XIV
Комнату заливал свет теплого солнца, что возвышалось над полем лиловых облаков.
Одна из главных школы, ангел Анафиэль, заместитель директора Серафима, нервно постукивала пальцами по столу, глядя в окно.
Ее длинные светлые волосы будто водопадом стекали, с первого взгляда, по хрупким женским плечам. Зелёные глаза светились в озарении света, а на кругленьком лице царило спокойствие.
Тишина вьедалась в сознание, но тут же расплывается, прерваная распахнутой дверью.
Испуганно повернувшись, та видит одного из своих коллег, демона. Он держит за руку ангела, какой выглядит уж слишком испуганным.
- Что произошло? - разносится её мягкий, но громкий голос по комнате.
- Анафиэль, его энергия, - задушенно начинает Бальтозар, но в последний момент решает, что лучше один раз увидеть, чем услышать.
Он хватает руку Феликса, вновь выставляя её ладонью вверх.
- Сделай так же, как сделал пять минут назад.
Ликс пытается сосредоточиться на просьбе, но выходит не сразу. Все в голове мешается в кашу, её давая думать. Но в итоге, у него выходит.
На сей раз на ладони красовался сгусток голубого света. От него так же исходил белый свет и теперь он никого не пугал.
- Что не так? - интересуется ангел профессор.
- Феликс? Ты делаешь всё так-же? - в непонимании спрашивает Бальтозар.
Ангел кивнул.
- Она была чёрная, почему сейчас другая? - сам спрашивает Феликс.
- Чёрная?...- переспрашивает Анафиэль, уже с большей серьёзностью принимая визит.
Кивают оба.
Малахитовые глаза непонимающе метаются от демона к ангелу, и наоборот.
Женщина не издавала ни звука, а после тихо зашептала:
- Как тебя, дитя?
- Ли... Феликс, - отвечает он.
- Ли, значит... - кивает та, будто сделав пометку себе в голове, - Когда она была чёрной... Тебе было больно?
- Нет, но она чувствовалась лучше, чем эта.
Профессора переглядываются между собой, продолжая такую тягучую и убивающую тишину.
- Вы помните, у кого она была чёрной? - тихо спрашивает Бальтозар, на что получает кивок.
- Да, но я не понимаю, - в таком же тоне продолжает женщина.
Но тут у Феликса сдают тормоза. Он не понимает абсолютно ничего, что происходит сейчас. Ему страшно слушать всё это, ведь речь о нем. Обстановка давит, он не может больше так.
- Что происходит?! - восклицает тот, кидая взгляды на обоих, - Со мной что-то не так?!
Тишина. Анафиэль молчит, не зная что сказать. По лицу видно, что понимала бы она сама, то сказала бы.
- Твоё видение, до меня дошли слухи. Ты знаешь, что этого не может быть просто так? - спрашивает она.
- Я ничего не знаю, что со мной?! - не успокаивается Феликс.
Страх окутывает с головой. Ему не больно, но тело мурожит такая тревога, что хочется плакать.
- Ступай.
Железный тон отражается от стен, будто вновь примыкая к слуху, повторяя.
- Погоди, это опасно, - тараторит Бальтозар, но женщина тут же прерывает его.
- Оставь это. Обучай его дальше, но о таком докладывай мне. Доказательств недостаточно.
- Ты серьёзно?!
- Бальтозар, мне лучше знать. Феликс, повторю, ступай.
- Но.., - не успокаивается Бальтозар, на что в сей раз получает ещё один отказ.
- Я сказала нет. Тебе повторять как маленькому дьяволенку?
- А может ты просто не хочешь браться за это? - выплевывает демон, явно раздраженный сравнению Анафиэль.
Сложив руки на груди, тот будто пытался превзойти её, доказать, что не права.
Но женщина слушать не хочет. Лишь опять отворачивается к окну, загадочно глядя вдаль, будто там должно что-то появится.
- Хорошо. Бальтозар, останься. Феликс, иди в свою комнату.
Нехотя послушавшись, юноша прощается и выходит из кабинета.
На секунду в голову лезет мысль о том, что бы подслушать разговор. Он понимал, что это неправильно, но это ведь касается его. Феликс имеет право знать.
Закрыв за собой дверь, тот осторожно прислоняется к каменной стене за ней. Затаив дыхание, он стал слушать.
Ли слышал, как за окном холодный ветер говорит сам с собой, слышал как внизу крылья крылоборцев бьются друг о друга, слышал свое сердце. Но не профессоров. Они будто знали, что Ликс стоит там, за дверью, и пытается их услышать.
Всё оказалось тщетно, он не смог ничего засслышать. Смирившись с этим, он все же пошёл в свою комнату.
- Этого ещё не хватало, - шипит себе под нос Феликс, видя перед собой абсолютно незнакомые винтовые лестницы и коридоры, по которым, кажется, не ходит абсолютно никто.
Он впервые был в этой части немыслимо огромного замка и понятия не имел, куда нужно идти. С улицы он видел сад, находившийся недалеко от спортивного поля. Примерно понимал, в какой башне находится.
Всё-таки сдвирувшись с места, Феликс решает идти по памяти, как вёл его Бальтозар. Но спустя десятки минут бесцельного брождения по коридорам он понимает, что это глупое занятие.
Тихо ругаясь себе под нос парень спешно спускается по очередной крутой лестнице на дрожащих от усталости ногах. В глазах уже двоятся эти чёртовы ступеньки и кажется, сейчас приведут прямиком в ад, так долго они не кончались.
И вот наконец, хоть и только на середине пути, Ли замечает одинокое окошко. В нем нет ни рамы, ни стекла, но подоконник достаточно широк, что бы сесть туда.
Хоть и с опасением, но Ликс решает забраться туда. Но как же вовремя он решил для начала осмотреть это место...
На камне лежало зеркало. Оно небыло большим, обыкновенное женское карманное зеркальце, но необыкновенного вида. Золотая, уже потертая рамка изящно тянулась по краям, давая ему миндалевидную форму. А вот стекло было треснуто и тянулась эта линия через всё зеркало, второй половины небыло вовсе.
Покрутив это в руке, Фелик решил, что кто-то забыл его тут. Старое, потрепаное, вряд-ли кому-то нужное.
Хотел уже оставить его и пойти дальше, но что-то деражло его. В голове вразу всплыла мысль о одной примете, каким постоянно придерживалась его бабушка. Еще там, на Земле, треснувшее или разбитое зеркало было очень плохим предзнаменованием; либо предупреждает об опасности, либо о смерти.
Парень долго думал об это, глядя на себя в этот осколок. Видел лишь половину своего лица, какую видел всю жизнь.
Но тут зеркало чуть не летит из рук ангела на камень. Его отражение начинает меняться.
Словно в гладь воды озарной мальчишка начал кидать прибрежные камни, но вместе с отражением, менялось и лицо.
Волосы стали темнее, кожа побледнела в разы. Появились острые скулы, губы всё тоньше и тоньше...
И вот в отражении уже не он. На него смотрел совершенно незнакомый парень. Его тёмные волосы неопрятно свисали, а по изгибу брови было видно, что он так же удивлён. Глаза... Его глаза были светло-серыми. В этом было некое сочетание, будто белок глаза был раем, а зрачок, чёрный и густой, адом. И этот мертвенно-серый цвет был нейтральной зоной, какой, возможно, и явалялся незнакомец.
- Что за... - не успеет закончить Феликс, как слышит позади себя шаги.
Сердце бьётся так бешено, как будто всю эту лестницу парень пробегал на время. Не теряя ни минуты, юноша прячет находку в кармане белых широких брюк, пытаясь бороться с трясущимися руками.
- Феликс? - слышит тот голос Бальтозара.
- Да? - оборачивается тот, почти нос в нос встречаясь с преподавателем.
- Заблудился? Пошли за мной, - уммехается демон и идёт дальше, а Ликс за ним.
Понтимая, что Бальтозар никак не видит его, вытаскивает зеркало обратно.
Осторожно поднимает его и видит отражение. Свое отражение.
Те же светлые длинные волосы, голубые глаза и тёмные веснушки.
На секунду кажется, что Ли на почве стресса всё это привидилось, незнакомец был лишь плодом воображения, ведь он ещё и не выспался сегодня.
Но это не так. Вовсе не так....