит взгляд к потолку и покачивается с пятки на носок. — То я изначально ставила на тебя.
— Да ладно, — теперь мой черед удивляться.
— В гостинице прохладно, — показывает язык Дженни и мелодично смеется. — Поздравляю в общем. Только учти, если разобьешь ей сердце, я тебя собственными лозами придушу.
— Вот напугала дракона травой, — в тон ей отвечаю я. — Но, если серьезно, Дженни, клянусь — сделаю все, чтобы Лалиса была счастлива. Ни одна гадость больше не испортит ей настроение.
Жду улыбки от помощницы, но вместо этого вижу, как она еще больше зеленеет.
— Проклятье, я ж как раз по этому поводу!
— По какому?
— Гадость, Чонгук! Очередная гадость!
— Да что случилось? — злюсь я. — Опять кто-то купался в источниках и превратился в древоточцев? И теперь у нас нет мебели?
— Да если бы, — вздыхает Дженни. — Тараканы сожрали всю трушанику, которую мы собрали.
— Как всю?
Резко оборачиваюсь и вижу панику в глазах Лалиса. Приподнявшись на кровати, женушка смотрит на прячущуюся за моей спиной помощницу. Лалиса такая сонная и разморенная, а уже успела испугаться. И за это мне хочется не только насекомых нашинковать, но и гонца, принесшего дурную весть, в наряд отправить.
— Лалиса, ты не переживай, — начинает лепетать Дженни. — Тебе, наверное, сейчас и нельзя, да?
— В смысле?! — спрашиваю в унисон с женушкой.
— Так-то драконы славятся меткостью, — глупо хихикает Дженни. — А ты ж наверняка никаких предохраняющих зелий не пила.
— Что? — продолжаю пребывать в шоке.
— С чего ты решила? — хмурится Лалиса.
— Ну судя по тому, как вы вчера неслись на второй этаж, вам не до зелий было, — Дженни, поняв, что четвертовать ее не будут, ехидно посматривает на нас. — Так спешили, что вся гостиница полночи на ушах стояла.
— А ты, я смотрю, так этим событием впечатлилась, что забыла о наших прожорливых постояльцах и не выполнила мой приказ стеречь ягоду? — зло прищурившись, уточняет Лалиса.
Женушка переползает на край кровати и, закутавшись в одеяло, смело шагает к нам. И чем ближе она подходит, тем зеленее становится лицо Руби. Да даже Ноки перестает возиться на тахте, четко уловив настроение нашей истинной.
— Вообще-то я всю ночь сторожила вашу спальню, чтобы никто не вломился, — обиженно оправдывается Дженни, тем не менее опустив глаза в пол.
— А что, много было желающих? — спрашиваю я.
Перехватываю Лалису и, прижав ее к себе, успокаивающе поглаживаю по голым лопаткам. Магия вспыхивает ласкающим огнем и проходит по каналам, срываясь с моих рук и осыпая Лалиса янтарными искрами.
— Ого, вот это спецэффекты, — распахивает глаза помощница.
— Дженни! — одергивает ее Лалиса и, кажется, делает это немного ревниво.
— Вот только не начинай! — запрокинув голову, выдыхает Дженни. — Не надо меня тут устрашать полным именем.
— А ты не юли! Что ночью произошло?
— Кроме священного единения истинных сердец? — опять ехидствует Дженни.
— Да, блин, я тебя сейчас поколочу! — взрывается Лалиса, порываясь надавать тумаков помощнице.
Та отскакивает к противоположной стене и со скорбным лицом смотрит на меня:
— Видишь, в каких условиях приходится работать?
— Ужас, — подыгрываю ей, хоть и без особого желания.
Меня всё еще тревожит новость Руби, но, будь всё действительно катастрофично, помощница не стала бы разыгрывать весь этот цирк.
— Давай быстро и по существу, — взяв себя в руки. просит Лалиса. — Что еще произошло, кроме нас с Чонгуком?
— А кто сказал про вас? — бровь Руби ползет вверх, превращая девушку в злодейку.
— Чего? Ты тоже? — тут уже удивляюсь я. — Кому из моих парней такое счастье обломилось?
— А почему сразу обломилось? — возмущается Дженни, но, поймав взгляд Лалиса, примирительно поднимает руки вверх. — Это вообще-то наша Пуфикс составила пару Бартоку.
— Как?! — ахает Лалиса и бросает на меня испуганный взгляд. — Как мы это теперь объясним?
— А нечего объяснять, — прислонившись к стене, Дженни принимается деловито полировать ноготки о мох, из которого состоит ее наряд. — Наша старая охотница за мужскими причиндалами счастлива, как никогда.
Свободной рукой прикрываю глаза. Не знаю, привыкну ли я когда-нибудь к прямолинейности Руби, но теперь понятно, почему они так спелись с Тэхёном. И не только спелись.
— Так ты объяснишь, как это произошло? — тем временем допытывается Лалиса.
— Да Пуфикс, когда вы тут шухер навели, рванула за вами с воплями, что Чонгук ее истинный. Грозилась чьи-то розовые патлы выкусить. Я держала оборону, как могла, но у бульдожки неожиданно крепкие зубы для ее возраста, — Дженни вытягивает руку и демонстрирует нам забинтованное запястье. — Цапнула меня, я ее лягнула так, что она отлетела к лестнице, — помощница, мотнув головой, показывает в другой конец коридора. — А там ее Барток перехватил. Я попросила его удержать взбесившуюся леди. И как-то так получилось, что он ее цапнул. В порыве страсти, наверное. И, что бы вы думали? Пуфикс расколдовалась! Снова стала престарелой кокеткой с меткой на голой попе.
— Он ее за задницу что ли цапнул? — только и могу спросить я, настолько меня поражает история.
— Сказал, что за ляшку, но метка на ягодицах, — ехидно ухмыляется Дженни.
— То есть у леди Пуфикс к нам претензий нет? — Лалиса в свойственной ей манере сразу переходит к делу.
— Да она нам уже всю книгу отзывов и предложений такими восторженными откликами исписала, что того и гляди — мед сочиться начнет.
— Фух, — с облегчением выдыхает Лалиса.
— Только это было самое начало ночи. Потом еще Жабшто приходил, — уводя взгляд в сторону, докладывает Дженни. — И тащил он с собой Айку.
— Проклятье, — ругаюсь я, понимая, что жабеныш — проблема даже масштабнее сожранной трушаники. — Дженни, ты вообще не умеешь расставлять приоритеты? С мэра надо было начинать. Что он хотел?
Сам подталкиваю женушку в спальню и кивком головы указываю на одежду. Нужно оперативно браться за решение всех вопросов, которые успели возникнуть, пока мы тут истинность устанавливали.
— О, боги, и ты туда же, — возводит глаза к потолку Дженни. — Ничего страшного он не хотел. Гадость сказал и свалил в свой номер.
— Что за гадость? — оглянувшись через плечо, спрашиваю я.
А сам не могу не смотреть на Лису, которая, подхватив юбку и вытащив из шкафа чистую рубашку, прошмыгивает в открытую дверь лаборатории. Попутно еще успевает треснуть Ноки туфлей, потому что фракис попытался стянуть из ее рук юбку.
— Не знаю что натворила наша лиса, но Жабшто настоятельно советовал нам следить за своим зверьем, — Дженни неприязненно кривится. — Еще и меня таким презрением окатил, что мне отмыться захотелось. А! Ещё попросил прислать к нему посыльного. Какое-то письмо с утра хочет отправить.
— А у Айки ничего в руках не было? — выглядывает из лаборатории Лалиса.
— Не-а, — раскачиваясь вперед-назад, отвечает Дженни.
— Понятно, — хмуро произношу я и, застегнув последние пуговицы на рубашке, выхожу в коридор. — Сейчас всё решим.
— Эй, погоди, — долетает до меня возглас Лалисой.
Сама женушка показывается уже через полминуты, удивляя меня быстротой сборов. Она даже косу успевает заплести. Правда пуговички на корсетной рубашке застегнуты слишком провокационно. Через одну. Да еще и при каждом вздохе планки рубашки расходятся и приоткрывают вид на нательную маечку.
— Так, — встряхнувшись, я подхожу к Лалисе и методично привожу ее одежду в порядок, который устроит и меня, и моего дракона. — Ты сейчас спускаешься на склад и смотришь, можно ли как-то исправить ситуацию. Не паникуешь, не переживаешь. А еще лучше — контролируешь процесс приготовления завтрака.
— А ты? — взволнованно смотрит на меня Лалиса, и я плыву от доверчивости, что сквозит в ее взгляде.
Открылась. Она наконец-то открылась мне и приняла нашу связь. Теперь главное не подвести мою истинную.
— А я пойду поговорю с вашим мэром, — наклоняюсь к жене и целую ее в губы, получая в ответ прерывистый выдох. — Как дракон с жабой.
— Чонгук! — испуганно восклицает она и хватает меня за рубашку. — Не надо усугублять.
— Тс-с-с, — прошу её угомониться. — Верь мне и одной проблемой точно станет меньше.
Вижу, что ей всё же нелегко. Привычка все контролировать, держать руку на пульсе и нести ответственность только на своих плечах — так просто не меняется. Не трансформируется в умение разделять ношу. Но через одно долгое мгновение Лалиса кивает, отпуская меня.
— Будь осторожен, — просит она.
Взмахом руки подзывает к себе Руби и разворачивается в сторону лестницы.
— О чем разговор, я генерал осторожность, — беззаботно улыбаюсь я, шагая спиной вперед и снося какую-то вазу.
— Ага, очень наглядная демонстрация, — хихикает Лалиса, а ее помощница и вовсе начинает хохотать.
— Идите уже, — напустив суровости в голос, приказываю я.
Лалиса бросает на меня долгий взгляд и подчиняется. Дожидаюсь, когда стройные фигурки исчезнут на лестнице, а сам возвращаюсь к нашей с Лалисой спальне.
— Эй, Ноки, как насчет напугать одну жабу до состояния анабиоза?
Мой главный напарник по воспитательной работе тут же спрыгивает с тахты. Всего пара минут и вот мы вдвоем подходим к номеру лорда Жабы. Деликатно стучусь, хотя для создания нужного эффекта стоило бы бесцеремонно ворваться. Но Лалиса просила не усугублять. Что ж, я постараюсь.
— Ква-ква, квайдите! — слышится по ту сторону.
— Хы-хы-хы, — ржет Ноки, прикрывая морду лапой.
— Тише ты, — шикаю на него. — А то попрошу Лалису и для тебя жабье зелье сварить.
Фракис тут же замолкает, награждая меня убийственным взглядом.
— Доброе утро! — распахиваю дверь и перешагиваю через порог.
Номер у мэра по размерам превосходит спальню Лалиса. Да и обстановка тут на порядок шикарнее. Видимо женушка таким образом пыталась задобрить подонка. Чувствую поднимающее в душе злорадство. Отныне Лалиса больше не придется ни перед кем прогибаться. Уж я-то ей это гарантирую.
— Ква-ква, — лорд Жабшто обнаруживается за письменным столом. — Квы вовремя! Квужно срочно отправить эту депешу в столицу! — Жабёныш разворачивается в кресле и удивленно лупает на меня глазками. — Лорд Чон?
— Он самый, — замираю по стойке смирно. — Ваш персональный посыльный. Для меня будет честью доставить вашу личную почту. Разрешите?
Пересекаю комнату и останавливаюсь прямо перед мэром. Тот смотрит на меня с настороженностью и недоверием. Становится понятно, что просто так его кляузу я не получу. А лезть в драку — ну такой себе вариант. Надеясь на благоразумие мэра, я протягиваю к нему ладонь и попутно отслеживаю перемещения Ноки. Фракис, крадучись, двигается вдоль стен, обходит одежду, сваленную на небольшой диванчике.
— Фе, — брезгливо выдает Ноки, принюхавшись к вещам жабы.
— Его что, тошнит? — настороженно интересуется мэр.
Фракис, будто получив команду к действию, начинает активно выдавливать из себя всё съеденное.
— Уберите к-варь! — взвывает Жабшто и бросается к диванчику.
Бумаги, которые жаба стискивала в лапах, разлетаются веером по комнате. Но мэру, похоже, вещи дороже его писулек. Пока Жабшто борется за спасение одежды, я спокойно собираю листок за листком. И с каждой прочитанной строчкой меня взрывает всё больше и больше.
— Леди Манобан, будучи сама нечестью, укрывает магическое отродье? — поднимаю взгляд на мэра.
Тот, явно не отдавая отчета происходящему, продолжает отпихивать Ноки от своих вещей.
— И ква-что? — квакает тот гневно.
— Гостиница «Осколочная леди» подлежит зачистке? — продолжаю чтение доноса. — Её работники санации и отправке на рудники?
— А ква такого? — ярится мэр, похоже не осознавая с кем разговаривает. — Всё по ква-кону.
— Ты о моей жене говоришь, — мой голос больше похож на рычание.
Я с трудом себя контролирую, кожа на руках покрывается золотистыми чешуйками. Ноки, услышав меня, резко прижимает уши к голове и бросает попытки испортить одежду мэра. Фракис отползает под диван, подняв его своей массивной задницей. И только сейчас Жабшто замирает, медленно оборачиваясь ко мне.
— Кваспадин генерал, — блеет он, будто баран, а не жаба. — Вы не так всё квоняли.
— Воняешь тут только ты. И даже не воняешь, а смердишь.
Стремительно приближаюсь к отшатнувшемуся мэру и хватаю его за раздутое горло. Магия, вспыхнув в резерве, растекается по каналам и срывается с рук. Комнату заполняет янтарное сияние. Глаза мэрёныша округляются в панике, он пытается разжать мою хватку, но тщетно. Я взбешен настолько, что моей выдержки с трудом хватает, чтобы не придушить тварь.
— Ты забудешь всё, что видел здесь, — чеканю по буквам ментальную команду. — «Осколочная леди», её хозяйка и её персонал добропорядочные граждане. Ты перестанешь ездить сюда с проверками, ты оставишь в покое любое магическое создание. В скором времени гостиница выйдет из-под твоего контроля, и ты не станешь чинить никаких препятствий. Ты больше никогда и слова дурного не скажешь в сторону обладателей магического дара. Ясно?!
Янтарные искры собираются вокруг головы жабы, впитываются в глаза мэра и тот заторможенно кивает.
— Да, господин, — четко выговаривает он.
С отвращением отдергиваю руку, выпуская тушку Жабшто. Тот оседает на пол, продолжая пребывать в прострации. На душе мерзко. Я не люблю применять мой дар, тем более в такой концентрации. Но мэрёныш заслужил и по-другому с ним нельзя.
Однако облегчения это не приносит. Я будто сам запятнался, лишний раз подтвердив опасения квалионцев. Магические создания действительно несут угрозу. Только вот делаем мы это не по собственной воле.
— Пойдем, — киваю Ноки и, собрав все листки бумаги, которые нахожу в номере, покидаю злополучную комнату.
Скорее всего до самого вечера мэра мы не увидим. Откат от такой дозы магии принуждения еще долго не позволит ему соображать. А к тому времени Лалиса и зелье сварит.
Ноки пристраивается за мной, пока я молча иду к лестнице. Гостиница затихла, будто мое настроение передалось всем ее обитателям. Но с каждым шагом, приближающим меня к Лалисе, внутри становится теплее. Маленький огонек, которым для меня теперь служит жена, разгоняет всю ту гадость, что успела прилипнуть ко мне за время общения с Жабшто.
Уже на лестнице слышу привычный для гостиницы шум. Хлопают двери, из столовой тянет ароматом свежей выпечки. Доносятся и голоса моих парней вперемешку с женским смехом. Чувствую, всё-таки придется оставить кого-то из бойцов. Не захотят они возвращаться в Демастат. Что, впрочем, мне на руку. Гарнизон, который добровольно остается на месте, гораздо лучше выполняет свои функции, нежели отряд, собранный по приказу.
— Лорд Чон? — меня встречает Барток, в локоть которого вцепилась леди Пуфикс.
Пожилая кокетка сияет, как начищенная монетка и бросает на меня сочувственные взгляды. Вместо розового пеньюара на Эдне сегодня вполне пристойное для почтенной леди темно-зеленое платье.
— Ах, простите, генерал, — томно вздыхает старушка. — Не получилось у нас ничего с вами. Боги распорядились, что милый Барток — моя судьба.
— Я, конечно, крайне расстроен этому факту, — подыгрываю я. — Но знать, что вы счастливы — лучшая награда для меня.
— Ах, вы так благородны, дорогой Чонгук, — Пуфикс прижимается к довольно улыбающемуся Бартоку. — Я уверена, вы тоже найдете свою любовь.
— А я ее уже нашел, — улыбаюсь в ответ и приподнимаю рукав рубашки. На запястье слабо светится сапфировые чешуйки, сообщая о том, что Лалиса где-то недалеко.
— Какая прелесть! — всплескивает руками Пуфикс. — И кто же счастливица?
— Леди Лалиса теперь уже точно Чон, — отвечаю я с гордостью.
И тут же хмурюсь, видя, как расстроенно переглядываются Барток с Эдной.
— Что не так? с Лалисой что-то произошло?
— Нет-нет, с хозяйкой все в порядке, — тут же спешит успокоить меня пожилой сторож. — Просто она такая грустная тут ходила. А мы не знаем, чем ей помочь.
— Грустная? — переспрашиваю я. Понятно, значит проблема с трушаникой оказалась более серьезной, чем я предполагал. — Не волнуйтесь. Теперь у Лалисы всё будет хорошо. Я это вам гарантирую.