Часть 24
Я пялилась на Эйнштейна на потолке Джаин, потому что не могла смотреть на нее. Уж лучше бы мне все рассказать Эйнштейну.
– Мне нужно тебе кое-что сообщить…
– Хорошо… – Джаин уселась на стул возле стола.
– Помнишь, я говорила, что кое с кем переписываюсь на химии?
– Да. С девушкой?
– Девушкой? – Прошло уже столько времени с тех пор, как я думала, что мой друг по переписке – девушка. Поэтому я не сразу об этом вспомнила. – Нет. В смысле, да, но я выяснила, что это не девушка.
– Как?
– В одном из писем он сказал, что он парень. Прости. Я думала, что рассказала тебе.
– Все нормально.
Я подождала минутку. Подождала подруги счастливого вопля. Я надеялась, что ей понравится эта ситуация: мой друг по переписке – парень. Но ничего не последовало. Джаин молчала. Наверное, потому, что я казалась слишком расстроенной.
Тогда я села лицом к подруге. Выражение ее лица было столь же серьезным, сколь и у меня.
– Помнишь, несколько лет назад ты рассталась с парнем, потому что он встал между нами? – спросила я.
Джаин кивнула:
– Ты имеешь в виду Чонгука?
– Да.
Джаин хихикнула:
– Да, конечно же помню. – Небольшая пауза. – Не хочу, чтобы ты думала, будто мы с Чонгуком расстались только из-за тебя. Вы оба постоянно жаловались мне друг на друга, и я устала от этого. Но у нас с Чоном ничего бы не вышло, даже если бы ты не вмешивалась.
– Чонгук – мой друг по переписке, – кивнув, выпалила я.
Джаин не ответила.
– Чон Чонгук, – повторила я для пущего эффекта, сама едва веря в то, что говорю. – Это он пишет мне на химии.
Я взяла свой рюкзак, который кинула на кровать, когда вошла, и положила на колени. Отыскала в нем письма и протянула их Джаин. Но моя лучшая подруга не сдвинулась, чтобы взять их.
– И я перестану писать. Теперь, – заверила я. – Я не писала ему сегодня, хотя он написал мне. И я больше не буду ему писать.
Джаин до сих пор ничего не сказала, и я наконец заметила, на ее лице не было удивления.
И тогда до меня дошло.
Джаин знала обо всем.
Я рассказала ей, что у меня есть друг по переписке. Чонгук ходил вместе с ней на химию и писал письма, ни от кого не скрываясь. А Джаин была наблюдательной.
Я встала и засунула письма обратно в рюкзак:
– Почему ты мне не сказала?
– Потому что ты его ненавидишь, а тебе так нравилось переписываться.
– И давно ты знаешь?
– Нет. Клянусь.
– Почему ты мне не сказала? Когда я сегодня увидела его за этой партой, мне словно дали пощечину. Можно же было хотя бы предупредить.
Джаин подняла руки:
– Знаю. Я надеялась, что через какое-то время из его писем ты поймешь, что он не тот, с кем бы тебе хотелось продолжать переписываться. Ведь ты его ненавидишь.
Я нахмурилась:
– Я действительно его ненавижу. Но в письмах он совсем другой…
Джаин поменялась в лице:
– Подожди. Он тебе нравится? Из-за писем?
У меня подскочило сердце.
– Нет! Не нравится. Вовсе нет.
Джаин кивнула с облегчением:
– Тебе нравится Намджун, верно?
– Намджун… он хороший… милый…
Подруга вздохнула:
– Вы двое идеально подошли бы друг другу, если бы попробовали.
– Почему ты так сильно хочешь нас свести? – спросила я, уперев руки в боки.
Джаин пожала плечами, но выражение ее лица говорило само за себя.
– Просто думаю, он больше тебе подходит.
– Больше кого? – спросила я.
– Любого другого.
– Чонгука?
– Да!
Казалось, из меня вышел весь воздух, вынуждая молчать. Джаин ревновала. Она не хотела, чтобы я знала, что переписывалась с Чоном, потому что ревновала. Хоть они и встречались два года назад и он ей больше не нравился, она до сих пор ревновала.
– Прости, – снова извинилась подруга, ее голос смягчился. – Но это же не важно. Тебе никогда не понравился бы Гук, верно? Это было бы слишком… ведь я бросила его из-за тебя два года назад.
– Но ты бросила его не из-за меня… ты только что сама это сказала.
Джаин опустила взгляд в пол всего на миг, но я все поняла. Она рассталась с ним из-за меня. Потому что я не смогла с ним поладить. Я всегда это подозревала, но Джаин мне возражала. А теперь я знала это наверняка.
– Что ж, я больше не буду стоять у тебя на пути, – огрызнулась я. – Возвращайся к нему.
Она ахнула:
– Я сейчас с Джином. Я не хочу возвращать Чонгука.
– Ты просто не хочешь, чтобы его хотела я.
– Ты сказала, что не хочешь его.
– Не хочу. Мне пора.
Я направилась к двери.
– Тэиль, подожди.
– Я не могу сейчас это обсуждать.
– Мы ведь разберемся с этим, правда?
– Да, – не задумываясь, ответила я. – Но не сейчас.
* * *
Была только половина девятого, а я уже лежала в кровати и смотрела на потолок. На нем не было осуждающих глаз, только белая краска, но мне все равно было не по себе. Я вздохнула.
Почему я так злилась на Джаин? Одну причину я знала: подруга врала мне. Специально. Это больно. Смогу ли я когда-нибудь снова ей поверить?
Но… только ли потеря доверия беспокоила меня?
Возможно, просто возможно, я хотела услышать от Джаин, что нет ничего страшного в том, что мне нравился Чонгук.
Не то чтобы он мне нравился. Ничуть.
Но в некотором смысле я могла понять чувство собственничества Джаин. Два года назад я развела их с Чоном. Я была плохой подругой.
В доме было шумно: братья готовились ко сну в ванной по соседству, мама кричала им, напоминая чистить зубы в течение двух минут, Йерим смеялась в телефон в коридоре, а папа просил ее делать это потише. Я закрыла глаза, прислушалась к гулу семьи вместо гула в голове. Завтрашний день будет лучше сегодняшнего. Должен быть.