{Felix}
- Как же ты достал меня! - кричит она, бросая в парня очередную книгу с полки.
Гнев внутри наростал с каждым криком, каждым звуком и воспоминаниями, что нахлынули так быстро.
- Опять я виноват?! - отвечает он тем же тоном, вновь и вновь игнорируя вещь, которая не впервой летит в него.
- Да! - в него снова бросают какую-то подушку. - Не из-за меня всё это происходит!
- Не из-за тебя!? А кто тебя вообще просил изначально ехать со мной?!
- Да я поехала только потому, что любила тебя! Тебе же нужна была поддержка! Да ты хоть представляешь, какого мне было, когда ты не прошел?! Ты обо мне думал?!
- Я думал о тебе в первую очередь! Думаешь, мне было легко?!
- Поэтому я сутками тебя не видела?! Я буквально осталась одна в чужой стране!
- Представь себе, я тоже!
- Ты?! У тебя были те, кто жил тут с рождения! А я?! У меня тут только ты! - на выдохе выкрикивает она, от чего голова начинает слабо кружится. - Надо было слушать маму, но нет, я как дура с тобой уехала!
- Конечно, лучше бы ты послушала свою конченую мамашу! Это же она всё трындела про то, что я тебя брошу! Да лучше бы так и сделал, чем выслушивал твои истерики! - неожиданно вырывается из мужских уст, от чего ему самому в момент становится стыдно за свои слова. Злость резко отступает и вместо неё приходит страх, оцепеняя тело невидимым оковами. Из-за него и ответить ничего не успевает: он был полностью сосредоточен на реакции девушки, которая с каждой секундной была всё убийственней. Она начала сильнее злиться? Очередной раз хотела бросить что-то в него?
Нет. С её лица смыли все эмоции, она стала каменной. Но на этот камень будто упала капля дождя, а если быть правильней - женская слеза. Её руки безвольно повисли, а взгляд смотрел куда-то впереди себя, но точно не на парня.
- Вот как, - полушепотом вздохнула она, дрожащий рукой смахивая со щеки соленую влагу, - Тогда убирайся, Феликс. Вон из квартиры.
Худая женская рука медленно указала на дверь, в которую тут же вылетает парень не проронив ни слова. Ни вещей, ни слов, ни ключей. Только громкий удар об косяк, а после убийственная тишина. Такая тягучая и, казалось, громче тех криков, какие еженедельно слушали несчастные соседи. Но ни одна их ссора никогда не заканчивалась так.
Очередной дождливый вечер и очередной срыв друг на друга. Феликс перестал справляться со своей деятельностью, не в силах даже вытянуть из себя всеми любимое низкое пение. А почему? Потому что все силы и эмоции уходили на ссору с любимой девушкой, которая уже просто не выдерживала. Когда-то давно она согласилась уехать в Корею со своим парнем, который упорно старался дебютировать, но не подумала о себе. У них не было ни жилья, ни денег, ничего. Они оба были сильны и готовы к этому, но все же реальность оказалась суровей.
Конечно, сейчас парень поднялся. Купил квартиру, оплачивал все её хотелки и ни в чем не отказывал. Но вот за такую работу он отдавал слишком много времени, от чего девушка перестала чувствовать себя нужной. Каждый раз просыпаясь и засыпая в одинокой постели, она смотрела на их давние общие фотографии, тихо плача в подушку, какая уже прописталась сыростью и её болью. Феликс всегда приходил домой уставший и нервный, от чего она даже не ждала никакого внимания к себе. А если и пыталась, получалось это. Но как же им это надоело... Нет, он любили друг друга. Очень дорожили и боялись потерять, но времена были не лучшими.
Прошло около двух часов. Ливень за окном только услилися, обеспокоенно стуча по окну.
В такт этому звуку девушка дрожащими руками нарезала морковь и все старалась разглядеть на пеленой слез лезвие, что бы не ударить им о пальцы.
Феликса не было. Даже его телефон остался в квартире, а она все надеялась, что он вернётся. Что все эти фразы за эмоциях были спонтанны, что они опять помирятся и все будут хорошо. Да пусть дуется сколько хочет, только пусть вернётся домой. Он ведь весь день голодный...
- Как же так, - лепетала та себе под нос, в очередной раз глотая колючий ком слез, - Ты же никогда не был таким... Что на тебя нашло?
Вдруг натиск руки соскальзывает с красной мякоти, больно проезжаясь по тонкой коже пальца, от чего девушка зло шипит от острой боли. Во внезапном гневе, какой вышел наружу с горячей слезой, она бросакт нож в пустую раковину, от чего тот громко ударяется о алюминий, неприятно царапая слух. Но не больнее, чем слова любимого человека.
Из раны сразу хлынула алая кровь, густой струйкой стекая на столешницу. От железного запаха девушке становится дурно: голова идёт кругом, а в глазах темнеет.
Но та все же умудряется, ковыляя и держась за стены, дойти до аптечки в шкафу, вытаскивая оттуда белый пластырь. Благо рядом стояло кресло, на котором та очень часто сидела и наблюдала из окна. Особенно как парень вечерами приезжал во двор, а выйдя из машины находил знакомое окно, в котором сидела она и мило улыбалась, махая ладонью.
Абсолютно все, черт возьми, напоминало ей о нем в этой квартире. Куда ни посмотри, везде он и его ненависная улыбка, от которой все плохое казалось таким незначительным. Пусть она сама и выгнала его, все равно надеялась, что вернётся.
Сегодня между ними не было ни слова о любви. Она не смогла найти покой даже тогда, когда вылила душу. Стало только хуже. Даже сейчас, накручивая пластырь на свежую рану, из которой продолжала сочиться кровь, она видела, как его ловкие пальцы могли бы сделать это гораздо аккуратней, а после пухлые губы поцеловали бы его, чтобы быстрее заживало.
С каждой новой мыслью женские руки дрожали все крупней, а сдерживаемые всхлипы были неконтролируемы. Та просто не знала куда деть себя от горечи, потому оставалось только хвататься за голову, больно сжимая копны волос и надеяться, что это просто страшный сон.
И она начинает верить в свою же сладкую ложь. Девушка была так измотана, что отключалась прямо в этом кресле, надеясь кануть в исцеляющий сон.
Но вдруг сквозь эту черную пелену та услышала глухой стук. Вскинув голову, огляделась вокруг. Пусто. Опять стук. Глухие удары шли со стороны прихожей и просто до костей напугали несчастную.
Кое-как найдя в себе последние силы, она встаёт и тихо, словно мышка, крадется ко входной двери.
Снова стук. Тело замирает, но такая слепая надежда в сознании кричит, чтобы та открыла дверь. Рука сама тянется к ручке и она, понимая, что терять ей больше нечего, распахивает железную дверь. И именно в этот момент сердца сожмуться с горькой болью.
На пороге стоял Феликс. Вся его одежда была насквозь мокрой, неприятно прилипая к телу, а с кончиков волос скатывались холодные дождевые капли.
Его руки, дрожащие от холода и волнения, сжимали большой букет пион: мокрых, нежно-розовых и пахнущих так сладко, что душа успокаивалась сама собой.
- Прости меня, - уверенно сказал парень, протягивая ей небесной красоты цветы, - Мне действительно жаль, я так виноват.
Удивлению девушки не было предела, а после и слезам.
Осознание того, что он наконец-то стоит на пороге, готовый все наладить и исправить, пришло слишком поздно. Все эти секунды парень тысячу раз прокрутил в своей голове и так боялся, что она его не простит, пусть даже на то, что бы простить самого себя, ему потребуется очень много времени. И был бы не удивлён, ведь она была для него словно ангел с небес, а его колкие слова запросто могли вырвать её очаровательные крылья. Да и был уверен, что уже сделал это: размазаная тушь и покусаные губы слишком больно впивались в сердце острым осознанием того, что причина всего - он.
Молча, она наконец-то отступает в квартиру, пуская промокшего юношу в квартиру. Дрожащими руками берет очаровательные цветы, чем дарит Феликсу маленький фейерверк прошечной победы.
- Я не имел ввиду то, что говорил, - продолжает в пустоту извиняться Ли, - Все эти слова сплошная глупость, потому что я действительно люблю тебя.
После этих слов тот протягивает ей вторую руку, в какой был миниатюрный красный пакетик с золотой надписью "Cartier" , на который девушка изначально совсем не обратила внимания. Казалось, он просто пытается откупиться от своих слов, но она даже не понимала, как сильно он винит себя. Он просто не знает, что ещё мог бы сделать для неё и перебрал абсолютно все способы.
- Я пойму, если ты не примишь.
- Идиот! - вдруг выдаст девушка, бросаясь на холодную мужскую шею. - Не далей так больше никогда!
А это была уже большая победа. Чувствуя на себе тёплое женское тело, тот льнет у нему ближе, обнимая девушку в ответ. Слышит, как бьётся её несчастной сердце от переживаний, а дыхание обжигает его ледяную шею. Но тревога и стыд в мужском сердце бились в истерике, желая убить себя на месте. Ему было стыдно за свой поступок, он ведь стал причиной её слез, а сейчас она все равно обнимает и целует его просто за то, что вернулся? Ведь что же он дал ей, кроме этих страданий? Кроме одиночества?
Он дал ей свое сердце: самое ценное, что у него было, но порой казалось, что такая ценность была для неё обузой.
- Прости, - всё вторил парень, заботливо поглаживая её взьерошеные волосы, - Проси всё, что захочешь. Только не злись, дорогая.
- Неужели ты не понимаешь? - грустно прошептала девушка, беря в руки его холодное лицо и заглянув в стеклянные глаза: - Мне не нужны твои деньги, мне ты нужен.
Феликс понимал это, и понимал то, что женское очарование бывает обманчиво. Но если бы это и оказалось так, даже короткотечные секунды рядом с ней он берёг в разбитой душе. Хоть кампания все давно решила за него, он не собирался оставлять её. Ни за что в жизни.
- А мне ты нужна, - будто бы истерически улыбнется юноша, чувствуя, как в её руках он вновь становится её любимым мальчишкой. Они знали, на что шли и они справились.
Так что же такое "любовь"? Для всех она разная: не все найдут её, и пусть так, она ведь с лёгкостью может быть ложной или наоборот, болезненной?
Но они прошли все её этапы. Влюблённость, принятие, ссоры, критика, скандалы и этот долгожданный третий этап, который обязательно закончится хорошо, а именно в их случае - кольцом на безымянном пальце.