20
Наверное, было часа три ночи. Андрющенко укутавшись в одеяло, а сверху накинув плед, видит уже четвертый сон. Обычно она спит очень крепко, её тяжело разбудить. Чтобы она проснулась, нужно хорошенько постараться.
Сквозь сон индиго слышит неприятный звук.
Дверной звонок очень громко пищит и Лиза открывает глаза, вылезая из всего этого вороха одеял.
Мимолётно кинула взгляд на зашторенное окно. Было темно. Кого могло принести так поздно? Скидывая одеяло, но оставляя плед, школьница, шлёпая ступнями в теплых носках по полу, пошла в прихожую.
В кровати было намного теплее, хотя в квартире работало отопление. Кажется, она сильно перемерзла, пока шла домой.
Посмотря в глазок, Лиза увидела лишь чью-то руку.
На свой страх и риск, Андрющенко открыла дверь.
— Кристина? — очень тихо спросила она.
Перед ней стояла оседала возле стены, опустив голову вниз, Захарова.
Та что-то невнятно промычала и Индиго опустилась рядом с ней.
— Поднимайся, пойдем. Тут очень холодно, — девчонка ухватила её под локти, попытавшись поднять. Лиза была слабее Крис в несколько раз, поэтому сделать это было трудно.
— Крис, помоги мне, вставай, — брюнетка говорила тихо, но так, чтобы её хорошо слышала Шума.
— Кис, прости! Прости, я… — её язык заплетался и было трудно понять, что вообще она хочет донести до Лизы.
— Кристина, вставай, — русая, наконец, начала отталкиваться ногами от пола, при этом помогая Лизе буквально занести себя в квартиру.
Плед скатился и упал на грязный пол в подъезде.
— Лизка, я такая дура… — Лиза посадила Кристину на стул в прихожей, возвращаясь на лестничную площадку за пледом, захлопнув при этом дверь.
Девушка присела на корточки, разувая подругу.
— Давай куртку снимем, — она приподнялась на уровень глаз Захаровой. Лиза помогла раздеть её и повесила верхнюю одежду на крючок.
Через время Индиго Уложила Кристину на уже остывшую кровать, укрывая одеялом.
— Детка, ляг со мной, — старшая не отпускала запястье подруги.
— Я ложусь Крис, я тут, — Лиза таяла от того, что даже сейчас Захарова называет её такими словечками.
Не отпуская руку, Андрющенко легла рядом с девушкой, укрываясь тем же одеялом.
— Прости меня, — голос Шумы сейчас был настолько хриплым, что слушать её было достаточно тяжело, — Я опять поступила как ебанутая, променяла тебя на алкашку, — младшая молчала. Выдержав паузу, Крис продолжила, — Мне тяжело, тяжело справится с алкоголем, — глаза Кристины были прикрыты, но она не засыпала.
— Всё хорошо, я добралась сама. Видишь, со мной все нормально, — вторая рука Индиго ласково поглаживала собранные в хвост волосы девушки.
— Я не могу Лиз, мне плохо, — голос истощен, было больно за неё.
— Тебе принести тазик? — Лиза чуть приподнялась.
— Нет, я в плане другого, — она опустилась обратно, — Мне кажется, я подыхаю… — девушка буквально сама отдавалась в руки Индиго, раскрывая перед ней душу и сердце.
— Крис, не мне тебя учить, но… — брюнетка заправила выпавшую прядь за ухо, — перестань пить, пожалуйста. Ты делаешь хуже себе.
— Я так не могу. Я не нашла ещё тот путь, в котором я не употребляю, — открывая слипающиеся глаза, старшая пыталась сконцентрироваться.
— Кристин, пожалуйста. Не ради кого-то, а ради себя. Сделай это, — младшая придвинулась чуть ближе.
— Я хочу, правда! Ты поможешь мне? — между лицами было небольшое расстояние.
— Конечно, я помогу тебе, — и Лиза улыбнулась.
— Я хочу кое-что сделать, — Шума оголила свои клыки, — если ты разрешишь.
— Сделай, — Индиго закусила губу, проведя влажным языком по губам.
Они смотрели друг другу в глаза.
Кристина поцеловала её, облизывая верхнюю губу. Лиза просто не успевала отвечать, она не ожидала, что Крис сделает именно это.
Да и в поцелуях она не мастер, у неё был единственный поцелуй с Виолеттой и то, целовала её Ви. Крис сминала губы подруги (?), Лизавета пыталась повторить те же движения, что делала старшая.
Во рту присутствовал вкус табака, ей хотелось попробовать какого это — курить.
Отстраняясь, Лиза спросила:
— Ты научишь меня курить? — рука Андрющенко сжала затылок Захаровой.
— Нет — Шума прошлась языком по уже влажным от поцелуя губам.
— Почему? — она говорила тихо, хотя никто ведь не спит.
— Я не хочу, чтобы ты начинала губить свою жизнь этой дрянью, — рука, что сжимала запястье Андрющенко, скользнула к ладони и переплела пальцы, скрепив ладони в замок.
— Не тебе ведь решать! — черная прядь упала прямо на глаза Лизы. Та попыталась сдуть её.
Зеленоглазая не касаясь лица, аккуратно убрала прядь назад, завод её за ухо.
— Ты ведь завтра не вспомнишь о поцелуе? — спросила Индиго, своими прекрасными глазами прожигая Крис.
— У меня хорошая память, — прыснула девушка.
Она хотела её поцеловать именно в этот момент, и она сделала это. Никак это не объяснив ни себе, ни Лизе.
Обе лежали и смотрели в глаза друг другу. Лиза чувствовала теплое дыхание на своей щеке.
Несмотря на состояние Кристины, Лиза чувствовала себя слишком уютно. Было тепло в объятиях старшей, ощущать её ладонь в своей.
Засыпая с ней в одной кровати, Индиго чувствовала себя в безопасности.
***
Кристина проснулась от яркого света, который бил прямо в глаза. Голова просто раскалывалась, во рту неприятное сушило. Просыпаться не хотелось от слова «совсем».
Как ни странно, Кристина даже после недельной пьянки помнит всё. И это раз не исключение. Ладонью она шуршала по соседней стороне дивана, отыскивая подругу. Но место было холодным, значит хозяйка встала уже давно.
В квартире было очень тихо. Кристина поднялась с дивана и пошла в ванную. Умыв лицо прохладной водой, она также прополоскала рот.
— Кис! — крикнула Захарова, выходя из комнаты. Квартира небольшая, потеряться тут было бы затруднительно. В голову пришла мысль, что девушка может быть в школе. Какой вообще день недели? Кристина потеряла счёт времени.
Отыскав в кармане куртки свой мобильный, она узнала, что время почти два часа дня. Не хило она поспала, конечно.
Возможно Лиза на учебе.
Захарова прошла на кухню, чтобы отыскать какую-нибудь пищу. Но вместо еды нашла записку на столе.
«Доброе утро, Крис! Я ушла в школу, а потом мне на работу до одиннадцати. Ключей, извини, запасных нет. Можешь захлопнуть дверь, в холодильнике всё твое.
Таблетка от головы на тумбочке.
Лиза.»
Вернувшись за таблеткой, Кристина решила, что сегодня она исправит то, что натворила вчера.