8.
Напоследок. Слишком неприятное слово. Намного лучше и честнее звучит "Перед смертью"
Сердце бьется о стенки "тюрьмы", но ведь кричит оно очень правдоподобно. Дазай еще жив. И Чуя это знает. Знает, что он, фактически мертвый, находится в зоне сингулярности. Знает, что и он знал, Чуя придет за ним. Если нет, всей Йокогаме настанет конец. Но если ему удастся спасти его, конец придет только носителю порчи, но у Йокогамы появится шанс на жизнь.
Самолет поднимается выше и летит прямо туда. В отсеке со шлюзом помимо Чуи находится еще одна девушка. Очень напуганная, молодая и наивная девушка с наушником вслушивается в голос Англ. Чуя усмехается. Дазай сейчас, сто процентов, предложил бы ей совершить парное самоубийство. И почему же этот шатен, так яростно добивающийся смерти, не может спокойно умереть?
Хотя, Чуя и так его не отпустил бы. Эта смерть слишком простая для него. Безобидная и быстрая. О какой и грезил Осаму. Но сам Чуя, если и желал ему смерти, то только долгой, мучительной, и от собственной руки. В этом плане он казался собственником.
Динамики затрещали, Чем-то напоминая обычный звонок, но с очень плохой связью.
- Чуя, скорее всего Дазай уже мертв. Сейчас мы пролетаем над эпицентром этой катастрофы.
Шумный динамик замолк, а девушка за его спиной спросила, не страшно ли ему. На что он ответил о том, что отступать нельзя никогда и вот, разбежавшись выпрыгивает из самолета. Шляпу моментально срывает потоком ветра, летящего прямо в лицо. Хотя наоборот. Чуя сам летел в его объятия. Еще секунда, и он активирует порчу. Смутная печаль. Проклятье его, Бога. Арахабаки.
- что-ж, даровавший мне темную немилость, не стоило снова меня будить...
Сознание отключается. В голове только обрывки мыслей, самых громких, навязчивых. " Крушить. Дазай. Убить, Сингулярность. Монстр. Спасти. "
Тело на пределе, но возможности остановиться нет. Сейчас единственный выход— уничтожить монстра Сингулярности. Удар, его сносит мощным хвостом чудовища, впечатывая в одно из зданий. Он бы обязательно поблагодарил способность за неуязвимость, если бы мог. Чуя хватает дом, на который приземлился за крышу, пробивая бетонное основание. Рывок, и вот в его руках целое здание.
Огромная многоэтажка помещается все глубже в пасть дракона. Сингулярность поглотила его. Вокруг только белый свет. Дальше- тело шатена. Бинты практически полностью слетели с тела, открывая его руки, порхая длинными полосами рядом. Сейчас перед белыми глазами рыжего, находящегося под влиянием порчи, всплыла странная картина.
Дазай, находящийся где-то под водой. Осаму, уходя все глубже, улыбался. Слишком обреченно. Рука тянулась к Чуе, но что-то ей мешало, не давало ухватиться за протянутую руку рыжего. Этим " Что-то " был тёмно - красный барьер. На нем и находился Накахара, сидя на коленях. Тихие слезы падали на него же.
- Осаму!
Это было последним, что увидел Чуя из этого видения. Он с силой ударил Дазая в живот, а из его рта вылетела таблетка. Открыл глаза, а все вокруг начало развеиваться.
Он лежал на земле, а голова болела на столько, что казалось вот-вот взорвётся. Дазай аккуратно помог перелечь ему на свои ноги, поглаживая по голове.
- что ты творишь?..
- чшш. Чу, лежи спокойно, туман еще не рассеялся.
- черт с тобой.
Накахара бросил попытки поднять, оставаясь обессиленно лежать на его ногах, чувствуя, как Дазай гладит его волосы, аккуратно расчесывая пряди. Плевать он хотел, что на Чую туман не подействует, порча— это проклятие, а не способность. Сейчас он и сам расслабился. Наконец им ничего не угрожает. Пока ничего не угрожает.
От тумана почти нечего не осталось. Дазай поднял на руки вымотанного Чую и понес к ближайшей рабочей машине, чтобы потом отвести его в Портовую мафию, и теперь остаться с ним, без страха. Все-таки он безумно скучал....