Глава 16. И снова слёзы...
-Да, но не всем это по карману. Обычные люди обрабатывали воском, кунжутом и перцем в течение трёх месяцев. Воск используют для закупоривании раны, а перец улучшает кровообращение. – Закончив рассказ о самой процедуре, мужчина вновь посмотрел на юношу, который выглядел не то чтобы напуганным, но точно покрылся гусиной кожей. – Мальчик мой, тебе бояться нечего, у тебя всё есть: деньги есть, работу всегда найдёшь. Заклинатель может изгонять духов, играть на инструментах, танцевать, пойти служить воином во дворце, открыть собственную школу фехтования, лечить или продавать травы и прочие лекарства. Даже просто рассказывая истории своей жизни можно заработать. – Утомившись от разговоров, евнух начал потихоньку разминать кости.
- Брат Хуа, ты опоздаешь на занятия. – Напомнил Лекарь.
Евнух взял парня за руку, выводя из лечебницы. Парень хотел что-то сказать, но ему показали пальцем жест «молчания». Пушок едва ли успевал за торопящимися людьми. А змей наслаждался «поездкой», постоянно упираясь мягко в щеку, демонстрируя своё удовлетворение всей ситуацией. Солнце практически село. Всего два занятия и можно пойти спать.
«Ой, ещё змейку нужно домой отнести...» - Внезапно вспомнил обладатель цветных глаз, мысленно давая себе пощёчину.
Так они дошли до площадки, где все ученики уже ожидали начало занятия. Это была большая площадка, имеющая четыре столба, которые замыкали квадрат, больше походя на большую клетку. Евнух даёт Таияню знак остановиться, а сам идёт дальше, пока не встал напротив учеников. Все без исключения делают медленный поклон, ожидая речи. До самого юноши медленно начинает доходить. На него продолжают бросать косые взгляды. И маленькому солнцу это было не по нраву.
«Евнух Ван – один из старейшин! Кто бы мог подумать...»
Парень взглядом нашёл Хуан Джу, улыбнувшись ему. Одежды ханьфу были удобными, но в них было жарко. А что будет зимой?
- Если кто меня не знает – я Ван Чжэнь, - Представился мужчина в золотых одеяниях.
В почти ночной тьме этот человек казался солнцем. Золотые одежды, киноварная алая точка на лбу, обжигающий взгляд феникса.... Он тот, на кого хотелось смотреть не отводя взгляда. Для этого человека принесли подушку, и он сел. Грациозно, красиво, как кот. Пушок смело подошёл к нему, усаживаясь рядом. Как принц из сказки, как сошедший с картин опытного художника. В движениях не было ничего лишнего. Его спина была прямой, а голову держал ровно, и не смотрел на всех с высока, хотя взгляд говорил: «Вы мне неровня». Если бы можно было одним лишь взглядом остановить человека... Звучит как сказка? Да, но у него это получилось. Почти все сто человек были заворожены им.
-На самом деле, хоть направление именуется как «танцы», здесь мы будем учится не только танцевать. Подбирать одежды, играть роль разных людей, – Чжэнь говорил неторопливо, чтобы все всё запомнили и слышали. – Вам рано или поздно придётся столкнуться с ситуацией, когда этот навык пригодиться. Вас могут пригласить к себе знатные люди, или обстоятельства заставят вас прятаться от стражи и врагов.
- А чем полезны танцы? – Послышался вопрос откуда-то далеко, но его услышали. Евнух улыбается уголком губ, раскрывая веер и обмахиваясь им.
-В публичных домах людей много, - Начал старейшина. – Туда с таким навыком попасть легко. А где много народу – там больше информации и платы. Танец это не просто предмет досуга. Хуо Таиянь, сын Императора, пример этому. Те, кто хотя бы раз видел, как он обращается с мечом понял бы: танец может быть опасным как лезвия. Он был единственным человеком, что во время боя мог успокоить народ и побеждать врагов. Потому что его движения походили на красивый танец, а бой был для него как представление. Каждый раз мы будем устраивать небольшие сценки. Ваша речь должна соответствовать вашей роли. Сегодня мы лишь познакомимся, завтра ваш график будет изменён, у вас будет фехтование, моё занятие, музыка и основы. Ваша задача будет проста: мужчины переодеваются в женщин, женщины в мужчин. Вопросы?
У художника было немало вопросов. Задание казалось лёгким, ему не составит труда нарисовать эскизы, сходить в свободное время в город за тканью, потратить одну ночь на шитьё.... Конечно, он мог бы просто купить женскую одежду, или одолжить у кого-то из клана, но от таких мыслей щеки краснели от стыда. Блондин думал о том, чтобы найти больше друзей в клане, но его сторонились или мягко просили не подходить. Уже смирившись, тёмный заклинатель наблюдал за тем, как ученики перешептывались между собой, обсуждая, что они будут делать. Чжэнь словно наблюдал за тем, что же эти дети будут делать. Не желая бездействовать, евнух поднялся, как вдруг к нему подошёл глава клана. Ученики поклонились, но продолжили тихо перешептываться. Разноцветные глаза смотрели на две фигуры. Чувство дежавю нарастало. Заклинатели стали бросать на него косые взгляды. Юноша так углубился в свои мысли, что не удосужился сделать один поклон. От старейшин это не ускользнуло, и беседа прервалась. И Ху хотел подойти и поинтересоваться в чём дело, но его остановили, коснувшись рукой плеча мужчины.
Парень вздрогнул, сделав пару шагов назад. Заклинатели поспешно отошли от него в сторону, давая пройти Главе клана и евнуху.
«Неужели я опять где-то напортачил? О небеса, когда же это прекратиться? Но евнух Ван кажется мне очень знакомым. Возможно, я видел его раньше. А занятие музыкой вовсе отменили. Если моя память не подводит меня, то когда старейшины впервые увидели меня, их было шесть. Евнух Ван стоял как можно дальше от меня, вместе с ещё одним мужчиной. Но такое чувство, что после той встречи они покинули клан на время...»
- Таиянь, Таиянь. –Мужской голос несколько раз окликал юношу, прежде чем тот соизволил обратить своё внимание на собеседника. – Тебе плохо? Ты же только что от И Шэ, может тебе стоит ещё раз к нему заглянуть? С тобой всё хорошо?
Вопросов становилось всё больше, и заклинателю стало неловко. Обладателю светлых волос казалось, будто за него уж слишком сильно переживают и волнуются. И это художника волновало больше всего. Дахай не помнил тёплых материнских рук и объятий, поддержки отца, а братьев или сестёр у него не было.
«Я даже не помню, как стал сиротой... То ли умерли они, то ли просто решили избавиться от меня...»
Дахаю казалось, будто этот человек, с которым он был знаком всего ничего, вёл себя как подобает отцу. Как пишут в различных книгах и кратких историях. Гордый, имеющий чувство справедливости. Ему не было плевать на И Шэ и свой клан, готовый броситься за них в бой. От одних лишь мыслей об этом, разноцветные глаза наполнились влагой. Тёмный заклинатель сам удивился этому и поспешил вытереть солёные жидкости рукавом. Его действия заставили заклинателей за переживать.
-Эй, ты что, плачешь? – Негромко произнёс евнух, растерявшись. – Его нужно увести отсюда. – Намекнул мужчина, повернувшись к ученикам. – Расходитесь. Чтобы к завтрашнему дню все были готовы. Хуан Джу и Бинхуа останутся помогать мне.
И Ху вывел тёмного заклинателя к бамбуковой хижине. Оказавшись внутри, глава клана закрывает двери. Его руки не спеша убирают заколку с волос, позволяя им рассыпаться ярким водопадом, и завязывает низкий хвост красной лентой. Белый змей уполз к Пушку греться, оставляя мужчин одних. Гребнем проходят по светлым прядям. Эти прикосновения были приятными. Но это не длилось долго. Хозяин дома готовит чай, разливая его по небольшим чашкам. Тишина давила на уши. Таиянь был уверен: любой другой бы человек, из его мира, начал бы задавать множество вопросов. Здешняя жизнь сильно отличалась от привычной художнику. В голове крутилось множество мыслей сбивающие с толку. Хотелось спросить о многом. О тех ощущениях «дежавю», о евнухе и ещё одном старейшине. Только слова застряли в горле.
Сам И Ху не спешил расспрашивать парня, позволяя тому обдумать свои решения и успокоиться. Зелёный чай остывал, а тишина всё тянулась. Вспоминая разговор с Тэнши, художник уходил ещё глубже в свои мысли. Брови нахмурились, на лице читалось смятение. От этого опытный заклинатель больше насторожился. Ему не нравилось состояние юноши: то задумчивый, то недовольный. А смысл бояться был, всё же человек сидячий перед ним являлся тёмным заклинателем.
Главе клана нужно быть осторожнее. Но мужчина словно не боялся художника. Взмахнув рукавами ханьфу, он отошёл к правой стене, вытащив тайник в полу, достав оттуда кувшин вина. Тёмно-красный сосуд поставили на стол. Запах персика донесся до Таияня, вынуждая отвлечься от своих мыслей.
-Господин И, разве алкоголь не запрещён по правилам? – Интересовался юноша, наблюдая своими разноцветными глазами, как алую жидкость разливают в ещё одни чаши.
-Поэтому я и закрыл двери. – Незамедлительно отвечает заклинатель, мягко улыбнувшись собеседнику.
- А я теперь понимаю у кого И Шэ и Хуан Джу учились так улыбаться и переняли характер...
Слова вылетели из уст юноши необдуманно, поспешно, скорее как мысли вслух. И Ху немного удивился, после чего вовсе рассмеялся. Смех этого человека был искренним и весёлым. Таиянь краснеет, стыдясь своей выходки.
- Ты прав. Мои дети переняли у меня многое. – Наконец-то гробовая тишина и гнетущая атмосфера исчезли, позволяя заклинателям поговорить без особых проблем. – Хуан Джу приёмный ребёнок, но тоже часть семьи. Они похожи, да? – Мужчина попытался разрядить обстановку, вывести юношу на разговор. Алкоголь был выпит. Крепкий прохладный напиток коснулся горла, после чего разливается по внутренним органам и крови.
-Даже слишком. – Соглашается молодой заклинатель, медленно опустошив чашку. – Простите что заставил вас волноваться. Я просто задумался.
- Если тебя что-то беспокоит, то ты можешь поделиться со мной. – Молвит И Ху, наливая ещё вина.
- Господин И, я просто не уверен стоит ли... - Отвечает Таиянь честно, бросая взор на спящего змея и мирно лежащего Пушка. – Когда я спал те три дня, я говорил со своим другом и вместе искали информацию о нашем мире и этом, пытаясь понять, как же они связаны... в нашем мире я не сын, а внук Императора прошлой династии, династии Мин. Если точнее, то потомок Императора Пу И, эры летоисчесления Сюаньтун, эпохи Цин, клана Айсинь, или же Айсиньцзюэло. У него было пять жён... Одна из них должна быть моей матерью...
- Ты думаешь, что имперская семья не лыком шита? – Сразу же догадался, к чему ведёт юноша, выдвинув данное предположение. – Соглашусь. Они в последнее время слишком тихие. Грядет буря.
- Вкусное вино, но странное...
- Персик и красный виноград. – Гордо произносит мужчина, видя, как парень улыбается. – А знаешь что? У Бинхуа серьги из-за меня.
-Господин И, я пытаюсь понять вас, но не понимаю....
- Мы пили, - Начал рассказ заклинатель, вновь наливая в пустые чаши вино. – играли в Го, проигравший выполнял желание победителя. Я не знал, что загадать Бинхуа, и те двое выбрали за меня. Он до сих пор носит их, хотя мог бы снять. Он может показаться тебе слишком серьёзным и сложным человеком, во всех видит лишь соперников. А всё потому что в его сердце горит огонь соперничества. Его мечта – превзойти меня. Так он сказал.
- Выходит, он видит во мне соперника? – Улыбнулся Таиянь, пригубив крепкого вина. – Тогда мне, наверно, стоит принять вызов, хотя бы веселее будет.
-Я думаю, он будет рад. Вы, детишки, растёте слишком быстро. А ведь мне казалось, что Хуан Джу и И Шэ ещё недавно были крохами, которых я носил на руках... - Вздыхая, мужчина погрузился в пучину воспоминаний прошлого, слабо улыбаясь, словно ему было нелегко.
- Господин И, а можно спросить сколько вам лет? – Тихонько произносит тёмный заклинатель.
- Я не старый! – Громко заявил он, немного покраснев и встав с места. Кашлянув в руку, немного успокаивается, отведя взгляд в сторону. – Ну... немного больше шестидесяти.... Это нормально!! У нас в мире немало заклинателей достигших бессмертия.
- Поэтому многие выглядят молодо, да? – Призадумался парень. – Вы слишком молоды. Я думал, что чтобы возглавить Клан вам должно быть куда больше...
- Нет-нет, малыш Таиянь, например, ты сам можешь возглавить группу людей и заняв определённые территории, считаться главой Клана. Но это не просто. И главное чтобы за тобой следовал народ, а без этого никуда. – На слова собеседника юноша кивает. – Что-то я задержался тут... готовься к занятиям, скоро придёт Джу и поможет тебе со всем...
-Господин И, вы могли бы унести змею обратно? Мы с ним договорились, что он останется тут на один день...- Успел произнести художник, видя задумчивое лицо мужчины.