Часть 47
Давненько я не бывала на собраниях. Здесь было очень шумно.
Мы сидели на трибунах, и Джаин наклонилась ко мне.
– Мы делаем это ради твоего парня, – произнесла она с улыбкой.
– Я думала о том же.
Сейчас поздравляли футболистов. Они продемонстрировали отличную игру в прошлом сезоне.
Я улыбнулась Чонгуку, когда он поймал мой взгляд.
Один из тренеров постучал по микрофону и спросил:
– Эта штука включена?
Точно включена.
Союн, которая, очевидно, была в команде по теннису, плаванию или еще в какой команде по весенним видам спорта, прошла по сцене к тренеру, держащему в руках микрофон, и что-то тихо – не слышно для нас – сказала ему.
– Никто не говорил мне об этом, – ответил тренер в микрофон, громко и четко.
Союн сказала что-то еще.
– Поэтический конкурс?
Союн наклонилась к микрофону, чтобы теперь ее тоже слышали.
– В нашей школе увлекаются не только спортом, верно? Мы должны объявить победителя поэтического конкурса.
– О чем она говорит? – спросила Джаин.
Я пожала плечами:
– Без понятия. Может, она президент поэтического клуба? – Хотя я совсем не могла себе это представить.
– Этого нет в регламенте, – сказал тренер. – Пожалуйста, займите свое место, Союн.
– Тренер Чхве, – проговорила Союн, ее голос стал громче. – Я не хочу, чтобы в соцсетях устроили скандал по поводу того, что в нашей школе заботятся только о спортивных командах.
Тренер осмотрелся по сторонам, словно ожидая от кого-то помощи. Когда никто его не поддержал, он передал микрофон Союн:
– Только побыстрее.
Она расплылась в широкой улыбке и встала лицом к залу:
– Всем привет!
Раздались громкие аплодисменты.
– Если вы читаете школьную газету, то знаете, что в первом семестре у нас проводился конкурс поэзии. И я здесь для того, чтобы сообщить вам имя победителя. Вам всем это очень понравится.
Союн сняла свой рюкзак, который я ранее не заметила, и достала мой блокнот. Я узнала его – фиолетовый с зеленым, исписанный черными закорючками.
У меня от ужаса скрутило живот.
Нееееет!
Джаин ахнула. Очевидно, она тоже сразу узнала мой блокнот.
– Это стихотворение было написано нашей десятиклассницей Юн Тэиль, она посвятила его Чон Чонгуку.
Казалось, весь зал ахнул.
– Что будешь делать? – спросила Джаин.
Я застыла, не зная, что делать: вскочить и попытаться помешать Союн или убежать из зала? Мой взгляд метнулся к Чонгуку. Он смущенно улыбался.
– Знаю, – продолжила Союн. – Мило, правда? Что ж, многие из вас не знают, что отец Чонгука бросил его и семью несколько лет назад. Настоящая трагедия. И Тэиль написала об этом удивительное стихотворение.
Это был кошмар!
Я не писала его имя ни на одной из страниц, кроме той, что Союн уже однажды видела. Она думала, что эта песня была о Чонгуке. Думала так из-за пометок, что я оставила на полях. Она так думала, потому что ей хотелось причинить боль мне… и, возможно, ему.
Я покачала головой, глядя на Чона, и проговорила губами: «Останови ее». Он был намного ближе к Союн, чем я. Он стоял на сцене рядом с ней. Но он не смотрел на меня. Он в ужасе смотрел на Союн. Он, казалось, застыл, как и я. Я не могла позволить свершиться той мерзости, что задумала Союн.
Я встала и начала пробираться по трибунам мимо учеников и их рюкзаков. Но Союн уже зачитывала вслух слова «Забытого». Теперь личная жизнь Чонгука стала известна всем.
К тому времени, как я спустилась с трибун и направилась к сцене, Союн зачитала последние две строчки. Мои слова звучали в зале, набитом людьми. Людьми, которые, как я заметила, были очарованы ими. Я остановилась, когда Союн закончила. Теперь я стояла посреди баскетбольной площадки одна, на глазу нарисованного школьного талисмана – быка.
– А вот и она, – сладким голосом пропела Союн. – Поаплодируйте ей. Поднимись и получи свою награду, Тэиль.
И я поднялась, потому что хотела вернуть свой блокнот, оттащить Чонгука и все ему объяснить. Но все вышло иначе. Когда я под громкие аплодисменты преодолела пять ступенек и поднялась на сцену, Чона там уже не было.
– Ты жестокая, – тихо сказала я Союн и вырвала блокнот из ее рук. – Он этого не заслужил.
Девушка, улыбнувшись, притянула меня в объятия и прошептала:
– Вы оба заслужили.
Союн хотела от меня реакции. Хотела, чтобы я ударила ее или оттолкнула, чтобы вся школа стала свидетелем того, какой я была нахалкой, нагрубившей бедняжке после того, как та осыпала меня комплиментами. К тому же если я среагирую так, будто произошло что-то серьезное, то все именно так это и воспримут. Ребята решат, что Союн вывела Чонгука на чистую воду. Но я не поступлю так с ним. Я улыбнулась, дрожащим голосом произнесла «спасибо» в микрофон и как можно быстрее ушла со сцены и вообще из зала – я хотела попытаться найти Чона.
За следующие полчаса я отправила ему около сотни сообщений, все примерно с таким текстом:
«Она украла мой блокнот».
«Я не принимала участие в этом конкурсе».
«Извини».
«Ты где?»
«Мы можем об этом поговорить?»
«Это была ее месть. И ты это знаешь. Пожалуйста, пойми, что я этого не хотела».
Чонгук не ответил. Ни на одно. Все закончилось. Все закончилось, даже не начавшись.
Я во второй раз обогнула бейсбольное поле, надеясь, что Чонгук покажется, обыскала мужскую раздевалку и кухню столовой. И тогда зажужжал мой телефон. Меня охватила надежда, пока я не увидела сообщение от Джаин:
«Ты где?»
«На основной базе», – с печалью ответила я.
Подружка появилась через несколько минут.
– Нам стоит побить ее сейчас или позже? – спросила Джаин, сверкая глазами.
Я прижала ладони к вискам:
– Я волнуюсь за Чонгука.
– Не волнуйся. С ним все будет в порядке. Кстати, песня действительно хорошая. Все только о ней и говорят.
Во мне поднялась волна гордости, та, что я на долю секунды ощутила, когда стояла посреди зала на сцене. Но я поборола это чувство.
– Джаин, – сказала я, мой голос задрожал. – Чонгук держал все в огромном секрете, и теперь вся школа знает об этом благодаря мне и моей дурацкой песне.
– Не благодаря тебе. Благодаря Союн.
– Но я вообще не должна была писать о его жизни.
– Он засовывал письма, где рассказывал о своей жизни, под парту! – усмехнулась Джаин. – Любой мог до них добраться. Это мог быть кто угодно, Тэиль, а не ты, добрая, верная и надежная. Чонгуку повезло. Это могло произойти с ним и раньше… и в результате его же собственных действий.
– Но не произошло. Это произошло из-за меня.
– Ну, иди и объясни ему это.
Я снова посмотрела на телефон:
– Он мне не отвечает.
– Тогда найди его. – Джаин достала ключи из кармана и протянула их мне. – Я попрошу Джина забрать меня.
Я ни секунды не колебалась. Взяла ключи, обняла Джаин и побежала искать Чонгука.