На грани человечности

Оливер и Гарри стояли с солдатами, готовясь к выдвижению.
Рядом — Айрис и Альфред, сосредоточенные и молчаливые.
Их лица были напряжённы — никто не знал, что ждёт за пределами лагеря.

Халлисон, Глория, Виктор и Габриэль подошли.

— Ну что, идём? — спросил Габриэль, осматриваясь.

В этот момент:

— Нас тоже возьмите! — раздался голос Крисстиана.

Все взрослые обернулись и удивлённо посмотрели на детей, что стояли чуть поодаль.

Айрис и Альфред лишь переглянулись, тихо фыркнув: "Началось…"

— Нейтон? — Габриэль сразу подошёл к сыну, заметив, как тот сжал кулаки.

— Отец, пожалуйста, позволь мне пойти с вами! Ради Стейси! — голос Нейтона дрожал, но в нём звучала сила. — Я должен!

— Нет. — строго, но мягко сказал Габриэль, положив обе руки на плечи сына. — Обещаю, мы найдём их. Но кто-то должен остаться здесь, с детьми. Ты нужен им, Нейтон. Ради Эмили — останься.

Нейтон опустил глаза, но стиснул зубы, не споря — внутри кипело, но он понимал.

— Я тоже хочу пойти! — шагнула вперёд Эмили. — Они мне дороги! Я не могу просто сидеть!

— Эмили, пожалуйста, побудь здесь. Присмотри за Сесилией и Сильвией. — твёрдо сказала Глория.

— Но мам… — начала Сесилия, но её мягко остановили.

— Никаких “но”. Мы сами найдём их. — Глория поцеловала обеих дочек, обняв. Они кивнули, хоть и неохотно, опустив глаза.

Виктор склонился, поцеловал обеих в лоб:
— Слушайте старших. И будьте начеку.

— Я поеду! — выкрикнул Крисстиан, шагнув вперёд. — Она — моя старшая сестра. Моя семья. Единственная, кто у меня осталась!

— Крис, ты ребёнок. Ты не можешь идти с нами. — сказал Гарри строго.

— Нет! — крикнул Крисстиан, голос сорвался. — Я не могу просто сидеть, когда те, кого я люблю, могут страдать!

Оливер подошёл к нему, опустился на корточки, посмотрел в глаза:

— Крис, будь хорошим мальчиком. Останься. Я обещаю: если никто другой не найдёт Лину — я сам лично её найду.

— Но она не единственная, кого я хочу спасти. — прошептал Крисстиан. — Вы все стали мне близки… Все вы — моя семья.

На секунду повисла тишина.

Оливер тяжело вздохнул, улыбнулся и сказал:

— Ты очень умный, смелый мальчик. Лине невероятно повезло с таким братиком. Но будь с остальными. Им нужна твоя поддержка, как и тебе — их.

Крисстиан посмотрел на Эмили, на Сесилию и Сильвию, стоящих вместе, на Нейтона рядом.
Все — напряжённые, но рядом.
Он кивнул.
И тогда Оливер протянул мизинец:

— Обещаешь?

Крисстиан взглянул на него серьёзно, потом медленно протянул свой мизинец в ответ.
— Обещаю.

Мизинцы сцепились.
— Мизинечная клятва. — прошептал Оливер.

Эмили стояла рядом с Нейтоном, не отрывая взгляда от уходящих взрослых.

Им оставалось только ждать. И верить.
Пока те, кто ушли в ночь, не вернут свет в их сердце.
И не приведут домой тех, кого так не хватает

Они начали постепенно заходить в лифт — по одному, чтобы избежать толпы и духоты.

Инес и Хлоя подошли к детям, чтобы остаться с ними.
Остальные провожали уходящих молча.
Последними в лифт зашли Габриэль с солдатами.

Позже. В пути.

Каждого распределили по машинам — по пять или шесть человек в каждой.

Оливер ехал вместе с Гарри и двумя солдатами.

Виктор, Глория, Габриэль, Айрис — в одной машине с водителем.

Халлисон ехал с группой солдат.

Альфред — в отдельной машине, тоже с бойцами.

Оливер смотрел в окно, но взгляд был пустой, сердце сжато тревогой. Гарри заметил это.

— Не переживай, с ними всё будет в порядке. — сказал он, пытаясь приободрить.

— Гарри… — тихо начал Оливер, потом сжал кулаки. — Я боюсь. Особенно за Элиаса, Хэйли и Лину. Ты ведь помнишь тот день… Мы еле как успели спасти Хэйли с Элизой. А если отец не добрался до Элиаса вовремя… Альфред мог застрелить его.

— Эй. — Гарри положил руку на плечо друга. — Не думай о плохом. Пока мы не знаем, главное — искать.

— А как не думать?! — взорвался Оливер. — А если их… насилуют?! Если режут?! Это же дети! А Лина… она… моя девушка! — он тяжело выдохнул. — Ты знаешь, что делают с детьми… особенно с девочками в таких ситуациях…

Гарри опустил взгляд, губы сжались.

— Знаю… Но не хочу этого знать. И, как бы страшно ни было, я всё ещё надеюсь на лучшее.

---

Внезапно — машины начали останавливаться одна за другой.

— Почему мы остановились? — нахмурился Гарри.

— Пить захотелось всем. Сейчас, налью. — ответил один из солдат, вытаскивая из багажника бутылку с напитком и пластиковые стаканчики.

— Серьёзно? Ради этого? — фыркнул Оливер, но взял стакан.

Солдат разлил напиток. Гарри, Оливер — выпили. Даже Халлисон сделал глоток — он тоже беспокоился, но старался держать себя в руках, быть примером для бойцов.

Глория, хоть и дрожала изнутри, тоже сделала глоток — чтобы хоть как-то подавить тревогу. Виктор отпил совсем чуть-чуть.

Габриэль протянул руку, но в последний момент отстранился, покачал головой:

— Я не хочу. Лучше буду в сознании, если вдруг что.

Он откинулся в кресло, сжав ружьё. В его голове была только одна цель:

Найти их. И забрать домой. Любой ценой.

Некоторое время спустя.

Машины стояли у обочины. Люди, выпившие напиток, начали клевать носом.
Глаза закрывались сами собой. Один за другим — солдаты, Гарри, Оливер, Халлисон, даже Глория начали погружаться в сон, как будто кто-то выключал свет внутри них.
Даже Виктор не устоял.

Только Габриэль не пил.
Он настороженно оглядывался.
Что-то было не так.

Габриэль открыл дверь и вышел.

Ему не давало покоя чувство опасности.
Он слышал приглушённые голоса — чуть в стороне, возле другой машины.
Он медленно подошёл, стараясь не шуметь.

За кустами, между двумя машинами, стояли Айрис, Альфред и один из солдат.
Они говорили быстро, но чётко:

— ...когда они уснут, мы их быстро зачистим.
— А бункер? — спросила Айрис.
— Плевать. Эти дети и женщины — никто. Их уберут позже. Главное избавиться от них всех, пока не поздно.
— А что насчёт остальных?
— Умрут. Или подчинятся. Мне всё равно.

У Габриэля перехватило дыхание.

Они… предатели. Это всё… ловушка?
Дети… Эмили, Нейтон… Сесилия, Сильвия… ВСЕ ОНИ В ОПАСНОСТИ!

Он резко вытащил телефон и, дрожащими руками, вызвал сына.

— Нейтон! Немедленно! Вы должны БЕЖАТЬ из бункера! Это ловушка! Они... они…
— Папа?! Что случилось?! — голос Нейтона дрожал.
— Не слушай никого. Ни Айрис, ни Альфреда. Они… они хотят…

ВЫСТРЕЛ.

Габриэль резко дёрнулся, на его груди расползлось алое пятно.
Он тяжело задышал, телефон всё ещё в руке.

— Па-папа?! — голос Нейтона на том конце.

ВТОРОЙ ВЫСТРЕЛ.

Габриэль пошатнулся и упал на колени.
Он с трудом поднял взгляд — перед ним стоял Альфред с пистолетом в руке.
Рядом — Айрис и солдат. Ни капли сожаления.

— Ты слишком много услышал, брат. — холодно сказал Альфред.

ТРЕТИЙ ВЫСТРЕЛ.
Габриэль упал на землю. Телефон выскользнул из его пальцев и ударился об асфальт.

Слабое потрескивание — звонок всё ещё шёл.
Нейтон слышал… всё.

— Папа?! ПАПА?! — Нейтон прижал телефон к уху, но в ответ — тишина.
Лишь слабые шорохи и... удар телефона об асфальт.
Что-то внутри него оборвалось. Он знал.
Габриэль... мертв.

— Чёрт! Быстро! Крис, за мной! — выкрикнул он и сорвался с места.

Крисстиан сразу же побежал следом.
Они неслись по коридору, ведущему в главный зал бункера.

А в это время…

Солдаты уже стояли вокруг Эмили, Сесилии и Сильвии.
Они приближались медленно, но угрожающе.
Эмили встала перед девочками, дрожа, но не отступая.

— Что вы делаете?! Вы же свои! — крикнула она.
Один из солдат усмехнулся.
— Больше нет "своих". Приказ есть приказ.

И в этот момент в зал вбежали Нейтон и Крисстиан.

— ЭМИЛИ!! — закричал Нейтон, увидев, как двое солдат хватают её за руки.

— Пустите её! Пустите всех! — заорал Крисстиан и бросился на ближайшего солдата, не раздумывая.
Он ударил того кулаком, но его схватили.

Нейтона прижали к полу. Он кричал и вырывался, но их было больше.

Сильвия и Сесилия вцепились в Эмили, не отпуская, дрожа от страха.
Эмили пыталась удержать их, пока её саму держали.

Вбежала Хлоя.

— Что здесь происходит?! Отпустите детей, вы с ума сошли?! — закричала она.

И в тот же миг — ВЫСТРЕЛ.

Седрик.
Холодный взгляд. Без сожаления.
Палец сжал курок, словно выключая жизнь.

Хлоя отшатнулась.
Руки прижались к груди.
На одежде расползлось кровавое пятно.

— Мамаааа!! — закричала Эмили.
Солдаты держали её, она вырывалась, истерически, словно бы выдирала куски реальности.
Сильвия и Сесилия начали плакать, держась за неё ещё крепче.

Хлоя рухнула на пол.

Инес подбежала.
Она опустилась рядом, дрожащими руками прижимая тряпку к ране, но...

— Нет... нет... Хлоя... — прошептала она.
Глаза Хлои были уже стеклянными.

Седрик медленно подошёл.
Он смотрел сверху, как на что-то ненужное.
Навёл пистолет... прямо на Инес.

Она замерла.
Смотрела на него, как на пустоту.

Седрик молчал.
Смотрел в глаза. Холодно. Пусто. Без души.
Но... не стрелял.

Позади — Крисстиан держим солдатом.
Нейтон прижат к полу, кровь на губе.
Эмили в истерике, не в силах поверить, что её мать... мертва.