𝑐ℎ𝑎𝑝𝑡𝑒𝑟 27
Юноша так и застыл в немом молчании, у него перед носом теперь влекла внимание только пыль. В голове совершенно пусто, конечности онемевшие и ощущение, будто под ногами пола нет, будто он совсем не здесь.
Некая реальность пугала, будто он где-то между, ничего и никого не существует для его разума. Кожа посыпается мурашками, а внутри играют нотки рассеянности. Энтони морщит нос и разворачивается к окну, на улице прохладно ночью, там мерзко, и его никто не ждет, сбегать не хочется.
— Ты хочешь этого?, — вот так просто интересуется парень, разворачиваясь к Мелиссе и кладя себе руку на бедро. Он приподнимает подбородок, ощущая такую сильную отвагу, он знает, что уже имеет победу над ответом Мелли. Потому приторно улыбается, пускай даже язвительно, Мелиссе любая его улыбка будет хороша, но эта что-то не по душе пришлась.
— Хочу, — грубовато отвечает Мелисса, проводя рукой по ранке, которую только что обработал Ривз.
В какой-то момент своей жизни Мартинез поняла, что строить с себя беззащитное дитя не в ее вкусе, пора бы включать силу. И честно, последнее слово было с хорошим привкусом силы, юноша едва обомлел и испытал неудачу, хотя отставать не желал.
— Не хочешь. Ты сбегаешь, а побег от проблем, от людей не лучшее, что ты могла бы сделать для себя.
— Я знаю, что для меня лучше. Энтони, я же сказала уже, что не люблю тебя. Скорее всего, я страдала стокгольмским синдромом, что ощутила такую привязанность к убийце.
Мелисса много раз анализировала свои слова, чтобы начать разбрасываться ими прямо перед физиономией своего (недо)киллера.
Энтони желал взвыть от неудачи, потери и от того, как сильно его не понимают, как сильно девушка настроена против него. Это убивает его внутри, хотя казалось, что внутри были немалые надежды. А надежды на что? Уже ведь все поздно менять.
— Я защитил тебя от своего отца-убийцы. Ты знаешь, что я не убил бы тебя, я и не думал убивать тебя, пока выстраивал план в своей голове. Ты изначально засела как картинка в моей голове. Мне нравилось провожать тебя домой, нравилось открывать твои чувства, которые ты прячешь взаперти, это очень странно ощущалось для меня. Но я был податлив на чувства, мне нравилось защищать тебя. Ты же знаешь, что влюбилась в меня изначально как в обычного, может немного навязчивого человека. Ты не знала кто я, ничего не знала обо мне, я просто понравился тебе, признай это, — роняет на последнем выдохе Ривз и подвигается ближе к девушке, глаза которой опущены в пол.
— Я не нуждаюсь в твоей защите, мне абсолютно все равно. Мы улетим с Джо, я начну новый полет своей жизни. Я хочу быть счастлива, разве ты не хочешь, чтобы я была счастлива. Если ты вдруг полюбил меня, тогда хотел бы, чтобы я была счастлива, — холодно произносит Мелисса и отходит как можно дальше, с парнем тяжело рядом дышать.
— Только слабаки отпускают тех, кого любят. Ты засела в моей душе, я совершенно не желаю тебя отпускать, разве можно отпустить так легко того, кого ты любишь? Я бы хотел сделать всё, что ты хочешь, быть может, даже то, что непосильно мне, но отпустить тебя сильнейшая пытка, еще и так резко.
Энтони делает паузу и умоляюще смотрит на, казалось бы, непробиваемый взгляд Мелиссы. Ее сейчас тяжело прочитать, видно только безразличие, но Энтони пылает надеждой изнутри.
— Ты правда этого хочешь? Хочешь, чтобы я тебя отпустил?, — задает окончательно последний вопрос парень, хотя в его голове так много сложных пазлов, которые тяжело собрать воедино.
— Хочу, — что и следовало ожидать, Мелисса отвечает и положительно качает головой. Внутри у нее горит от негативных эмоций, тенденция к накоплению боли свыкшаяся вещь почти со всеми, но не с Ривзом.
За окном моросит дождь и заставляет обоих поморщиться, когда молния так резко сбивает с колеи. На кухне совсем темно, совсем холодно. Энтони хочет наклониться, желает ощутить вкус губ девушки, вкус её кожи, но он уходит.
Юноша роняет свою кофту на плечи девушки и незамедлительно держит путь в сторону своего дома, оставляя Мелиссу мерзнуть одну на кухне. Даже кофта Ривза, которая так сильно пропитана его запахов, совершенно не греет девушку в эту ночь. Счетчик времени в голове Мелли сбивается, время останавливается, как кажется, насовсем. Мелисса прикрывает глаза и облокачивается о столешницу, она думала, что ощутит свободу, сказав это Ривзу. Но теперь она ощущает рамки вокруг себя, куда не положено теперь зайти, потому что слишком поздно.
О боже, ну, конечно, ее слова были ложью, она не желала улетать отсюда, все стало ей таким родным. Библиотека, книги, Дикси, брат, квартира, абсолютно всё. Джо не стоит этого, но ее прошлое стоит того, чтобы она была счастлива, она заслуживает сиять, а не меркнуть.
Энтони силён внутри, да и снаружи он не слаб, но далеко не всегда. Как вот и сейчас: один из моментов, когда парня накрывала сильная злость и утомление, что выдавали угнетенное состояние снаружи и внутри. Мужчина постоянно пытался сдерживать эмоции внутри себя, но сейчас это правило теряло свои результаты, когда всё-таки влага окутала его глаза.
Парень еще в самом далеком детстве любил шум моря, как и само море, которое так тщательно успокаивало каждую частичку его души. Сейчас море лилось наружу из глаз Ривза, он пытался остановить это, но лишь всхлипывал раз за разом.
Конечно, он желал вечного счастья для любимой ему девушки, но не желал, чтобы счастье дарил кто-то другой, кроме него самого для неё... Мужчина дрожащими руками пытался смахнуть всю ту боль, что приносили ему его чувства, да раздумия, но лицо все равно оставалось заплаканным.
Энтони предпочитал не употреблять алкоголь в большом количестве, но сейчас ему хотелось сжечь себя внутри, а вот бутылка дорогого коньяка неплохо справлялась с этой проблемой.
Парень робко коснулся пальцами мятой ткани на своем теле. Кофта была вся в пятнах от его слез и несколько капель алкоголя тоже попали случайно на ткань, запах был до невозможности неприятный.
Мужчина попытался встать, но попытки были ужасными, потому пришлось ухватиться за маленький столик. Ноги совершенно не держали его, а идти было еще тяжелее.
Парень на секунду замер, сейчас он выглядел таким беззащитным. Он всегда старался окутать любовью и защитой Мелиссу, но сейчас он нуждался в ее защите и любви. Так хотелось уткнуться в ее шею, ощутить ее запах, ее крепкие объятия, которые неимоверно согревали. Он хотел, чтобы его чувства для нее были бесценными, а они стали обесценены. Девушка всё время сомневалась в парне, накручивала себя и многое драматизировала.
Энтони двинул ход своих мыслей в другую сторону и попытался подойти к зеркалу в ванной комнате. Отражение парня едва не напугало его самого, а ведь приглушенный свет еще больше создавал впечатление тяжелых синяков под глазами. Ему нельзя пить алкоголь, пускай даже дорогой, но нельзя.
Отражение показывало, что парень совсем исхудал, легкая щетина, эти синяки под глазами от недосыпа. Парень сжал кулаки, выглядя подавленным. Он ведь и правда напоминал убийцу. Злые картинки лезли в голову Ривза, ему не хотелось окунаться в воспоминания того, как сильно его обижал отец в детстве, как издевался над ним, но подсознание играло в плохие шутки.
Он не хотел отпускать её, даже тогда, когда она сама его об этом просила. Она всегда была так близка, но держала дистанцию, а сейчас была такой очевидной. Было ясно, что она не хочет, чтобы он уходил, да и сама покидать этот город она не хочет.
Энтони утопал в круговороте мыслей, его разрывало на части, когда одна сторона просила остаться рядом с ней, искать её, а другая оставить её.
Ривз хотел идти на поводу своих желаний, как вот остаться рядом с ней... Еще большим желанием для него было то, чтобы она была счастлива. Джо мог бы хорошо справиться с задачей и сделать Мелиссу счастливой, потому нужно было сдаться.
{Я не опущу руки, я найду тебя. Пускай не сейчас, но мы будем вместе. Я обещаю.}