25-Глава.
Поздняя ночь. Тихий разговор.
Вы лежали, обнявшись, его грудь тихо поднималась под твоей щекой. Хёнджин лениво провёл пальцами по твоей спине, прижимая ближе. Тишина была уютной, наполненной любовью.
— Это было… невероятно, — прошептал он, поцеловав тебя в макушку. — Я чувствовал, будто мы с тобой исчезли на время из реального мира…
Ты улыбнулась, прижалась к нему:
— Это было волшебно… Я никогда не думала, что можно так чувствовать. Словно мы с тобой — одна душа.
Он слегка приподнялся, посмотрел в твои глаза и мягко провёл пальцем по твоей щеке:
— Обещай мне, что больше никогда не будешь сомневаться. Я тебя не брошу. Я тебя люблю. Не за то, что ты сделала, не за внешность… а просто тебя. Целиком. Навсегда.
— Я обещаю, — прошептала ты, — если и упаду — только в твои объятия.
Он тихо рассмеялся, снова обнял тебя, и вы уснули, укрывшись одним пледом.
Утро.
Ты проснулась от лёгких поцелуев в плечо. Хёнджин уже был бодр, растрепанный, с едва заметной щетиной, но с довольным, немного ленивым выражением лица.
— Доброе утро, солнышко, — пробормотал он, — сегодня ты особенно прекрасна.
Ты зевнула, потянулась и прошептала:
— А ты особенно назойлив…
Он рассмеялся и прижался носом к твоей щеке:
— Признаю. Но ты сама заставила меня влюбиться по уши, теперь терпи.
— Ммм… если ты принесёшь мне кофе в постель — прощу, — сказала ты, прижимаясь ближе.
— С тебя поцелуй за это, — подмигнул он и, встав с кровати, направился на кухню, а ты осталась лежать, укутанная в простыню и с глупой счастливой улыбкой.
Утро. Продолжение.
Хёнджин ушёл было на кухню, но вернулся через пару минут с двумя чашками кофе и подносом, на котором лежали тосты с джемом и несколько кусочков фруктов. Он поставил всё это на прикроватный столик и снова запрыгнул в кровать, осторожно не пролив ни капли.
— А ты думал, я тебя так просто одну здесь оставлю? — усмехнулся он, обнимая тебя за талию и притягивая к себе.
Ты засмеялась, прячась у него на груди:
— Ну я надеялась хотя бы на кофе и покой…
— А я надеялся на тебя и вот такую вот утреннюю милоту, — прошептал он, целуя тебя в висок. — Ты пахнешь подушкой, ванилью и… собой. Моей.
Ты вздохнула, обняла его за шею, и он сразу прижался губами к твоим. Поцелуй был ленивым, сладким, с тем особенным теплом, которое бывает только утром — когда день ещё не начался, а рядом человек, которого ты любишь.
— Знаешь… — сказал он, перебирая пальцами твои волосы, — если бы я мог, я бы никуда сегодня не пошёл. Просто остался бы здесь. С тобой. До вечера. А потом снова в ванну. А потом опять сюда.
— Это звучит подозрительно как план, — хихикнула ты. — Но разве мы не обязаны поймать ещё парочку преступников?
— Мы обязаны быть счастливыми. А всё остальное — подождёт, — сказал он, смахивая прядь волос с твоего лица.
Он снова поцеловал тебя, уже чуть более настойчиво, и вы снова растворились в этом моменте — мягкие простыни, солнечные лучи через шторы, ваши руки, запутавшиеся друг в друге…