Драбблы "Бравл Старс"

— Юная леди, я для кого рассказываю?

В лоб молодой студентки Эмз полетел небольшой кусочек мела, заставляя ту наконец отвлечься от телефона. Подняв глаза, она увидела своего преподавателя Байрона, грозно нахмурившего брови. На всех парах она всегда занимается своим блогом, и всем остальным обычно на это всë равно, но не Байрону... Этот матёрый волк всегда следит за порядком в аудитории и не позволит даже музе спокойно пролететь. Возможно, поэтому он и нравился Эмз.

— Может, Вы за меня расскажете про цис-транс-изомерию? А я позволю себе почитать новости, — ехидно произнёс Байрон, повернувшись к доске и взяв новый кусок мела.

Конечно, он знал, что Эмз абсолютно ничего не ответит, но он и не требовал. Он ещë устроит ей взбучку и припомнит все грешки. Разговоры, телефон, прогулы — Эмз была отвратительной ученицей, недостойной занимать чьë-то место в универе.

Вычерчивая формулы на доске, Байрон вновь резко повернулся и уставился на девушку, она вновь что-то строчила в телефоне, раздражительно постукивая ногтями по экрану.

— Эмз! После пар зайдешь ко мне, так больше не может продолжаться... — он устало выдохнул и вновь продолжил писать на доске, рассказывая теорию.

«Вот чëрт, он собирается выгнать меня» — моментально пронеслось в голове студентки, которая отложила телефон на край стола. Уж она-то не собирается так просто сдаваться, у неë есть пару тысяч подписчиков, готовых всегда помочь. Именно им она и строчила, прося помочь... Помочь с неразделённой любовью.

Эмз давно пытается обратить на себя внимание преподавателя, она специально заставляет Байрона злиться, чтобы он как можно чаще думал о ней. Ей всегда нравились мужчины постарше, особенно такие недоступные... Кто знает, что скрывается в их каменном сердце?

Учебный день закончился, а значит настало время припудрить носик и идти навстречу серьёзному разговору. Главное, делать вид, что искренне раскаиваешься во всех своих грехах, тогда может быть не отчислят.

Постучав в дверь аудитории, Эмз тут же вошла. За учительским столом привычно сидел Байрон, перебирая какие-то бумаги. Девушка неловко стояла в проходе, пока учитель не указав на место напротив, не сказал заветное "садись". Она мгновенно пробудившись, закрыла дверь и села, куда было сказано.

— Знаешь, что это? — подняв глаза на неë, спросил Байрон и, не дождавшись ответа, продолжил, — Это твой личное дело. Мне открылось много интересного, оказывается, ты не только на моих занятиях позволяешь себе бездельничать.

Эмз сразу заметила, что обычно интеллигентный Байрон всегда обращается на "Вы", а тут почему-то перешëл на "ты". Должно быть, он действительно раздражён. Или есть другая причина...

Неожиданно зазвонил телефон Эмз, который она судорожно держала в своих руках, как спасательных круг, всë это время. Девушка даже вздрогнула, потому что совсем не ожидала услышать песню Поко, стоящую у неë на звонке. Байрон сильно нахмурил брови и сжав зубы, протянул руку, призывая отдать телефон.

Звонил неизвестный номер, который мужчина одним движением сбросил, а его взору предстал Поко в полный рост на обоях, обнимающий свою гитару. Поко... Опять этот Поко.

У них с Байроном напряжённые отношения уже длительное время. Дело в том, что пару лет назад, Поко увëл у Байрона женщину, по истине любимую. Байрон тот ещё ловелас, особенно по молодости, более того у него есть жена, но даже еë он так не любил. Роза... Их свела работа, она была невероятной карьеристкой, умной и заинтересованной. Именно это так и влекло Байрона к ней, и пускай вместе они совсем не смотрелись, а Роза не испытывала никаких чувств к своему коллеге, ему это и не было нужно. Он просто молча наблюдал за ней, помогал с трудностями и восхищался.

Пока не появился Поко... Этот слащавый музыкант был настоящим охотником на женщин, так и цеплялся за каждую юбку. Роза не смогла устоять и поддалась искушению, естественно он не собирался с ней встречаться, она была всего лишь галочкой в его личном списке. А Байрон... Байрону было тяжело принять, что его идеал так просто осквернили.

Он бросил работу в лаборатории и пошëл преподавать, в надежде больше ничего не слышать ни о Розе, ни о Поко.

Но вот, он снова раздался в ушах, этот звонкий голос. Байрон сразу же вспомнил его лицо, когда тот флиртует с фанатками, эти прищуренные глазки, эта улыбка... Нет, он больше не уступит ему.

— Почему Поко? — выступающая жила на лице преподавателя ни на шутку напугала Эмз.

— У н-него хорошие песни... Особенно любовные баллады, — пожамкавшись ответила студентка, — да и сам он...

Она не смогла подобрать нужное слово, на языке так и вертелось "красивый, горячий, сексуальный". Байрон встал, оперевшись руками о стол и посмотрев на Эмз. Он оценивал еë: симпатичное личико, отдающее дерзким типажом; худощавое модельное тело; фарфоровая кожа и здоровые, несмотря на то, что крашенные, длинные блондинистые волосы. По шкале Байрона, она была твëрдой восьмёркой, будь она чуть старше, дотянула бы до десятки.

Он одной рукой ослабил галстук и наклонился к Эмз, вглядываясь в еë глаза. В них пылал страх, смешанный с любопытством и желанием. Уж желание он узнаёт из тысячи, ни с чем не перепутает. Обойдя студентку со спины, он наклонился и прошептал на ухо: «тебе он нравится, не так ли?»

На лице Эмз выступил румянец, рукой она теребила юбку, не зная, что сказать. Сказать, что ей нравится не только Поко, но и профессор Байрон. Он точно угадал еë мысли и, сняв галстук, привязал им руки студентки к спинки стула. Она не успела даже пискнуть, поскольку была слишком занята своими мыслями.

И вот, осознав своё положение, не веря собственному сознанию, она повернула голову на Байрона. Тот стоял самодовольно ухмыляясь.

— Надеюсь, Вы не будете против, если я помогу немного подтянуть вашу успеваемость? — галантно произнёс мужчина и аккуратно повернул стул, чтобы Эмз сидела лицом к нему.

Внутри Эмз вам пылало, она не могла понять свои чувства. Возбуждение? Неловкость? Желание? А может быть страх? Нет, точно не страх. Она боялась, что еë выпрут из универа, а горячие ночки с Байроном она могла видеть лишь в своих самых сладких снах. Она просто не могла поверить, что на этот раз это не сон.

Она закусила нижнюю губу, а еë грудь медленно поднималась в такт дыханию. Байрон ждал ответа. Наконец, Эмз приняла решение и слегка раздвинула ноги в сторону.

Мужчина сразу понял всë без слов. Опустившись на колени он стянул трусики Эмз, благо та была в юбке. Подтянув студентку на себя, чтобы было удобнее, Байрон провёл пальцами между розоватыми складками девушки, обнаружив, что та ещë не настолько влажная, как ему хотелось.

Он вновь встал и, обхватив девушку за талию, поцеловал еë. Эмз ответила взаимностью и сразу уловила горечь табака. Она не знала, что еë преподаватель курит, ведь от него всегда пахло престижными духами.

Байрон целовался жёстко, то и дело кусая девушку за нижнюю губу. Потом он решил перейти к шее, оставив на розоватый засос, который на утро решит стать заметной проблемой. Обойдя Эмз со спины, он залез под топик, обнаружив что она не носит бра, и принялся ласкать небольшую упругую грудь, периодически то покусывая, то целуя шею.

Заметив, что студентка стала куда больше ерзать на стуле, Байрон развязал ей руки. Слегка потерев запястья, она вопросительно посмотрела на преподавателя, тот указал на стол. Без лишних слов, Эмз приземлилась на стол, на этот раз широко раздвинув ноги и подогнув юбку на себя. Было видно, как из лона вытекает естественная смазка, а половые губы набухли.

Пройдясь языком между ними и дойдя до клитора, Байрон оценил вкус Эмз — соленовато-сладкая. Введя в неё сначала один палец, а затем и второй, он обнаружил, что они с лёгкостью входят. Эмз уже еле сдерживалась, ей хотелось большего, она хватала себя за грудь, сильно сжимая еë, и никак не могла усидеть на месте.

Стянув с себя штаны и нижнее бельё, Байрон провёл по стоящему члену пару раз рукой, убедившись, что полностью готов. Без лишних прилюдий, он вставил его в Эмз, заставив ту простонать. Байрон шикнул на неë, напомнив, что они не одни в здании, тем более дверь незаперта.

Кивнув головой, Эмз откинула еë назад и тяжело задышала, пытаясь сдерживать стоны.

Поставив большой палец на клитор, преподаватель начал ласкать его круговыми движениями, заставляя девушку то и дело дёргаться от возбуждения. Когда удовольствие приблежалось к пику, Байрон вышел из Эмз, не дав ей закончить. Он подошëл к шкафу, стоящему у стены, открыл нижнюю дверцу, достал сначала коробку с книгами, а затем стоящую за ней другую коробку.

Там были игрушки... Персональная коллекция Байрона на все случаи жизни. Другая часть коллекции была дома, а эту он приберег здесь для неотложных обстоятельств. И признаться, пару раз она ему пригодилась.

Достав оттуда только плëтку, он решил, что остальное для Эмз пока что будет слишком. Он сел на стул, на котором недавно была привязана Эмз, заставил еë лечь ему на колени, задницей кверху. Она понимала, что еë ждёт, и до сегодняшнего дня была не фанаткой такого, но не сейчас желание преобладало над разумом и остатками рассудка.

Когда Эмз легка, как Байрону было угодно, он начал гладить её плëткой между ног, слегка вводя еë во влагалище.

— Почему ты позволяешь себе на моих занятиях сидеть в телефоне? — остановив поглаживания, грозно спросил Байрон.

— Я... Я — Эмз не знала, что сказать, да и не в силах даже просто сформулировать мысль.

— Я не слышу!

Шлепок и красный след на тонкой коже. Эта плëтка не была жёсткой, но для неподготовленной Эмз этого было достаточно, сразу же раздалась жгучая отрезвляющая боль. Ещë, шлепок по другой ягодице. Байрон вновь ввёл рукоять плëтки в девушку.

— Ты должна пообещать мне, что больше не позволишь себе такого!

Ещë шлепок, но уже рукой, Эмз невольно вскрикнула, за что сразу же получила второй. Вынув плëтку, Байрон снял с себя девушку.

— Одевайся, — увидев непонимающе-разочарованные глаза девушки, он продолжил, — я дам тебе кончить только тогда, когда ты начнёшь хорошо учиться.