Глава 7.
Спала девушка вновь плохо.
Непреодолимый страх и тревога, сочащаяся отовсюду, окутывала ее как снежная лавина. Холод пронизывал до самых костей, заставляя задыхаться в приступах кашля. В панике девушка, дрожа всем телом, открыла глаза. Но вокруг все было поглощено тьмой, сквозь которую даже не виднелись очертания комнаты.
- Девочки, - в ужасе прошептала Джейн, ощутив как собственный голос теряется и исчезает в воздухе.
Девушка в панике начала озираться по сторонам, только через мгновение поняв, что находится не в академии. Не в комнате с Амандой и Ванессой. Не на теплой постели.
Сквозь непроглядную и всепоглащающую мглу, Джейн смогла различить огромную поляну, что, казалось, заполонила собой все вокруг.
Поднявшись на ноги, в ужасе захватывая ртом ледяного воздуха, она вновь огляделась. И в этот же миг вся поляна, как по щелчку пальцев, осветилась небесным сиянием, заставив Джейн от неожиданности зажмуриться. Цветы, растущие на ней теперь пылали ярким светом, окуная, как кисточку в банку с краской, в мир волшебства.
Ступая глубже в мрак ночи
Узри ты свет цветов внутри
Услышь их глас, к себе зовущий
Спаси ты нас и наши души…
Нежный и мелодичный голос, подобный тихому шелесту деревьев, что переговариваются друг с другом благодаря легким дуновениям горделивого ветра, раздался из ниоткуда.
Он лился словно юркий ручей, пробивающийся сквозь горные породы. Манил своим звучанием как молодые певучие птицы под окном в раннее прохладное утро. Завораживал, будто изящные танцы юных балерин, кружащихся и парящих в водовороте собственных грез и мечтаний.
Это был голос, что пронизывал и выворачивал душу наизнанку. Голос надежды и отчаяния. Любви и жгучей ненависти. Добра и зла. Жизни и смерти. Это была мольба, граничащая с властным приказом, что сочилась отовсюду, заставляя сердце ускорять свой ход.
Казалось, что все вокруг окутывало и затягивало девушку в свои сети. Сети, полные боли и трепета. Тоски и веры.
Цветы, что пылали голубым огнем, печально опустили свои бутоны к самой земле, гонимые ветром, который в одночасье превратился в безжалостный вихревый водоворот. Голос, все еще напоминающий пение сирены, что попала в беспощадную ловушку, теперь неумолимо терялся и исчезал в шелесте травы и вое ветра.
Пораженно оглядываясь кругом и боясь лишний раз пошевелиться, Джейн хриплым от страха голосом прокричала во мглу, освещаемую лишь светом цветов, уже готовых навсегда запрятаться во тьме и забрать сияние с собой.
Крик ее лишь издевательски растворился во мраке ночи, что уже вовсю раскинула свои путы, погружая девушку в неизвестность.
Смаргивая предательски обжигающие капли слез, Джейн, не разбирая дороги и пытаясь разглядеть голубые огоньки цветов вокруг, что теперь напоминали тусклые и блеклые пятна, понеслась вперед. Вперед, где как ей самой казалось, ее ждет спасение.
- Кто ты? Что тебе нужно?
Снова отчаянный крик, теряющийся в безумном беге и темноте. Крик, полный страха и непонимания.
Ты.
Нам нужна лишь ты, Джейн.
Снова звучание флейты. Теперь полное лишь безысходности и боли. Теряющееся на фоне разбушевавшегося ветра.
Резко остановившись, Джейн, тяжело дыша вновь осмотрелась, в надежде увидеть говорившего. Цветы, как по щелчку пальцев один за другим стали угасать, превращая мир вокруг в беспроглядную бездну.
В ужасе девушка смотрела как полностью погружается во мрак. Спустя мгновение она лишь слышала свое загнанное дыхание и бешенно стучащее сердце. Ветер, словно подслушивая и питаясь испугом Джейн, затаился. Трава не шелестела. Все напоминало огромный черный постер без единого светлого пятна.
Девушка осторожно протерла глаза, надеясь различить хотя бы что-то, подтверждающее, что ей еще удасться выбраться отсюда. Открыв глаза, она ошеломленно вздохнула и на неслушающихся ногах неуклюже отшатнулась назад.
Прямо перед ней, стоит только протянуть руку, стояли девушки. Все они сияли. Той же небесной лазурью, что и цветы прежде. Они казались невесомыми. Заполоняли собой все и одновременно ничего. Они парили над землей и в то же время твердо стояли на ней. Взгляд каждой выражал горечь и тяжесть бытия. Казалось, все они повидали самый худший и изощренный, пробирающий до дрожи, кошмар.
Одна из них, казалось самая старшая и мудрая, еле заметно улыбнулась. Она слилась со всем, что сейчас окружало Джейн. Даже тьма отступила, дав озарить все вокруг потоком света, заставившего невольно зажмуриться.
А после она заговорила. Все тем же голосом струн мелодичной флейты, заставлявшей потонуть любого в мелодии неимоверной силы, что теперь молила лишь о помощи. Заговорила, подхватив за собой голоса всех остальных девушек. Они молвили в унисон, сливаясь в единое целое.
Кажется, даже не дыша, Джейн зачарованно слушала, голоса, превращающиеся в одну единственную песню. Слушала, словно приклеившись к земле, пока девушки легко парили вокруг в небесном сиянии. Слушала, пытаясь понять их мольбу, от которой все тело покрылось мурашками. Слушала, не сводя с них ошеломленного взгляда и внимая каждому слову.
Слушала, понимая, что ничего не слышит.
А в следующее мгновение исчезли и они, заставив Джейн выйти из ступора и тяжело вдохнуть такого ледяного воздуха. Земля под ногами исчезла, и девушка почувствовала, как неумолимо быстро летит в объятия пропасти.