Глава 50
Воздух начинает охлаждаться, и я дрожу. Некоторое время Даня молчит, смотря в раздумьях на мрачный город, хмуря лоб.
Трудно представить Даню в погоне за такой девушкой, как Вика. Она не похожа на ту, которая может влюбиться, скажем так, в Даню.
В то же время, гнев и ревность пузырятся во мне. Как Вика могла быть настолько холодна к Дане, оставив его позади, когда она уезжала в Питер? Разве она не знала, что у нее была вся его любовь? Почему она не осталась ради него и не дала ему той любви, которую он заслужил?
Думаю, что он заслуживает любви, я уверена в этом, ведь хорошо наблюдаю за ним. Он заслуживает ее больше, чем кто-либо, даже если он не верит в нее.
- Даня, - говорю я, разрушая тишину.
- Хм… - смотрит он на меня.
- Думаю, что нам нужно уже уходить. Кажется, собирается дождь.
Он кивает и поднимается, потягиваясь, встав в полный рост. Я встаю рядом с ним, все еще опасаясь высоты в пятнадцать этажей.
- Тебе нужно хвататься за мою руку снова? – поддразнивает меня Даня , усмехаясь.
- Нет, - отвечаю я. Воздух моментально переменяется между нами, я чувствую это. Это все из-за отрытых секретов, знаю это. Я чувствую себя более комфортно с Даней, зная, что он знает мое темное прошлое, и он принимает его.
Даня ухмыляется мне, и мы начинаем уходить со стекла. Я смотрю на ноги, глотая подавляющее чувство страха.
Мгновение спустя Даня слегка толкает меня, говоря мне на ухо:
- Смотри под ноги.
Я визжу и цепляюсь за его руку, когда он начинает смеяться. Я скрепляю свои руки плотной петлей вокруг него, почти полагаясь на него, в то время как он продолжает смеяться надо мной.
Я толкаю его в бок, как только мы сходим со стекла.
- Идиот, - говорю я, скрещивая свои руки на груди.
- Ай, Юлечка, ты что, действительно боишься высоты?
- Нет, - возражаю я. – Я просто не ценю то, когда дебильные придурки говорят мне смотреть под ноги, когда мы находимся на пятнадцатом этаже.
Даня смеется снова.
- Дебильные придурки, - повторяет он. – Это что-то новое.
- Да, у меня появилось много новых фразочек с того момента, когда я встретила тебя, - говорю ему я, когда мы стоим в ожидании лифта.
- Хм, не могу дождаться, чтобы услышать их. – Глаза Дани улыбаются наряду с его губами.
Мы едем на лифте вниз, на первый этаж и идем к машине Дани на парковку. Сажусь на пассажирское сидение и вздыхаю. Ловлю свое отражение на одном из зеркал снаружи автомобиля.
Мои волосы сейчас немного волнистые из-за душа, который я приняла ранее, а щеки горят ярким огнем, так как на улице довольно прохладно. Мои глаза яркие и живые, хотя я не могу понять, почему. Думаю, что из-за влияния Дани на меня, но я не уверена.
- Слушай, ведь это было не так уж плохо, - говорит парень, ухмыляясь. - Ты посвежела.
- Я больше никогда не выйду на стекло снова, - закатывая глаза, отвечаю я.
- Ты уверена, Юлечка?
- О, да.
Мы смотрим на друг друга и ухмыляемся.
Даня включает радио снова, и я внезапно чувствую невероятную сонливость, несомненно, в этом виновата утомительная поездка на поезде. Я кладу свою голову на спинку сидения и легко прикрываю веки глаз.
Слышу, как Даня подпевает песне по радио.
Внимательно прислушиваюсь к тому, как его глубокий голос берет каждую ноту, почти как мед.
Мои мысли снова переходят на Вику. Интересно, чем теперь занимается эта девушка? Неужели она не думает о Дане, когда он, должно быть, думает о ней все время?
Вскоре я заснула от звука пения, дождя, капающего снаружи, и от шума дороги.
Проходит несколько секунд, и я слышу грубый голос Дани, шепчущего мне в ухо мое имя, слетающее с его губ.
- Юля, - повторяет он, и я открываю глаза.
Первую вещь, которую я замечаю, открыв глаза, – тёмноту.
Я паникую на мгновение, а затем понимаю, что смотрю на черную рубашку Дани. Он несет меня на руках, когда моя голова прислоняется к его груди.
Моя первая и единственная мысль: что, черт возьми, происходит?
Я запоминаю то чувство, когда нахожусь в его сильных руках, держащих меня так легко и свободно, и невероятный аромат, исходящий от него. Я никогда не была так близка к нему прежде – хорошо, не считая той ночи, когда он поцеловал меня, - и он, кажется, вторгается в мои чувства вновь.
- Что? – наконец-то сонно мямлю я.
- Мне нужны твои ключи, - говорит он. – Ты заснула в моей машине.
Все еще находясь на половину спящей, я роюсь в кармане своих джинс и небрежно вручаю ему их, утыкаюсь носом в его шею, закрывая глаза вновь. Я чувствую, как он хихикает, поскольку его грудь содрогается. Он открывает входную дверь и затем закрывает ее позади себя.
Грохот ключей о кухонную столешницу и легкий шаг Дани отзываются эхом через всю квартиру. Дождь, идущий за окном, все сильнее усыпляет меня.
Несколько мгновений спустя Даня положил меня на то, что должно быть было моей кроватью. Я вздыхаю в своем сонном царстве и не открываю ни на миллиметр свои глаза.
- Ты хочешь, чтобы я снял твою обувь? - спрашивает Даня.
Но я, находясь полностью опустошенной, чтобы ответить устно, киваю ему головой и слышу, как он начинает хихикать. Я чувствую, как крепко его руки обвивают мою правую ногу, развязывая шнурки кроссовок.
На данный момент я почти без сознания, едва замечаю, что происходит после этого.
Смутно помню, как Даня, накрыв меня одеялом, аккуратно заправляет мой локон за ухо, прежде чем покидает квартиру.
На следующее утро я просыпаюсь в своей старой одежде, в которой была еще прошлой ночью. Я потягиваюсь и выкидываю из своей головы навязчивый сон, смотря на время. Сейчас утро понедельника и семь часов утра, так что у меня есть время собраться на работу.
Как только я подымаюсь с постели, я замечаю листок бумаги, находящийся рядом с моими часами на тумбочке.
Заинтригованная, я разворачиваю его.
«Юлечка,
Ты заснула в моей машине вчера вечером. Не позволяй этому случиться вновь.
- Даня».
Это был тот момент, когда я перечитывала простую записку по десять раз, расплываясь в глупой усмешке.
***
- Добро пожаловать обратно, Юля, - приветствует меня Игорь Григорьевич, когда я вхожу в офис "Кристалла" спустя пару часов.
- Спасибо, - улыбаюсь я и останавливаюсь, чтобы поговорить с ним.
- Как в Кокошкино?
- Ужасно холодно.
Игорь Григорьевич хихикает.
- Понятно. Ну, это хорошо, что ты вернулась, - вздохнув, отвечает мужчина.
- Да, хорошо, - усмехнувшись про себя, говорю я.
- Доброе утро, Юля.
Я ищу взглядом Женю и, обнаружив его, улыбаюсь.
- Привет!
- Как поездка?
- Довольно хорошо. Как твое художественное мероприятие? – улыбнувшись, отвечаю я.
- На самом деле, это было здорово. Я выиграл одну небольшую премию за одну из своих работ!
- Фантастика! – счастливо улыбнувшись, высказала я.
- Правда? – он усмехается и наклоняется немного вперед. - И в конечном итоге подарок для Вали: «Я люблю тебя, Кокошкино» - кружка для кофе. – Он кивает по направлению к Вале, и я поворачиваюсь в сторону, чтобы увидеть, что она действительно потягивает кофе из кружки «Я люблю тебя, Кокошкино», красуясь с милой улыбкой на губах.
- Хороший выбор, - заливаясь смехом, говорю я Жене. - Миксер был действительно рискованным подарком.
- Я тоже так думаю, - усмехнувшись, отвечает он.
Я начинаю свою работу, в течение дня задумываясь, где же Даня. Он еще не пришел, а уже девять часов. Он никогда еще не приходил так поздно.
Я перестаю думать об этом, когда Милохин присаживается на свой стул, проводя рукой по волосам.
Как акула Игорь Григорьевич выходит из своего кабинета и направляется в сторону нашей группы столов.
- Милохин, ты снова опоздал, - вздыхает он.
- На сей раз, я застрял в пробке, - говорит Даня, ярко сверкая глазами.
- Сколько раз ты использовал это оправдание, Милохин?
- Сейчас я не вру.
- Это уже пятый раз за этот месяц, ты опять опоздал. У тебя осталось еще пять промахов.
Даня морщит лоб.
- Игорь Григорьевич, я знаю, что я не такой любитель спорта, как вы, но думаю, что это не сработает так, как игра в бейсбол.
Я не могу ничего поделать с собой. И громкое хихиканье срывается с моих губ, после чего две пары глаз пристально перемещаются на меня.
- Вас что-то рассмешило, Юлия Михайловна? – приподняв бровь, поинтересовался Игорь Григорьевич.
Я вспыхиваю.
- Мм… нет, извините.
Игорь Григорьевич кивает и поворачивается вновь к Дане.
- Сделай хоть что-нибудь, - огрызается он на него, прежде чем, развернувшись, уходит в свой офис назад.
Даня ухмыляется мне.
- Заткнись, - бросаю я, прежде чем он успевает промямлить хоть слово.
Он смеется, схватив в руки круглую резинку, начав подбрасывать ее в воздух.
- Похоже, пай-девочка Юлечка чуть не попала в неприятность.
- Я не пай-девочка, - насмехаясь, говорю я.
- Хорошо, - фыркает Даня, закатывая свои глаза вверх.
Я сужаю свои глаза.
- Делай свою работу.
- Хочешь подойти ко мне и сделать ее за меня?
Он поднимает брови, не снимая свою, непоколебимую ухмылку с лица.
- Нет, у меня пока все хорошо, - отвечаю я. – Мне не нужны твои дурацкие цифры.
Даня смеется.
– Дурацкие цифры, что?
- Разве ты не расслышал? – приподняв бровь, интересуюсь я.
- Черт, Юлечка, ты такая злющая сегодня утром. - Он подбрасывает круглую резинку вновь. – Думаю, что ты пытаешься мне доказать, что ты не пай-девочка. - Он смотрит на меня и поднимает свои брови с юмором.
- Мне не зачем доказывать это тебе, - возражаю я.
- Хорошо, Юлечка.
Я закатываю глаза и смотрю вниз, просматривая свою статью. Даня сидел от меня в паре метров, и это было очень сложно - сосредоточиться, когда он дразнил и дьявольски ухмылялся. Если бы он принялся за свою работу, я была бы в состоянии сделать свою.
Я почти смеюсь вслух от мысли о Дане, делающем свою работу.
Невероятно, но мне удается проверить четверть статьи к обеду, когда моя красная ручка заканчивается.
- Черт, - проклинаю я, пытаясь заставить ее работать вновь, проводя длинные линии на листке бумаги.
- Возникли проблемы?
Даня нависает над моим столом, ухмыляясь, как всегда.
- Моя любимая ручка умирает, - говорю я, пытаясь возродить ее.
- Юлия, пора на обед.
- Моя любимая ручка умирает, - повторяю я, смотря на него.
- Юля…
- Моя любимая ручка умирает!
- Да, черт с ней, с этой ручкой! У меня есть одна. – Он тянется к своему столу и берет с него ручку, опуская на мой легким движением руки.
Я беру ручку в руки и, нажав на нее, оставляю отметки на листе.
- О-о-о, - говорю я. – Это хорошая ручка.
- Я знаю, это моя любимая.
- Ну, если это твоя любимая, я не могу ее принять, - говорю я, возвращая ему ручку.
- Нет, она твоя. Так или иначе, я знаю, где можно купить такую же.
- Но в твою пользу…
- Возьми эту ручку, Юлия, прежде чем я приклею ее к тебе, - говорит он, снова ухмыляясь.
- Спасибо, - говорю я, приподнимаясь со своего места.
- Это просто ручка, - пожимая плечами, выводит он.
- Мне нравятся ручки, - говорю я, когда мы идем в комнату отдыха.
- Я могу сказать, что это значит, что ты... - Даня закатывает глаза, и я бью его слегка по плечу.
- Ой, - говорит он, когда мы присаживаемся за стол с Женей, Валей, Лианой и Артуром.
- Будешь плакать? – спрашиваю я у Дани, расширяя глаза со смешинкой в них.
- Думаю, да, - говорит он, положив руку на сердце. Я смеюсь.
Четыре пары глаз смотрят на нас и на то, как мы друг над другом подшучиваем. Женя случайно в этот момент проливает свою колу на себя, и мы вновь смеемся.
- Несчастный случай? - спрашивает Даня, и Женя щелкает своими пальцами.
Обед проходит быстро, и скоро Даня и я направляемся к нашим столам. Внезапно Милохин хватает меня за руку и тянет к стене комнаты отдыха, его лицо сосредоточенно на чем-то.
- Даня, что…
- Тсс, - утихомиривает он, выглядывая из-за угла проема.
Не видя, что происходит, я еще сильнее запутываюсь.
Громкие голоса слышны от стойки Регистрации, и я хмурюсь.
- Можете ли вы мне сказать, где Юлия Гаврилина, пожалуйста? Ее, кажется, нет на рабочем месте.
Я замираю.
- Андрей? – шепчу я Дане.
Он кивает и смотрит назад за угол. Мой пульс ускоряется.
- Мне очень жаль, но я не знаю о ее местонахождении. Могу ли я… - начинает Аня.
- Нам нужно увидеть ее сейчас. – Произносит настойчиво другой голос.
- Мне очень жаль, но…
- Сейчас же обеденный перерыв, не так ли? Она в комнате отдыха? - Спрашивает тот же голос.
- Я не знаю, но…
- Проверь комнату отдыха, - говорит голос, скорее всего, Андрею.
Я замираю. Если они пойдут в комнату отдыха, то они обязательно обнаружат нас с Даней.
Даня тянется к заднему карману и достает оттуда телефон, после чего набирает сообщение. Я по-прежнему стою в шоке и панике.
Он убирает свой телефон и смотрит на меня.
- Когда я скажу, мы выходим наружу, - шепчет он.
- Что? Они увидят…
- Просто поверь мне, хорошо? – уверенно взглянув мне в глаза, Даня качает головой.
Я смотрю на него и киваю.
Именно тогда я слышу и другой голос.
- Илья, Андрей, что вы здесь делаете? – спрашивает Женя.
Илья.
Илья – это второй голос, который я не узнала. Страх проходит через меня прямым потоком…
- Женя, где Юля? – говорит Андрей. Получается, что Андрей знает Женю?..
- Юля? Я думаю, она поднялась наверх, чтобы поговорить с Кристаллом.
- С Кристаллом? Конечно, Андрей, пойдем, - холодный голос Ильи пускает тысячу мурашек по моей спине.
Я слышу шорох, и вдруг Даня тянет меня от стены к двери.
Он кивает Жене и продолжает тащить меня к выходу. Пока мы спускаемся вниз по лестнице, Даня говорит мне, что лифт слишком медленный и опасный.
Милохин наконец-то останавливается и откидывается к стене, проводя рукой по волосам.
- Хорошо, - говорю я. – Я думаю, что ты должен мне кое-что объяснить.
Прежде чем Даня успевает открыть рот, шаги уже слышны на лестничной клетке, которая находится вблизи нас.
- Ты там, Юлечка? - говорит Андрей. - Мой дядя и я искали тебя везде.
Я расширяю глаза.
Дядя?