7
Встреча юнги и чимина
Небольшой перерыв
Согджин -это владелиц кафе в котором работает чимин
И согджин написал тому что к ним устроился в кафе молодой гризли
Юнги заходит в кафе гораздо радостнее обычного, щеки болят от широкой улыбки, обнажая белые красивые зубы, глаза - приветливые, выискивающие одного не такого уж и незаметного медведя. Чимин спокойной готовил кофе, немного раздражительно, на его взгляд, закусывая нижнюю губу.
– Ты справишься, да, Юнги? – Он повторяет это вслух, стоя в очереди на на кассу, – имбирный фраппучино с двойной порцией карамели, Юнги, ты не собираешься облажаться.
Раньше чем младший успевает сообразить, из его рта вылет что-то вроде: «Медовые мишки едят шишки». Омега со всей силой шлепает себя по губам, желая прямо сейчас провалиться сквозь землю.
– Что вы сказали? – Чимин натянуто улыбается, настолько пугающе, будто у него заклинило челюсть, – я не расслышал, повторите заказ?
– Фраппучинная карамель с двойной порцией имбиря, – Юнги нервно посмеивается, понимая, что снова сказал полную глупость. Он поднимает глаза, встречаясь с чужими напротив: ярко-карими, такими уставшими и злыми, что кажется этот медведь вот-вот разобьет ему лицо, – простите, я имел в виду имбирный фраппучино с двойной порцией карамели, – младший снова устремляет взгляд в пол, понимая, что потерял свой шанс на свидание, благодаря слишком разговорчивому языку.
Юнги забирает свой сладкий напиток, случайно соприкасаясь с гибридом пальцами, его кожа горячая, словно жерло вулкана, будто сможет расплавить, если задержаться на секунду дольше.
– Глазеешь? – Сокджин садится за его стол, рукой показывая Чимину, что тот может передохнуть через десять минут, – надеюсь, за кофе ты заплатил?
– Разве не у тебя над дверью висит табличка: «Плати или проваливай»? – Мин делает глоток вкусного кофе, отмечая, что бариста хорошо размолол лед, – я облажался перед мишкой-хеном. Попросил фраппучиновую карамель с двойной порцией имбиря. Думал, что он меня ударит.
– Мишка-хен? – Джин от смеха плюется в кулак, пробуя напиток друга, – недурно. Так ты сбежал из универа, чтобы купить у этого парня кофе?
– Это его первый день, медведи, они ведь неуклюжие, поэтому я хотел просто прийти и поддержать. Оказать моральную помощь, – омега провожает уходящего гибрида взглядом, – но кажется поддержка нужна мне. Пошел на перерыв? Мне кажется, или он сжимает в руке сигареты?
– А ты что собираешься пойти попросить?
– Нет, но просто, – Юнги смотрит на часы, удивляясь, как быстро прошло время, – мне пора, хен. Я пойду через другой выход, не потому что хочу с кем-то пересечься, а так короче до светофора, а случайные встречи по пути будут обычным совпадением, вот и все.
Щеки Мина горят ярким пламенем, он припадает лицом к холодному окну со стороны входа для персонала и медленно, смакуя каждую деталь, рассматривает спину альфы. Юнги вел взглядом с длинных накаченных ног, обтянутых чёрной джинсой, он готов поклясться, что чувствует, как напряжены чужие мышцы, его широкие плечи слегка виднелись из-под приспущенной футболки, давая ему возможность насчитать уже семь родинок, а коротко стриженные волосы на затылке позволяли как следует разглядеть татуировку на шее. Там, младший запоминает шрифт, красиво выведенное «одиночество».
Юнги пересиливает свою неловкость, наконец-то открывая дверь. Чимин слегка оборачивается, заслышав посторонний звук, откидывает недокуренную сигарету в сторону и просто ждет, вальяжно облокотившись о зеленую кирпичную стену.
– Ну, и что ты сказал мне в самом начале? – Старший отрывается от земли, двигаясь в его сторону, – какие еще шишки? Хочешь получить одну?
– Ничего, ничего, честно, я просто волнуюсь, когда что-то заказываю, – Мин тихо пищит, выставляя перед собой ладони, – я не хотел вас обидеть. Просто мне нравятся медведи, и, ну, знаете…
– Вот как, а чего пятишься тогда? – Паку кажется это забавным, спустить пар, запугивая кого-то похожего на первокурсника.
– Внутренний инстинкт.
Юнги срывается с места, на всех парах несясь к переходу, там его заветное спасение: зеленый свет, люди и противоположная улица. Вероятно, неосторожность и череда неудач, преследующая омегу с самого рождения, магическим образом подкладывает под его ногами камень, а следом уже и сам парень летит своим лицом прямо на середину дороги.
Помимо отупляющей боли, он чувствует, как кто-то аккуратно поднимает его на руки, уже через пару минут сажая на что-то очень мягкое. Младший позволяет себе открыть один заплывший слезами и кровью глаз, встречаясь с, боже, каким красивым, лицом его нового знакомого мишки-хена.
– Ты, – Чимин указывает на него пальцем, водя перед носом спиртовой ваткой, – самый ужасный клиент за пять часов моей работы. Чем шевелить можешь?
– Ничем, – Юнги мычит от боли, усердно сдерживая готовые политься слезы, – я не буду плакать, ни за что не буду.
– Поверь, сейчас последнее, о чем стоит переживать тебе и твоему лицу, так это его влажность, – альфа вытирает его разбитую бровь и нос, замечая, как тот тянется, куда не следует, – тронешь мои уши, и я сломаю тебе руку.
– Но я же упал, пожалуйста, они кажутся такими мягкими. Мой друг обожает, когда я его глажу, – Мин одергивает от его головы пальцы, больно пихаясь, когда старший задирает кофту, – ты чего делаешь? Вдруг я ребро сломал, а ты сейчас его окончательно доломаешь, – он оглядывается по сторонам, смешно выглядя со скомканной в носу ватой, – это комната для персонала? Сокджин-хен прибьет меня, если узнает, что я был на его диване в таком виде. Вдруг я тут где-то пятно оставил?
– На асфальте ты больше всего оставил, теперь люди думают, что кого-то сбила машина.
– Дай потрогать уши, ну пожалуйста, – Юнги мило выпячивает губы, получая только пачку пластырей в лицо, – чего ты кидаешься? Я раненый, в таких случаях заботятся о нуждающихся.
– Я тебя сюда принес, вытер лицо, а мне между прочим, совершенно не хотелось тебя трогать, – Чимин раздраженно фыркает, приклеивая ему на бровь пластырь.
– Спасибо, – омега тихо бубнит себе под нос, а после вскрикивает, пытаясь перевернуться, – я содрал себе все бедро. Пожалуйста, позови Сокджин-хена, чтобы он отвез меня домой.
– Я бы бросил тебя, но меня учат взаимодействовать с людьми, – старший наклеивает последний пластырь, злорадно смеясь с похожего на мумию лица, – лучше езжайте в больницу, вдруг ты сломал себе нос.
– Ничего я не сломал! – Юнги обреченно откидывается на спинку дивана, пряча неловкую улыбку где-то в своем локте, – я не люблю врачей, мне нравятся только медведи, они меня всегда спасают, между прочим.
– Меня бы упекли, как свидетеля, что не помог на месте происшествия, так что я просто спасал свою пушистую задницу. А еще твое лицо сейчас похоже на тертую редьку.
– Не называй мое лицо тертой редькой, – Мин обреченно стонет, снова пытаясь перевернуться на бок, и, не найдя варианта лучше, протягивает альфе свои руки, – Мне очень больно сидеть пожалуйста возьми меня на руки, – Чимин злится, но, к его счастью, в просьбе не отказывает.
Совсем скоро за ним спускается Сокджин, разрешая Паку выпить любой бесплатный кофе за сохранность одного неуклюжего человека. Гибрид кивает, говоря, что ничего такого, и, черт возьми, как же сильно он не хочет больше контактировать с людьми.