Сладко

- Это немного странно, - Чимин внимательно смотрел на горящий огонь. Лёгкая дрожь пробежалась по всему телу, поэтому паренёк немного вздрагивает. - Но очень красиво.

- Безусловно, - кратко бросил Юнги, не отрывая своего взгляда от пылающего огня.

Чимин тяжело вздохнул, обняв себя руками, так как почувствовал холод вдоль своего тела. Светловолосый вдруг перевёл свои красивые глазки на Юнги, с диким интересом, будто бы по новой, изучая его черты лица. Кажется, в таком случае никто не смог бы оторвать взгляд от такой завораживающей картины. Чёртов Мин Юнги и вправду слишком хорош. И душка-Чимин даже не замечает, насколько открыто он смотрит на тёмноволосого. Впрочем, парень и сейчас этого не понимает, пока сам Юнги не ловит на себе взгляд светловолосого :

- Неужели я настолько красивый? - ехидный голосок, который пробудил Чимина от раздумий.

- Просто... - светловолосый прикусил губу, опустив взгляд на огонь. - Мы такие разные.

- Это верно, - тихо ответил Юнги, мельком взглянув на смущённого Чимина.

Идёт третий день, как парни проводят время вместе. Чимин старается особо не привлекать внимания к себе, но по Юнги было видно, что тот уже давно неровно дышит к светловолосому: просто Демон был слишком горд, чтобы признать подобное.
Казалось бы, за такое время можно узнать друг о друге столько нового, открыть что-то невероятное, ввести какие-то законы между жителями Рая и Ада, но наши главные герои даже и не думали об этом. Чимину страшно, но в тоже время парень не представляет как раньше существовал без такой личности, как Юнги. Ведь этот темноволосый и хладнокровный паренёк так завораживает одной своей загадочностью.

- Хён, скажи... - Чимин скрестил руки, вновь посмотрев в те самые тёмные, словно пропасть, глаза. - У меня есть ощущение, будто бы наша встреча должна была случиться. Я думаю, кто-то знал о том, что однажды мы увидимся, поэтому боялся подобного.

- Ты накручиваешь, - Юнги говорил плавно, на этот раз в его голосе не слышалось ни доли грубости.

- Почему? Не веришь в существование судьбы? - несмотря на то, что парни сидели возле горящего огня, Чимину было довольно холодно, ведь вечерний климат Ада совсем не соответствовал нормам светловолосого.

- Подойди сюда, - ровно сказал темноволосый, что очень удивило Чимина, раньше Юнги постоянно употреблял в своей речи приказной тон.

Чимин подошёл поближе к Демону, восхищаясь всем происходящим словно маленькая девчушка, которой подарили плюшевого мишку. (Хотя, светловолосый никогда бы не отказался от мягкой игрушки)
Юнги аккуратно положил на плечи Чимина мягкий тёмный плед, держа небольшое расстояние между друг другом. Светловолосый опустил голову, продолжая смущаться от нежных действий Юнги. Как-никак, редкий случай.

- Я не верю в сущевствование, - проинёс Юнги, смотря на костёр. - Но я думаю, что есть чувства. Вот чувства, они вечны.

- Это немного запутанно, - Чимину и вправду всегда была интересна вся эта суета о жизни и сущевствовании, да и думать об этом можно целую бесконечность, всё равно никогда не додумаешь. - У каждого разные взгляды. Мне нравится то, что ты умеешь чувствовать.

- Заметь, я так не говорил, - слегка улыбнулся Юнги.

- Что ты хочешь со мной сделать ? - Чимин не хотел поднимать эту тему: домой его совершенно не тянуло, но и в Аду было не очень привычно, лишь только Юнги - то, что заставляет постоянно думать.

- Посмотрим, - кратко кинул парень и потушил одним взмахом огонь.

Не то, чтобы Чимин переживал от того, что когда он смотрит на Юнги, его сердце отбивает чёткий громкий ритм, словно видит что-то невероятное и завораживающее или то, кого никогда не удосужился встретить за все тысячелетия. А если быть честным, то наш добродушный ангелочек и без того считал Демона чем-то новым и невообразимый. Такими же были его чувства, ощущаемые по отношению к Юнги: новые и невообразимые.

Юнги скрывал то, что чувствует. Скрывал так, слово его будут осуждать за некую неправильность, за то, что вероятно никто не примет. Демон смотрел на Чимина эти несколько дней, получая в свой адрес столько тепла, сколько не чувствовал от пылающего всей злобой огня. Столько тепла, сколько не получишь от прикосновений самого солнца, а ведь светловолосый паренёк даже не дотрагивался до Юнги. Он просто смотрел на него, одушевляя такое новое чувство внутри.

«Знать бы мне, что ты чувствуешь» - подумал Юнги, смотря на до безумия милого Чимина, который пытался укутаться в пледе.

- Хён, - голос Чимина немного подрагивал от холода, несмотря на то, что парни уже давно сидят дома. - Почему мне так холодно?

- Не знаю, Чимин, - Юнги едва держался, чтобы не обнять Чимина настолько крепко, насколько это возможно. Но они оба понимают скольких усилий и потерь стоит это действие. - Скажи мне...

Юнги хотел спросить, о чём думает Чимин. Если быть максимально честным, то наш гордый Демон хотел знать об этой прелестной крошке в прямом смысле всё. Всё, что светловолосый держит внутри себя, и возможно, ответ на вопрос, что мучает Юнги по сей день:

«Хочешь ли ты домой,Чимин?»

- Что сказать? - Чимин терпеливо смотрел на задумчивого Юнги, а его сердце трепетало от одного понимания того, что этот холодный и приятный взгляд подарен в адрес Чимина.

- Ничего, - Чимин услышал неуверенность, хотя Юнги изо всех сил пытался, чтобы светловолосый не заметил этого. - Ложись спать.

- Мне холодно. Как я усну?

Юнги дышит как-то сбито, нервно, что его очень сильно раздражает. Он меньше всего в этой жизни хочет, чтобы его сердце отбивало такой частый ритм при виде Чимина. Юнги не хочет принимать тот факт, что какой-то смазливый и беспомощный мальчишка из Рая так сильно привлекает его, что хочется быть с ним настолько нежно, насколько это возможно.

«Почему он делает это со мной?» - Юнги винит Чимина за то, что тот ворвался в его жизнь так неожиданно, но потом вспоминает о договоре с отцом. «И вправду».

Темноволосый совсем забыл, по какой причине светловолосый сейчас находится здесь, рядом с ним. Он совсем забыл о том, что в планы отца входило завоевание Рая путём исчезновения Чимина. И главное: почему же мать этого малыша всё ещё не здесь?

- Уснёшь, если захочешь, - ответил Юнги, оставаясь глубоко в своих мыслях.

- Ложись со мной, Хён, - тихо прошептал Чимин, опустив глазки на плед, в котором укутался на раз двадцать.

Юнги прикусил губу от пришедшего вновь волнения. Парень не ожидал услышать таких слов от Чимина, к тому же, если бы не эти чертовы законы, темноволосый давно бы уже начал действовать. По крайней мере, он так думал.

- Хорошо, Чимин, я лягу рядом с тобой, - Чимин улыбнулся в ответ на такие нежные слова Юнги. Щёчки светловолосого сразу же залились краской от дикого смущения, а в душе было настолько хорошо, что Чимин буквально готов был скакать от счастья.

Свет в комнате погас, но парни всё равно видят эти глаза. Друг для друга они казались горящими во тьме, будто два фонаря, освещающих дорогу. В случае Чимина - это два голубых света, что в конечном итоге раскрывали полную душу парня. Светловолосый признаёт, что при встрече с Юнги, внутренний мир Чимина стал расцветать гораздо лучше, чем было раньше. Голубоглазый на данный момент так расплылся в глазах темноволосого, что даже и представить не может, насколько жизнь без Юнги была скучна и тосклива. Чимин, на самом деле, счастлив, слово пятилетний мальчишка, которому вручили сладкое клубничное мороженое, но кое-что не давало ему полностью ощутить себя спокойным. Что же по этому поводу думает Юнги, глаза которого глубоки и темны, напоминающие кромешную тьму, которую все стерегутся (Только вот Чимин ничуть не боится стать тем, кем хочет видеть его темноволосый)?

Взгляд Юнги совсем не пугает, Чимин в нём только утопает по самое "не хочу" и светится от счастья, что темноволосый смотрит на него только так, как смотрит сейчас. Раньше Юнги смотрел с пренебрежением и безразличием, но сейчас, когда прошло совсем немного времени (Кстати, наши главные герои думали, что прошла целая вечность) в глазах темноволосого читается что-то новое, о чём Чимин думает с самого начала. Всё это невероятно сложно для любого другого существа, но для Чимина и Юнги на данный момент это не то чтобы легко. Они не думают о том, что было или что будет после этого случая, сейчас - Чимин и Юнги в своём мире, лежат среди одинокого пространства, где существуют только сами они, в своей жизни, в своей иллюзии. И пусть это все лишь мягкая кровать, на которой парни смотрят друг другу в глаза, не смея притронуться к столь манящей коже.

- Всё же, я думаю, что мы - чья-то выдумка, - прошептал Чимин, по-прежнему смотря на такого красивого парня, лежащего напротив.

- В каком смысле "мы"? - Юнги говорит ничуть не громче, чем Чимин.

- "Мы" - то, что должно происходить по выдумке кого-то иного, того, кто создал нас, - глазки Чимина блестят как никогда, и Юнги видит это даже сквозь царящую тьму в этом помещении.

- Думаешь, тот, кто выдумал нас, знает то, что я хотел бы сейчас сделать? - кажется, Юнги открыто намекал на что-то непонятное для Чимина, но светловолосый вдруг ощутил прилив тепла в области сердца.

- Выходит, да.

Юнги по-прежнему изучал глубокий взгляд светловолосого, увидев в нём всё, что только возможно. Темноволосый видел как Чимин радуется от всего происходящего, в то время как светловолосый даже и не подозревает, что чувства Юнги почти ничем не отличаются. Правда, темноволосый гораздо лучше умел их скрывать: научился за прожитое время в таком обществе.

- А что бы ты хотел сделать? - Чимин спросил так тихо, что никто не сумел бы услышать, но Юнги, видимо, исключение на все случаи.

- Не стоит тебе знать, малыш, - Юнги просто произнёс эти слова максимально нежно, а Чимин просто визжал внутри будто маленькое дитя, как и назвал его темноволосый.

Чимин снова заулыбался от прилива смущения и чуть прикрыл свои глазки, что немного расстроило Юнги. Парень хотел бы смотреть в них вечность, да и если снова быть честным, темноволосый много чего хотел бы сделать с Чимином. Просто эти мысли отложены на второй план, о котором даже самому автору неизвестно.

- Ты хочешь домой? - Юнги подумал об этом тысячи раз, прежде чем задать вопрос. Его уже совсем малость беспокоили свои ощущения по отношению к Чимину, гораздо больше его волновало мнение самого Чимина. С каких это пор? Юнги сам не знает. Он ничего не знает на данный момент, так что оставим его наедине со своими проблемами.

А Чимин? А что Чимин? Чимину стыдно за то, что за это время он совсем не думал о своём доме. Мозг, вообще-то, и не принимал другую информацию, неотносящуюся к теме о Юнги. Но почему же он действительно не знал, что ответить темноволосому? Может быть, потому что Чимин совсем и не хочет домой к скучному и бессмысленному существованию с течением глупой реки идеализма в глазах Евы и матери. Нет, Чимин не хочет возвращаться в мир, где не ценят искренность, где всё такое поддельное, словно ты игрушка кукловода.

- Если ты бы позволил мне... - снова Чимин не может говорить внятно, когда Юнги так вызывающе смотрит на него. - Я бы остался твоим навсегда.

Сказать, что Юнги в шоке, ничего не сказать. Юнги просто не может понять: послышалось ли ему это, или Чимин сошёл с ума, но темноволосый и вправду когда-то говорил, что светловолосый принадлежит только Юнги.

Почему-то Юнги почувствовал себя настолько счастливым, что даже хотел улыбнуться, но хладнокровный характер всё же старался изо всех сил прикрыть чувство, что уже во всю цветет внутри чёрствого парня.

- Ты ведь понимаешь,что говоришь? - нет, это не грубость. Эти слова - не то, что должно обидеть Чимина. Знал бы светловолосый, с какой осторожностью Юнги произносит каждый грёбанный слог слова. Знал бы Чимин, что темноволосый говорит эти слова с целью переубедить голубоглазого, потому что оказаться в руках Демона, значит лишиться всего хорошего.

- Понимаю. Я хочу быть только твоим, Юнги-хён, - Чимин сам удивлён от своей смелости. Парень не отводит взгляда, ни капли не смущается и не заливается краской. Чимину страшно от того, что скажет Юнги, ведь это так важно для обоих.

- Я не хочу делать тебе больно, - Юнги никогда не говорил с такой осторожностью, впрочем, в его жизни никогда не было того, ради кого он настолько аккуратен со словами. Чёртов Пак Чимин пытается сделать из Мин Юнги нечто противоестественное свойственным действиям.

Оба понимают о чём хочет сказать темноволосый, и настроение обоих сменяется на до жути неприятное. Они не хотели думать об этом, но парни понимают, что однажды время настанет решать то, что не даёт им покоя.

- Поцелуй меня, - Чимин совсем не шепчет, он произнёс эти слова ничуть не обдумывая происходящее. Светловолосый просто знал на что идёт и хотел, чтобы всё это прошло гораздо быстрее, чем хотелось бы, скажем, Юнги.

- Ты сдурел? - Юнги никак не мог понять этой резкой переменчивости, он совсем не догадывался о мыслях Чимина, о том, на какой риск хочет пойти светловолосый ради парня.

Если так подумать, Чимин сразу понял, что Юнги ни за что этого не сделает. За какой-то недолгий промежуток времени, светловолосый осознал тот факт, что темноволосый не хотел бы причинить боль Чимину. Поэтому, можно было даже и не просить совершить эти обычные для других существ действия, но светловолосому было так страшно, что сомнения не покидали его разум. Всё же чувство, которое давно разгорелось диким пламенем в душе Чимина, ненароком могло победить любые другие чувства и препятствия на пути к замышленному.

- Хочу остаться с тобой навсегда.

Чимин резко, неожиданно, спонтанно накрыл своими пухлыми и мягкими губами нежные губы Юнги. И весь мир, всё существование и даже тот, кто по мнению светловолосого создал этот мир содрагались в страхе и ужасе, не подозревая о том, что где-то в далёком тихом мире, о котором знают лишь два противоположных друг другу существа (кровать, на которой в данный момент происходит разлом системы) совершали прорыв в истории. Хотя, нет, о них никто и никогда не узнает,ведь так захотели создатели уютного, никому неизвестного местечка. В последующие три секунды(которые казались, опять-таки, нашим главным героям целой вечностью) Юнги отстраняется от Чимина, с первичным чувством вины и испугом, которым никогда не ощущал за весь свой период существования.

То, что чувствовал Чимин, не в силах описать даже автор. Сказать можно было одно: Чимин ощутил помимо режущей, колющей и горящей боли некую пустоту. Словно забрали жизненно важный орган, но сквозь эти мучительные страдания, парень помнил то, с какой намеренностью он сделал это.

Помнилось Чимину то, что теперь он больше не тот, кем был раньше. Теперь Чимин - подобное Юнги. Цвет глаз его потерял оттенок жизнерадостных искорок, заменяясь тусклым чёрным цветом, а внутренности совсем не желали принимать для себя что-то новое и неприятное. Теперь внутри Чимина зарождается совсем маленький Демон, чего и хотел наш уже не голубоглазый герой.

- Хён, - Чимин начал плакать с горечью, с болью, продирающей пуще прежнего, а Юнги тут же подлетел к светловолосому, прижав к себе крепко, так крепко, что смог ощутить на себе биение теперь маленького сердечка Чимина.

- Тише...Я рядом.

В истории никто никогда не услышит об этом. Как бы вы не хотели, Рай и Ад всё же не воссоединились между собой, но и враждебных конфликтов тоже не примечалось и по сей день. Юнги и Чимин стали одним целым, они любили так, что первое время вообще не отходили ни на шаг друг от друга. Царица Рая и Дьявол знали о происходящем, но приняли это таковым, каким оно есть. Оба понимали, что смысла что-либо предпринимать совершенно нет. А даже если бы и хотели, нашим главным героям всё равно не до этого: Чимин привыкал ещё долгое время, но когда рядом Юнги, хотелось забывать обо всём, что должно беспокоить. Они оба обрели счастье и теперь можно смело заканчивать эту историю.

- Теперь ты веришь? - спросил однажды Чимин, лёжа на плече Юнги.

- Теперь я верю в любовь, малыш.

The end.