сынчоны

сидя у распахнутого окна, слушая сверчков, Сынмин вдыхал прохладный ночной воздух. слышно, как с крыши на землю, прямо на дорожку из камушков, падают капельки только что прошедшего летнего дождя. он всегда определял, куда именно приземляется каждая из них — на землю, на камни или на листья стоящей под окном сирени — это все совершенно разные, непохожие друг на друга звуки. на землю капля приземляется глухо, на камушек звонко шлепается, а когда она падает на сирень, сразу становится слышен удар по поверхности листа. как хорошо знать каждый из этих звуков еще с глубокого детства.

вечер сегодня выдался тихим и безветренным: ни шороха, ни трепета листьев. где-то вдалеке залаяли собаки. через ночной, пропитанный влагой воздух этот звук, резкий и неприятный в обычной жизни, кажется по-домашнему привычным и даже уютным. слышно, как там, за лесом, на станции зашелестел, простучал колесами и пронесся дальше скорый поезд. пронесся и тишина. только сверчки и капли, и прохладная, тихая летняя ночь. в такие моменты кажется, что жизнь шумная, суетливая, лающая и стучащая колесами остается где-то там, за лесом, далеко-далеко. а здесь — только сверчки и немного любви.

«...и тогда мне вдруг так и запахнет деревнею; майскою темною ночью, глядящею из сада, сквозь растворенное окно; соловьем, обдающим сад, дом и дальнюю рощу своими раскатами; страхом и шорохом ветвей».

за стеной поскрипывают старые половицы. не проходит много времени и парня обвивают руками вокруг шеи, об темную макушку начинают тереться щекой, а теплые ладошки сильнее прижимаются к любимому человеку.

— Минни, проводи меня до дома, — Чонин посмотрел в сторону настенных часов, стрелка которых уже тикала на десяти.

ребята шли в сторону ограды, смотря в траву, приминая ее обувью и еще какие-то маленькие желтые цветочки.

— спокойной ночи, солнце, — Ким переместил руки на плечи блондина и осторожно прижал к деревянному забору, а тот зажмурился, зная, что его ждут поцелуи в лоб и щеку.

итак на протяжении двух недель после конфет, рассвета и признания.

следующим утром Сынмин бодрствовал на кухне. нежные тонкие пальцы скользили по столешнице в ожидании того, когда его крепкий кофе наконец заварится. честно, парень и сам не знает с чего так подскочил в шесть часов утра.

солнце уже поднялось из-за горизонта и пробралось во все доступные щелочки дачного дома. он опустошил чашку и последний раз насладился кофейным ароматом. раз все так теперь замечательно, то можно и выйти во двор. юноша подходит к двери, не успевает прикоснуться, как тут же она приоткрывается и падает хилый замок.

ближе к восьми часам утра он сидел с новым замком и пытался вкрутить его туда, откуда вывалился старый. заниматься этим так не хотелось, но что поделать. Сынмин только снял ручку, за этим защитную накладку и задвижки. после двух минутной работы потянулся и зевнул.

— ты чем занят? — заставил вздрогнуть Чонин своим неожиданным появлением за спиной.

— замок вставляю, — он тотчас покосился на парня сзади. — ты опять рано встал..

Сынмин вернулся к своему делу и выкрутил винты, один из которых случайно упал и покатился куда-то в траву. парень, пусть и потерял из виду, продолжал возиться с крепящим корпусом и оставил поиски на потом. светловолосый же заметил, как тот занят, поэтому отошел и попробовал сам найти эту важную деталь.

— я нашел, держи, — уселся рядом и протянул руку, тем самым вернул ранее потерявшийся винт.

темноволосый подставил ладошку, чтобы Чонин положил туда свою вместе с предметом. парень так и сделал, но убирать руку не планировал, как и влюбленный взгляд, быстро метнувшийся на сосредоточенное лицо за починкой двери.

— ты невероятный.

с этими словами Минни закрыл ладонь, обхватив изящными пальцами пясть Чонина. мелкая деталька прошлась по средним фалангам, дистальным, и в скором времени снова завалилась к их ногам. теперь они смотрели глубоко в глаза друг друга. Сынмин аккуратно гладил большим пальцем по тыльной стороне ладони парня, любуясь им, из-за чего на лице возникла ухмылка. Чонин нервно сглотнул, когда к нему приблизились и хитро разглядывали губы с приоткрытым ртом.

— еще ты прекрасный, великолепный, превосходный..

не успел договорить Чонин, как в его уста впились с таким желанием, что пришлось опереться рукой, чтобы не повалиться назад. Сынмин начал сминать розоватые губы и иногда переусердствовал, что были слышны громкие причмокивания. на этом моменте блондин покраснел и случайно пропустил свои пальцы сквозь темные волосы, притягивая к себе все сильнее. наслаждаясь каждой минутой, Сынмин расслабился и провел языком по нижней губе. другой же воспользовался этим и легонько оттолкнул парня, чтобы в результате поудобнее расположиться на коленках. он устроил горячие ладони на груди, водя сверху вниз, а взглядом блуждал по чужим мокрым губам. через несколько секунд вновь прислонился и игриво, но слабо прикусил зубами, из-за чего услышал тихий стон и был затянут в более длительный поцелуй.

так незаметно прошел еще один час. эти двое довольно сидели на ступеньках и пили чай, на вкус не знаю, но цвет был сине-зеленый.

— ты так вкусно пахнешь! — уткнулся носом в ключицу Чонин.

подул слабенький ветерок и сзади парней скрипнула дверь с новым серебряным замком. Сынмин отпил немного теплого напитка, намешанный сахаром.

— сладенький.

— сладенький.