1
20.08.2022
- Я тебя такому не учил! - кричал отец. - Почему ты никогда не делаешь так, как нужно?! Бездарность, а не ребёнок!
Его голос бил по голове, как молотком. Он говорил уже не в первый раз. И не во второй. Одни и те же слова, одни и те же обвинения, один и тот же взгляд - будто перед ним не дочь, а ошибка, которую он вынужден терпеть.
Я перевела взгляд на стол.
Там лежал кухонный нож.
Мысль появилась резко, неожиданно. Глупая. Безумная. Но в тот момент она казалась единственной, которая могла заставить его наконец замолчать.
Я сама не поняла, как подошла ближе и взяла нож в руку.
Отец сразу замолчал.
- Адель... - голос у него стал тише. - Ты... ты что делаешь? Убери нож.
Я стояла, тяжело дыша. Руки дрожали. В голове гудело.
Он сделал шаг назад.
- Спокойно. Давай без глупостей.
Но внутри уже что-то сорвалось.
Движение получилось резким, импульсивным - больше от отчаяния, чем от злости.
Всё произошло слишком быстро.
И сразу стало тихо.
Слишком тихо.
⸻
06.09.2022
С вещами меня посадили - нет, буквально затолкнули - в машину к какому-то мужчине и двум женщинам.
Дверь захлопнулась. Щёлкнул замок.
- Суки! - крикнула я, ударив кулаком по стеклу.
- Над выражениями думай, Кошаная, - спокойно сказала женщина на переднем сиденье.
- Сама решу, как разговаривать, - огрызнулась я. - Особенно с этими уродами.
Я даже не обернулась на отца и брата. Не хотела видеть их лица. Ни сожаления. Ни злости. Ничего.
Пусть думают, что хотят.
⸻
Три часа дороги.
Сначала трасса. Потом узкая дорога. Потом лес.
Чем дальше мы ехали, тем сильнее появлялось ощущение, что меня просто увозят подальше от нормальной жизни.
Когда машина наконец остановилась на большой огороженной территории, я сразу всё поняла.
- Ну нет... - выдохнула я. - Перевоспиталка?
- Она самая, - ответила женщина рядом и уже открывала дверь. - Выходи.
Я цокнула, но всё-таки вышла из машины и огляделась.
Два здания. Новые, аккуратные, почти слишком чистые для места, куда отправляют «проблемных».
А над входом в одно из них огромными буквами было написано:
«Учителя - пидорасы!»
Я невольно усмехнулась.
- Опять десятый класс постарался, - сказал мужчина.
- Не удивлена, - ответила одна из женщин.
Я открыла багажник и начала доставать вещи, поглядывая на них.
- Что ж, раз приехали, можно представиться, - сказала самая уверенная из них. - Я - Александра Валентиновна. Это Наталья Дмитриевна. И Константин Романович.
Женщины выглядели лет на тридцать, но строгие костюмы и серьёзные лица добавляли им ещё лет десять. Мужчина, наоборот, был одет проще - джинсы, куртка. Выглядел спокойнее остальных.
- Не думаю, что мне понадобятся ваши имена, - ответила я. - Я тут всё равно ненадолго.
- А мы так не думаем, - спокойно сказала Александра. - Тебя ещё пожалели. Не стали отправлять в колонию. Дали шанс. Год здесь. На перевоспитание.
Год?
Мысль ударила сильнее, чем её слова.
- Какой год? - резко спросила я. - Вы вообще нормальные?
Она лишь слегка усмехнулась.
- Нарушение, - спокойно произнесла она. - Оскорбления - объяснительная. Почему сказала и зачем.
Я тяжело вздохнула.
Как же с ней душно.
- Ладно, - бросила я.
- Прекрасно, - улыбнулась Наталья Дмитриевна. По тону сразу стало понятно - психолог. - Тогда расскажу, как здесь всё устроено.
Она указала на здания.
- Это школа и общежитие. Все ученики живут на территории. На заднем дворе есть спортивная площадка и сад.
Я мельком посмотрела в сторону школы. Сад был слишком аккуратным. Идеальные дорожки. Подстриженные кусты. Казалось, что за каждой травинкой следят.
Слишком правильно. Слишком контролируемо.
- Здесь действуют правила, которые помогают вам работать с собой, - продолжила она. - Полный список есть в библиотеке. Если коротко: не курить, не пить, не употреблять, не материться и не драться.
- Часто дерутся? - спросила я.
- К сожалению, да, - вздохнула она. - Иногда так, будто у нас здесь спортивная секция по боям.
Я хмыкнула. При таких условиях - неудивительно.
- Подъём в 7:00, завтрак в 7:30, линейка в 8:00, уроки с 8:20 до 15:10.
Семь утра.
Я в это время обычно только переворачивалась на другой бок.
В школу я раньше приходила к шестому или седьмому уроку. А иногда не приходила вообще.
И это «иногда» было чаще, чем всё остальное.
- Есть дополнительные занятия, по желанию, - добавила она.
- А что-нибудь поинтереснее есть? - спросила я, уже зевая от количества правил.
- Общежитие четырёхэтажное, - наконец сменила тему она. - Первый и второй этаж - девочки, третий и четвёртый - мальчики. В каждой комнате четыре кровати, шкафы, столы. И душ.
Это уже звучало лучше.
- На сегодня всё, - сказала она. - Твоя комната - 134, второй этаж. Сейчас она пустая. Временно будешь одна.
Я кивнула.
Это была единственная хорошая новость за весь день.
Не нужно ни под кого подстраиваться. Не нужно разговаривать. Не нужно объяснять.
Только я.
И целый год впереди.
Я подхватила чемодан и, не дожидаясь, пока они передумают или начнут говорить что-нибудь ещё, направилась к общежитию.
Внутри было тихо. Слишком тихо для места, где живут десятки подростков. Полы блестели, стены были выкрашены в светло-серый, на посту у входа сидела женщина и что-то записывала в журнал. Она мельком посмотрела на меня, на чемодан, потом обратно в свои бумаги - будто я была здесь уже сотый раз.
Лестница находилась сразу за поворотом. Лифта, конечно, не было. Я тяжело выдохнула и потащила чемодан вверх, ступенька за ступенькой. Колёса стучали по бетону, отдаваясь в пустом коридоре гулким эхом.
Второй этаж встретил меня длинным коридором с одинаковыми дверями. Номера шли подряд: 128... 130... 132...
134.
Я остановилась перед дверью, несколько секунд просто смотрела на цифры, потом толкнула ручку.
Комната оказалась небольшой, но светлой. Четыре кровати вдоль стен, четыре стола у окон, четыре шкафа. Всё аккуратно, почти по-новому. И пусто.
Ни сумок. Ни вещей. Ни голосов.
Только тишина.
Я медленно зашла внутрь, закрыла за собой дверь и поставила чемодан рядом с ближайшей кроватью.
- Ну и отлично, - тихо сказала сама себе.
Выбрала место у окна.
С улицы был виден двор, часть спортивной площадки и кусок забора. Высокого. С камерами по углам.
Я открыла чемодан и начала разбирать вещи без особого желания - просто чтобы занять руки. Футболки в шкаф. Джинсы на полку. Косметика на стол. Всё делала медленно, будто растягивала время.
Иногда ловила себя на мысли, что слишком тихо.
Когда живёшь в постоянных скандалах, крики становятся фоном. А здесь - пустота.
И она давила.
Я села на кровать, достала телефон. Связь была, но слабая. Несколько сообщений от подруг. Одно от брата.
Я не открыла.
Просто выключила экран и легла, уставившись в потолок.