Узнал.
— Что тебе об этом известно? — резко спрашиваю, и вижу на его физиономии изощрённое удовлетворение.
Я едва держу равновесие. Мысли, что Крис владеет запретной информацией, о которой известно только мне, истязали меня, не оставляя и живого места, в моей уже переполненной от мучительных мыслей-голове.
Неужели он знает?
— Ох. Не поверишь. Много чего. — легким движением рук, Крис достаёт из заднего кармана пачку, а после, из неё одну сигарету и протягивает мне.
— Думаю сейчас она тебе не помешает, — заявляет, а я не думая хватаю этот несчастный кусок табака, завёрнутый в белую бумагу.
Удивительно, но для меня этот кусок дерьма, является неким, спасательным кругом, за который я так яро пытаюсь зацепится. Сигареты всегда успокаивают, или же, это лишь самовнушение с последней надежной на контроль чувств. Я не знаю. Но становится легче, когда белый смог, проникает глубоко в легкие, затуманивая душу, при этом очищая разум.
Слышу щелчок, а перед глазами мутный огонёк, который становится ясным, находясь в сантиметрах от меня. Медленно втягиваю никотин, одновременно наблюдаю как быстро тлеет бумага, отбрасывая из-за ветра пепел, и чувствую как он слегка обжигает мою кожу.
Кайф.
— А я тебя не до оценивала, — нервно усмехаюсь, выпрямляя осанку и выдыхая дым.
Вспоминаю первую нашу встречу, в школе. Когда он только вошёл в столовую, мое мнение было совсем иное, нежели сейчас. Он казался мне тупым мажориком, который добивается всего за счёт денег папочки. Но стоило мне взглянуть в его глаза, когда он с таким энтузиазмом пытался просверлить во мне дыру, я поняла — этот парень куда сложнее и опаснее, чем я могу себе представить.
Мысленно усмехаюсь. Так как, зная этот факт, все равно вступила в схватку с ним. Юношеский максимализм однако, играет большую роль, в жизни подростка.
— Частая ошибка всех, кто меня плохо знает, — непринужденно отвечает, будто заранее зная, все мои слова.
Мои глаза сами падают на памятник Николь, и я смотрю на ее фото, представляя ее живой. Становится чертовски грустно и на глазах вновь набегают слезы.
— Я ничего не расскажу тебе, — мой поникший взгляд переходит на Криса, который в свою очередь меня внимательно изучал.
Я чувствую себя измученной, разбитой, подавленой от всего что происходит и происходило со мной. Мой сон, уже около года не приходит в норму, почти каждую ночь я подрываюсь от воспоминания Того вечера. Она снится мне. Снится как она падает, а я не могу ее поймать и падаю вслед за ней, от чего мое сердце останавливается и я резко просыпаюсь. Строить из себя счастливую и беззаботную, когда в душе бесконечное чувство страха, вины и тревоги, очень тяжело. И сейчас, когда эта история начинает всплывать на ружу, она будто хватает меня за ногу и тащит на дно, а я из последних сил пытаюсь сопротивляться этому.
— Хорошо. Но что ты скажешь об этом? — он спросил, а после, его рука полезла в потайной карман куртки, вытащив из него, какую-то записную книжку.
Достав, он показывает мне, а я в недопонимании рассматриваю знакомую вещь.
Дневник Николь.
Господи.
Дух снова перехватывает, и я начинаю задыхаться. От куда он у него?! Как он мог стащить дневник из моего комода?! Ведь он не разу не был в моем доме! По телу разразился ток, и я начала трястись. Мой разум окутала паника, а ноги хотели унести меня от источника страха, но я должна была остаться.
Не смотря ни на что.
Мысленно молюсь. Это последний шанс. Я надеюсь он не читал его.
— Как? Как он оказался у тебя?! — кричу, отбрасывая окурок, быстро подлетаю к нему в попытках выхватить, но он одергивает руку, — ты пробрался в мой дом, и выкрал его?! — понимая что не смогу отобрать дневник, скрещиваю руки, и нахмурившись прожигаю его взглядом.
Мы как две противоположности. Он довольный, ели сдерживает улыбку. А я злая, ели сдерживаю слезы.
И за что мне все это? Зачем судьба, столкнула с этим мерзавцем? Чтоб угробить? Проучить?
Ненавижу.
— Зачем королю рисковать, когда есть пешки? — глумится, утапливая меня, в своей уверенности и пофигизме. — Сара. Спасибо ей. Не знал, что женская дружба на столько слаба, — на его лице появляется бесячья улыбка, а в глазах загорается огонёк, растапливая в них льдинки.
Я наблюдаю за его мимикой, поглощая каждое слово. В памяти всплывёт момент, когда Ингрид и Сара сидели в моей комнате, ожидая меня. Тогда мои шкафчики и тумбы были открыты, а в комнате был хаос. Почему-то тогда, я подумала, что это дело рук моей мамы. Но как же я ошибалась.
И как до меня сразу не дошло? Кто если не Сара?
Очередной удар в сердце, настигает мою душу. Во мне ни капли надежды, на что-то хорошее. Я полностью обезоружена.
Это мой проигрыш.
— Она написала в дневнике, что собирается убить тебя. Столнуть с крыши и выдать это за несчастный случай. Почему ты не тут? — Крис взглядом указывает на могилу подруги, а после вновь устремляет на меня.
Ощущение будто из его глаз, стреляют пули. И мне от них никак не укрыться.
Он читал. Черт. Он теперь знает все. Все что тогда происходило, все что она чувствовала.
Когда Николь умерла, мне позволили взять одну из её вещей. Обычно верующие люди, раздают милостынь всем, кому это нужно. Они думаю, этим самым, облегчат путь умершей душе. Я знала где хранился ее дневник, я видела как она прятала его в коробку, а после под кровать. Тогда миссис Блунт, решила, что я как лучшая подруга их дочери, должна первой выбрать то, что будет напоминать мне о ней.
Каково было моё счастье когда я нашла его. Но сейчас, очень жалею. Надо было его всё-таки сжечь.
— Ты урод Крис. Зачем лезть туда, куда тебя не просят? — я ощущала, как мой голос дрожал. Мной овладела беспомощность и неимоверный страх.
Шистад. Мне кажется, он каждый свой шаг, продумывает заранее. Как ему удалось, все так спланировать? Ведь у него на уме одни вечеринки и девушки.
Он впечатляет. И в какой-то степени, я восхищаюсь им. Для меня, он как книга, я читаю его. И с каждой страницей, он завлекает меня больше и больше. Не смотря на его отвратительное содержание, меня в нем что-то завораживает.
И это, меня злит ещё больше.
— Мун, прекрати задавать глупые вопросы. От тебя мне нужна правда. Что было тогда на крыше? — пенетратор был спокоен, от чего я ощущала себя ещё несчастнее, — Если ты не расскажешь, я отнесу этот дневник в полицию, — он предупредил, махая перед моим лицом дневником.
Как же мне хочется исчезнуть, испарится или же провалится под землю. Мои голосовые связки не готовы говорить события того вечера. Я убила ее. Черт. Я не хочу плакать, надо успокоится.
Шмыгнув, я прикрыла глаза и глубоко вздохнула. У меня нет выбора. Я понимаю-правда неизбежна.
— Тебе нужна правда? — спросила, с легка прищурившись от прохладного ветра, — Хорошо, я готова рассказать. Выхода у меня нет. Но что она даст тебе? Что ты сделаешь с этой правдой?
На лице парня, появилась легкая улыбка. Такая наглая, что захотелось ударить по его роже. Но я держалась, сжав руки в кулаки.
— Не волнуйся, я не собираюсь сдавать тебя.
Конечно. Он думает я трусиха и боюсь лишь этого. Хотя доля правды есть. Но больше, я боюсь, что об этом узнают ее родители, моя мать и все остальные, кто знает меня. Господи, да я реально трусиха. Я просто боюсь опорочить свою репутацию.
Мне стыдно.
— Я не боюсь. Просто нет желания идти у тебя, на поводу, — я слукавила, опустив глаза вниз.
Как бы мне не было сложно, я знала. Сила в правде. Сказав правду, мне станет легче. Я должна переступить через свой страх.
Не правды надо боятся, а страхов своих опасаться.
— В тот кон, мы поссорились из-за Джимми... — начала я, — Джимми был у неё первой любовью, первым парнем, первым в постели... Черт возьми, да он был во всем первый для неё. Она была одержима им. Ты должен это знать, раз читал ее дневник. — подметила я, после чего заметила на его лице скрытое возмущение.
— Ты думаешь мне было так интересно, что я прочитал его полностью? — нагло съязвил, словно плюет в меня словами.
Он хочет казаться незаинтересованным, пуская свои нелестные высказывания. Но взгляд, его завораживающих глаз, говорил об обратном. Если бы, глаза умели съедать заживо, они меня бы уже давно съели.
— Я не знаю. — выдавила из себя, отведя взгляд в сторону, не желая давать лишний повод для пререканий.
Я начала осматривать деревья, а именно, как лёгкий ветер, обдувает засохшие ветки. Это место, идеально, здесь чувствуется умиротворение и покой. Никаких людей, машин, торговых центров и кафе. Именно то, что нужно для кладбища, тут умершие души, могут быть в полном покое.
— Серьезно? По-твоему я похож на идиота? — усмехнулся, расправив руки по обе стороны, тем самым привлёк мое внимание.
Привычное для Криса поведение. Вечные возгласы и недовольства с потайным стебом. Он хотел правды, но сам мешает вылить ее наружу. Будто оттягивает момент моей исповеди, тем самым наслаждаясь моей болью.
— Может я продолжу? — не выдерживаю, и уже более серьезно смотрю ему в глаза.
— Продолжай. — кивает, закуривая очередную сигарету.
— Джимми оказался, очередным мудаком. Видимо изначально, он хотел использовать Николь, я всегда предупреждала ее, но ей было плевать. Мои отношения с Джи, были дружескими, и Ника частенько ревновала его ко мне, — глубоко и медленно вздыхаю, удерживая себя в стабильном состоянии, — Однажды, моя с ними дружба, потерпела крах, когда на одной из вечеринок он поцеловал меня. Это произошло случайно, — усмехаюсь, над собственным воспоминанием, понимая как тогда все получилось нелепо, — тогда мы выпили и разговорились, на нас что-то нахлынуло и мы поцеловались. Но самое трагичное, это то, что именно в тот момент, Ника зашла к нам в комнату и увидела все.
Мое тело, резко окутывает волна жара, и я понимаю, наверняка поднялось давление. Виски начинает давить, а глаза слегка побаливать от наступления очередных слез. Я глубоко вдыхаю носом поток свеже-осеннего воздуха, и медленно выдыхаю уже через рот. Я чувствую себя так паршиво, вспоминая свои ошибки. Но ещё хуже от насмешливого лица, что находится, неподалёку от меня, наблюдая за моими эмоциями. И я прекрасно знаю, он не просто наблюдает за тем, как я борюсь с собой, он питается этим. Как вампир кровью. Как лев пойманной добычей. Как дьявол грешной душой. А мне, как потенциальной жертве, остаётся терпеть это.
— Я до сих пор помню этот взгляд. Он был наполнен злостью и ненавистью. Черт. Я пыталась ей все объяснить, но она убежала. После этого инцидента мы перестали с ней общаться, она игнорировала меня, кидая косые взгляды в мою сторону. А Джим, после того вечера, начал ухаживать за мной, но я отвергала. Я не могла быть с ним, зная как Ника любит его.
— Спустя месяц игнора, Николь написала мне. Она назначила встречу в самом опасном районе города, на крыше. Я ничего не заподозрила, я знала что та, девятиэтажка была одним из любимых мест Ники. — я сильно прикусила нижнюю губу, иначе мне нужно было как-то переключится от наступающей истерики.
Крис в замешательстве смотрел на меня, вопросительно подняв свою бровь, безмолвно спрашивая «почему я замолчала». И набравшись, сил, я продолжила.
— А когда мы встретились там, она... Она после длительного разговора, который перешёл в конфликт, попыталась столкнуть меня с крыши, и так получилось...
Что я случайно оттолкнула ее от себя, и она упала вниз...
Чувствую на моих щеках мокрую неприятную жидкость, которая медленно скатывается вниз, щекоча своим касание, а когда я ощущаю солоноватый вкус на своих губах, понимаю.
Опять слезы.
Мы молча стоим по среди кладбища, в окружении могил, разных людей. Я жду финальных слов от Криса, они нужны мне как никогда. Но он молчит, убивая меня этой гробовой тишиной, и острым как лезвие взглядом. Мне безумно интересно что у него в голове, как я хотела бы залезть в неё и прочитать все его мысли. Ведь может он только хочет казаться мудаком?
— Ну ты чокнутая, — ухмыляется
— Что?
— Я догадывался конечно, но все же думал ты сама невинность.
— Я не понимаю...
— Что непонятного? Ты не такая, какой хочешь казаться. Строишь из себя благородную девицу, когда на самом деле убила свою подругу, и хранила это в секрете.
Опешив от услышанного, я хотела возразить, но почувствовала ком, вставший поперёк горла. Мои мысли смешались в густую кашу, и я просто вместо своего оправдания, глотаю этот кусок пробки. Может он действительно прав? Почему я не рассказала всю правду, родителям Николь? Что мне помешало? Моя трусость?
— Пошли, — бархатный баритон Шистада, вытягивает меня из мысленного транса, и я вижу как он направляется к своей машине, что следом делаю и я.
Чувствую себя, провинившимся перед родителями, ребёнком. А поведение Криса, только усугубляет все, делая меня ничтожеством.
— И что теперь будет? — спрашиваю, остановившись у двери, чёрной красавицы.
Я чувствую себя словно в тумане. Будто это не реальность, а сон. Тайна, с которой я готова была умереть и которую я так тщательно пыталась скрыть, выползла наружу, и внутри меня, осталась какая-то тревожность. Мой мозг начинает генерировать в попытках сделать так, чтоб Крис молчал об этом всю свою жизнь. Теперь мы оба понимаем, судьба связала нас крепкой нитью, которую порвать не так просто, как кажется на первый взгляд.
Пенетратор хотел уже садится за руль, как остановился, недовольно взглянув на меня. Он положил правый локоть на крышу машины, а левый на раму открытой двери.
— Я не собираюсь идти и стукачить на тебя. Садись и не задавай мне больше тупых вопросов. Надо будет, я сам все скажу. — рыкнул и сев за руль, завёл автомобиль.
На душе стало легче, и я послушно села рядом с ним.
Мы ехали в полном молчании, облокотившись об окно, я смотрела на дорогу, мою голову не на секунду не покидали мысли, обо всем случившемся. На меня снежным комом свалился парень, по имени Кристофер Шистад. Новенький, пенетратор, который своим упёртым характером и несносной безбашенностью, смог добиться своего. Черт. И что со мной теперь будет?
Спустя пару минут, мы остановились возле моего дома. Чему я несказанно была рада.
— Помнишь о моем предложении? — неожиданно начал он.
Мои глаза, автоматически стали смотреть на Криса. Его скулы выделялись, а взгляд был сосредоточен на мне, одна рука по прежнему крепко сжимала руль, а вторая находилась на ручнике. На них виднелись выступающие вены, делая его сексуальным и сильным. Он был такой серьезный, что становится не по себе.
Предложение, играть по его правилам и на его стороне. Этим самым, мои мысли были заняты на протяжении всех выходных, и я уже догадалась к чему он клонит.
— Помню. — заявила ему, после чего его каменный взгляд смягчился.
— Ты теперь принадлежишь мне. — спокойно оповещает, от чего моя челюсть чуть не отвисает.
В его глазах, словно танцуют сотни бесят, а лицо выражает полное удовлетворение. Мое тело окутывает лёгкий холодок, и табун мурашек пробегают по моей спине, рукам и ногам. Становится страшно от такого заявления, и в моей черепушке снова появляется куча вопросов и поводов для паники.
— Что? Как это понимать? — я возмутилась, от чего мои брови сошлись на носу.
— Как хочешь так и понимай. Теперь ты будешь выполнять мои задания, а если откажешься, сядешь за решётку, лет на десять минимум. — твердо говорит, бессердечно наблюдая за моей безысходностью.
Теперь все пазлы начинают сходится. Он целенаправленно делал каждое своё действие в сторону меня, чтобы в конечном итоге, завладеть мной, не давая выбора. Потому что нашёл слабую точку, на которую можно давить, при необходимости.
— Почему именно я? — отчаянно спрашиваю, едва сдерживая слезы, — неужели ты так возненавидел меня, за все мои поступки, по отношению к тебе? Если да, то прости. Я делала это, чтоб ты отстал от меня. — оправдывалась, надеясь на его жалость.
— Извинения приняты, но не в этом дело. Дело в тебе. В твоей личности. Она мне близка, в каких-то моментах, я нахожу нас схожими. Именно такая как ты, нужна для моего дела, а эта история с Николь, дала мне только уверенности, что ты, то что мне нужно. — уверенно процедил, прожигая глазами, мои.
Окончательное замешательство, забивает мое сознание. Я прибываю в легком шоке, не успевая переваривать каждый выдох Кристофера. Все его слова, кажутся странными и загадочными, что я начинаю думать, что он бредит.
— Нет. Ты глубоко ошибаешься, раз думаешь так. На самом деле, я жалкая трусиха.
— У тебя были основания бояться. Это не трусость, а осторожность и переживание за своё будущее. На это способен каждый человек. — разумно поясняет, давая мне повод для размышления.
На секунду, я впитываю его слова глубоко в мозг, понимая что, он возможно и прав. Но вернувшись в реальность, отказываюсь в это верить.
— Но не я. Послушай, Крис, серьезно, я не такая как ты думаешь. — пытаюсь уверить его в своих словах, больше мне ничего не остаётся.
Крис устало вздыхает, потирая ладошкой лицо. Наверное он устал уже от меня, чему я можно сказать рада.
Он смотрит на дорогу, задумчиво кусая нижнюю губу, будто подбирая нужные слова, и спустя секунду, его красивые, заполненные азартом глаза, разглядывают меня, словно читает как раскрытую книгу.
— Мун, да я тебя насквозь вижу. За тебя, сейчас говорит твоя светлая сторона, но она мне не нужна. Мне нужна твоя настоящая, темная черта. Та, что просыпается, когда тебе грозит опасность. Я знаю, она хочет вырваться наружу, и я ей помогу. — на лице появляется дьявольская улыбка, и я точно знаю, ничего хорошего она не предвещает.