My boat. [l.h]

Его глаза метались от человека к человеку. Его друзья подбежали к нему, спрашивая что случилось и крича на толпу, чтобы та разошлась. Люк отвернулся от них, хватаясь за голову. Он пытался понять, что он сделал. Его трясло, он часто моргал. Люк как будто искал кого — то в толпе. Взгляд метался от человека к человеку и… остановился на ней. На Мэри. Его рука дернулась в ее сторону. Его взгляд, полный надежд и просящий о поддержки впился в Мэри. Парень уже хотел подойти к ней, как резко побежал за угол. Мэри побежала за ним. Она видела, как его фигура скрылась в каком — то кабинете. Подойдя к двери, она услышала звуки погрома, он крушил все, пытаясь остановить его гнев. Рядом уже стояли друзья Люка и некоторые ученики.
— Люк! Давай, открывай дверь! Хватит фигней заниматься, — кричал Калум.
Ответа не последовало.
-Люк.- тихо позвала Мэри, постучав в дверь.Шум неожиданно прекратился. — Люк, открой дверь. Пожалуйста.
-Думаешь он тебя послушает? — насмехаясь проговорил Калум.
-Послушает, — сказали уверенно, рядом стоящие Майкл и Эштон. Шатенка неуверенно посмотрела на них.
-Давай, — прошептал Эштон.
-Люк. Люк, пожалуйста открой. Это я, Мэри. Люк, милый. Хеммо.
Дверь резко открывается и появляется разъяренный Люк. Он взял девушку за руку и втянул ее в кабинет, а потом снова закрыл дверь на ключ. Он припечатал Мэри к стене, от чего ей было немного больно. Он тяжело дышал, смотря на Мэр яростным взглядом. Его захват на ее руку стал более сильным, а вторая его рука сжалась в кулак. Мэри стала аккуратно поднимать свою руку к лицу блондина. Ей было больно, но она терпела. Его взгляд опустился. Он внимательно наблюдал за движениями девушки. Мэри подвела руку к лицу Хеммингса и провела рукой по щеке. Парень застонал и закрыв глаза, опустил голову ей на плече. Его руки ослабли. Он поглаживал запястье девушки, где сжимал пару секунд назад. А вторая рука опустилась на талию шатенки. Мэри глубоко вздохнула от касания холодных пальцев Люка. Второй рукой она зарылась в его волосы, зная, что это успокоит его. Они оба расслабились и глубоко дышали в объятьях друг друга.

Им ничего не мешало, кроме шушукания за дверью, а потом громкого голоса директора.