Глава XIV
Проснувшись, НГ значительно удивился тому, что находился у себя дома, причëм платье до сих пор было на нëм, он умылся, переоделся и пошëл в зал, где его уже ждал злой Пруссия.
Только встав с кровати, было очень неприятно сразу выслушивать нотации, сначала он с удивлением посмотрел на деда, а после сразу отвернулся, закрыв глаза, пока его трясли из стороны в сторону, было страшно даже с места сдвинуться, иначе это бы только увеличило обьëм его недовольства.
- Я же просил тебя вчера сильно не задерживаться, ты знаешь как я волновался, ты уехал с этим идиотом и пропал до темноты! Не только я волновался, все волновались. А вдруг он бы тебя там забыл где-нибудь, или потерял, а может... - не останавливаясь тараторил тот.
- Хватит, Фридрих. Успокойся, ничего же не случилось. У него и так теперь несколько дней камень на груди лежать будет. - послышалось от Анкэля.
После старший приобнял сына с правнуком и успокоил их.
- Пойдëм лучше на кухню, позавтракаешь, хорошо? - сказал Адлеру прадед.
После чего они втроëм направились на кухню, там уже и Вензель (Австро-Венгрия) чай попивал с Вильгельмом (Германская Империя).
- Доброе утро, Адлер, только проснулся? - добродушно и легко пронеслось по всей кухне, где находился небольшой стол, ужинали они обычно в одном зале, где был большой длинный стол, вмещавший в себя места для всей семьи и нескольких гостей. - Давай я тебе завтрак приготовлю.
Он встал изо стола и быстренько намешал какой-то салатик из курицы и кучи овощей. Тяжëлое мясо его желудок просто не переваривал. Пищеварительная система совсем ослабла.
В их особняке, конечно, были слуги, которые могли приготовить поесть, но их было слишком мало на всë поместье всего четверо. Готовили они еду только на ужин для всех господ, работать приходилось много, всë таки их господа бодрствуют почти полные сутки. Ужин всегда приходится на позднюю ночь. Для себя они тоже готовили, но отдельно. Для НГ они готовили персональную порцию чего-нибудь лëгкого, но всегда кроме ужина он готовил сам, так как слуги занимались другими делами. По сути он разогревал заранее приготовленную курицу и смешивал с разными овощами. Больше ничего и не надо было.
- Может тебе личного слугу завести? Ато постоянно сам всë делаешь, да и работа здесь всегда найдëтся. - сказал Вильгельм (Германская Империя), попивая свой чай. - Рук не хватает, только искать придëтся долго, нынче мало кто на такую работу устраивается, все хотят вырваться за границу и жить себе припеваючи. Так надо же ещë и подобрать адекватного и порядочного, стоит быть придирчивее к людям, иначе выберешь кого-нибудь неподходящего.
- Тогда, наверно, всë таки стоит найти слугу. - ответил ему младший.
- Я скажу Эрнсту начать искать людей. - промолвил ГИ.
- А кто это? - удивлëнно переспросил бывший нацист.
- Ты опять забыл его имя, это дворецкий. Он главный среди прислуги.
- Тот седой человек?
- Да.
Всë новое он постоянно забывал.
- Кстати, совсем забыл, давай съездим в город сегодня, купим тебе телефон, чтобы ты всегда был на связи, и того, что было вчера не повторилось. - предупредил сына АВ, выделяя интонацией последние несколько слов. - Мы уже давно хотели это сделать, просто решили приучать тебя ко всему постепенно. Да и пока что не надо было.
Получив одобрительный ответ, он подал ему тарелку с салатом и присел на своë место.
- Может хочешь красный? Или тебе больше синий нравится? Можно взять зелëный или голубой, какой хочешь? А может, ты хочешь вон тот, он получше будет. - сорвалось с уст Вензеля.
- Давай этот... тëмно-синий. - неуверенно ответил ему Адлер.
Они уже стояли в магазине техники и выбирали ему телефон. Рядом молча стоял Вильгельм, и возле них метался продавец-консультант, понимающий, что у этих "людей" есть чем платить.
- Ну хорошо, мы возьмëм такой. - тут понятный ему немецкий сменился на эсперанто. Видимо обращались к консультанту.
- Отлично, пройдëмте на кассу.
Вот они уже сидят дома, добавляют туда свои номера телефонов, объясняют как пользоваться, скачивают мессенджеры, другие нужные приложения.
Уже через неделю Эрнст отобрал нескольких претендентов на работу слуги, поскольку тут живут все воплощения, многие люди устраиваются работать в их поместья, зарплата хорошая, поэтому кандидатов полно, главное правильно выбрать.
Всего их был пятеро, только один самый лучший сможет стать его личным слугой, да вот только они ещё не знают, кто будет господином. Их уже полностью проверили на наличие связей с другими воплощениями и они подписали контракты о неразглашении. Их национальность тоже проверили, даже заставили сделать тест днк, дабы чуткий к этому господин не вышвырнул их сразу после того как увидит, он может чувствовать принадлежность человека к той или иной народности. Не обязательно быть арийцем, надо лишь не являться евреем, поляком или кем-нибудь другим, к кому намного враждебнее относились во времена его правления. Даже щепотка еврейской крови может повлечь за собой сильную неприязнь с его стороны, но это распространяется только на людей, почти.
После встречи с самим нанимателем остался только один парень - Александр, не побоявшийся его, он был русским, ему хоть и трудно было понимать, что он будет служить бывшему нацисту, но сдаваться он не собирался, его целью было устроиться на эту работу. Пока его поставили на испытательный срок.
- Тебя, наверное, уже предупредили, но повторю ещë раз, всë, что происходит здесь, за стены этого здания не выходит, понял? - неожиданно заговорил на русском Адлер, получив удивлëнный, но положительный ответ. - Говорю сразу, мне будет легче разговаривать с тобой на русском, чем вспоминать этот проклятый эсперанто. Так что имей ввиду, что общаться мы будем только на нëм. Или если планируешь надолго тут задержаться, можешь выучить немецкий.
- Да, господин.
- Эрнст всë тебе расскажет: твои обязанности и то, как их исполнять, также некоторые особенности. Можешь идти, если тебе нечего сказать.
Эрнст встретил Сашу и начал рассказывать:
- Во-первых, если тут будут гости, то есть другие воплощения, удивляться не стоит, ко всем господам относись уважительно, они старше тебя как минимум в три раза, несмотря на внешность. Организмы воплощений устроены совсем иначе, поэтому у них могут быть странности, наверно, стоит сразу тебе рассказать. Живут они бесконечно, не стареют, умереть тоже не могут, в туалет они не ходят, ранения запросто заживают, но у некоторых с этим не очень хорошо, например, у твоего господина, у него замедленная регенерация, так как после его официальной смерти он очень ослаб. Едят они один раз в сутки, обычно это ужин, он проходит, примерно, в 4 часа ночи. Во время того, как все господа находятся в поместье, но твой господин часто спит в это время и ест 3-4 раза в день, тоже из-за слабости. Они спят где-то 3 часа в сутки, но господин НГ 9 часов. Воплощения делятся на женские и мужские, так что не удивляйся, что некоторые господа имеют вторую половинку или человека, который может претендовать на еë место. В настоящее время в браке состоят Австрийская Империя и Королевство Венгрия, также Германская Империя и Австро-Венгрия. У них любовная связь между родственниками иногда встречается, если отслеживать семейное древо, то господа ГИ и АВ двоюродные братья, обращаться ко всем нужно в мужском роде, несмотря на пол. Новые воплощения просто появляются в особом месте, где сразу становится понятно, к какому роду они принадлежат. Все тут с любовью друг к другу относятся, так что ни про кого лучше ничего лишнего не говорить в присутствии хотя бы одного господина. Со временем ты узнаешь остальных господ, и они запомнят тебя, прислуги здесь довольно мало, поэтому придëтся работать на износ, ты пятый.
В твои обязанности входит иногда прибираться в комнате господина, но, обычно, там всегда всë чисто и убрано. Надо только мыть полы, пылесосить и иногда убирать пыль, вещи с места двигать нельзя, только если он сам прикажет. Также надо готовить ему завтрак, обед, ужин и иногда четвëртый приëм пищи. Надо отварить куриное филе, и подать с нарезанными овощами, которые ты соберëшь в огороде, можно ещë некоторые покупные или собранные там же фрукты, господин пока не достаточно окреп для другой пищи, его желудок сейчас очень слаб, поэтому надо просто добавлять в еду витамины, которые лежат в столешнице в отдельном подписанном ящичке, там есть инструкция по количеству. Рыбу господин не ест совсем. Совсем скоро он сможет есть на завтрак каши. Остальные задачи ты будешь делить с нами каждый день в крыле прислуги на доске, которая висит на стене, там есть комнаты, гостиная и отдельная кухня для нас. Все задачи я приношу каждое утро, примерно, в 6:00 напрямую от господина Германской Империи, он тут отвечает за дом и порядок в нëм. Господа все состоят в некой иерархии, там все распределены по старшинству, а также есть привилегия действующего воплощения, которая поднимает господ ГДР и ФРГ на одну строчку и опускает господина Нацистскую Германию с предпоследнего места на самое последнее. По сути он имеет самое низкое значение, но при этом к нему всегда особое отношение со стороны других, он, так сказать, любимый ребëнок в большой семье, где его окружают заботой со всех сторон. Будь аккуратен. В иерархии ты со временем разберëшься.
- Вы говорите, что господин очень слаб после своей официальной смерти, сколько времени прошло после неë?
- Хм, порядка 79 лет.
- Он все эти 79 лет так мучается?
- У него и похуже времена были. Кстати, не удивляйся тому, что почти у каждого здесь есть огромные чëрные крылья и острые зубы, это особенность рода.
На следующий день в поместье наведовались СССР и РСФСР, совершенно случайно решившие приехать в один момент и встретившиеся у калитки, оба приехали туда из разных мест и абсолютно ни о чëм не договаривались. Но, видимо тут сработало их похожее мышление, в конце концов близнецы, даже их возлюбленные друг на друга похожи, тоже братья.
Пока они ждали, когда им откроют, подъехала и третья машина, там был их отец с не скромненьким подарком, решивший наконец сделать первый шаг к любви Пруссии.
В конце концов яблоко от яблони не далеко падает.
Вот наконец слышны шаги, дверь открывается, а на пороге стоит Александр, они отправили слугу открыть дверь. В руках у него был телефон с видеозвонком, а в доме в экран глядел Вирих (Австрийская Империя), разрешивший пропустить всех троих, конечно, узнавший их по флагам русский парень чуть не взорвался от удивления, тем более, что они пришли с какими-то подарками.
Их даже встречать никто не стал, Николай (Российская Империя) просто пошëл к комнате Фридриха (Королевства Пруссии), Владимир (РСФСР) поступил также, направившись к своей второй половинке. И лишь Совет, незнающий где находится комната любимого попросил проводить его до туда. Успели чуть поговорить, узнали, что оба русские.
Вот Союз уже стоит у двери и стучится, после вопроса: "Кто там?" - появился ответ: "Это Виктор."
От этих слов сердце сжалось, но впускать он его не собирался. Послышались лëгкие быстрые шаги, но вместо того чтобы открылась дверь, лишь послышался шум от защëлки - он заперся. После этого с лица коммуниста пропала улыбка, он просто стоял, стучался и говорил впустить. Только вот ничего не работало до одного момента.
- Открой дверь и впусти меня, пожалуйста, Адлер. - он знал на что давить, в таких случаях имя немца работало против него самого, заставляя делать то, чего он не хочет.
А впускать он его не хотел после того "свидания", было стыдновато, он видел его в человеческом облике, в женском платье, так ещë и таскал за собой за ручку как ребёнка по городу. Но за платье немного обидно стало. После того дня у него куча фоток осталась, а понимать, что где-то есть доказательства, что это именно он в платье сидит в ресторане с Союзом, ему не хотелось.
- Удали... фото... фотографии, которые ты сделал тогда. Они мне не нравятся.
- Почему?
- Потому что...
После этих нескольких предложений, произнесëнных с запинками, немец чуть покраснел, обратив внимание на очередной букетик васильков в руках. Он присел на свою кровать. Союз приземлился там же, когда ему открыли дверь и позволили войти, потянулся уже поцеловать его в щëчку, как от него отвернулись, да и вообще толкнули.
- Я не... разрешал тебе садиться на мою... кровать. - опять с запинками.
- Ну ты чего дуешься? - проговорил он успокаивающе, заодно притягивая к себе поближе своими загребущими руками, всучивая ему свой букет и коробочку приоткрывая. - Ты чего так покраснел? Ой, у тебя что аллергия на эти цветы? - чуть повысив тон промолвил он, сразу убрав руку с букетом в другую сторону, подальше от него.
- Нет. Всë нормально.
После этих слов цветы вернулись на прежнее место. Адлер (Нацистская Германия) выглянул за дверь, подозвав Сашу, проходившего мимо.
- Можешь принести вазу с водой в мою комнату, пожалуйста.
- Конечно.
Вернувшись обратно, он сразу почувствовал тепло, его прижали к себе и обняли покрепче, после нескольких попыток вырваться, он резко отскочил и кинул в ухажëра подушкой, присев на стуле около письменного стола, на котором и разместит букет. Он подумывал где его поставить, но решил, что лучше на столе, чем на подоконнике, где он лежит иногда как на кровати.
- А у тебя есть телефон, давай я забью туда свой номер? - резко пришла мысль к Союзу.
После ему лишь протянули разблокированный телефон, который лежал в выдвижном ящике в столе.
- Ты что там делаешь?! - неожиданно воскликнул немец, услышав гудки и мелодию.
- Я звоню с твоего телефона себе чтобы сохранить твой контакт. Не волнуйся. Щас я ещë в мессенджере тебя добавлю, чтобы переписываться.
- Отдай обратно. - сказал бывший нацист, уже подойдя к Виктору (СССР) отобрать телефон.
Коммунист лишь отдалял телефон в другую сторону от немца, вытягивая руку. А второй рукой он сдерживал немца пытающегося дотянуться до своей личной вещи, хоть там ничего постыдного и личного не было, кроме номеров телефонов семьи.
Просто хотелось отобрать своë. Тем более, что непонятно, что творит с этим Союз.
- Всë, всë, хватит, я уже закончил.
- Что ты сделал?!
- Сфотографировал тебя.
- Идиот, почему так себя ведëшь.
И вправду, на экране телефона был запечатлëн этот момент, получилось довольно хорошо.
- Как это удалить?
- Не скажу. Кстати, может прогуляемся или в ресторан сходим опять?
- Никуда я с тобой больше не пойду, после того, как ты заставил меня надеть платье, уж точно.
- Могу новое тебе купить.
- Дурак.
Через мгновенье послышался стук в дверь, там был слуга, принëсший вазу с водой. Немец поставил туда васильки и понял, что пора бы и на кухню сходить поесть.
Выйдя из своей комнаты, он понял, что за ним уже идëт и Совет. Так как особняк имел квадратный сад, окружëнный его стенами, чтобы срезать они пошли через него. Там они увидели как на качели сидят Николай (Российская Империя) и Пруссия, который его отшивает, но расстраиваться тут ни к чему, надо лишь продолжать пытаться, что и делает империя.
Бывает они просто убивают своей настойчивостью. Королевство, завидев внука с этим... по его мнению дурачком, немного разозлился, но делать ничего не стал и просто продолжил молча качаться, провожая их пристальным взглядом.
Дойдя до кухни, где была уже готова его скудненькая порция салата, он сел за стол и принялся еë есть, рядом приземлился и Совет, решивший просто за ним следовать.
- Может тогда в кино со мной пойдëшь? Там много фильмов есть, если хочешь, можешь сам выбрать на какой пойти, я любой могу смотреть.
- Нет. Я не... собираюсь с тобой... никуда идти, я уже говорил.
- Тогда можно здесь посмотреть.
- Нет, я... думаю тебе надо... уйти и не мешать мне.
- С чем не мешать?
- С проведением моего личного... времени в тишине, покое и... умиротворении в моей... комнате.
- В таком случае, я могу вместе с тобой сидеть в твоей комнате в тишине, спокойствии и умиротворении.
- Нет.
- Да, Адлер. - решил сразу с козырей зайти коммунист.
- Сволочь. - послышалось в ответ на немецком.
Доев и встав из-за стола, Адлер пошëл обратно в комнату. За ним подскочил и коммунист. В саду Пруссия решил просто игнорировать РИ, который уже сидел с ним в обнимку. Наглость второе счастье, такого настойчивого просто отшить и прогнать не получилось, осталось лишь терпеть и принимать подарки.
Подойдя поближе к своей комнате, он резко рванул туда, чтобы Совет не успел среагировать, а после попытался закрыть дверь на защëлку да только забыл как, а пока замешкался, поворачивая еë в разные стороны и вспоминая, почувствовал как дверь с силой потянули и она откылась. В итоге он упал пряио на Виктора (СССР).
- Не получилось, но что поделать. - сказал он, заходя внутрь и затаскивая за собой потерявшего равновесие. - Кажется, ты хотел закрыть дверь. - последовал щелчок.
Он посадил того на кровать, тоже присел, нежно приобнял и наконец полностью открыл коробочку перед ним, которую он до этого уже собирался вручить, но забыл. Она была маленькой и неприметной. Внутри оказалась заколка для волос с каким-то драгоценным камнем небесно-голубого цвета. По устройству она больше походила не на заколку, а на невидимку, только видно еë было отлично. Сразу понятно, что мастер постарался над ней. Сама она была из белого золота.
Закрепив еë на волосах, он начал говорить:
- Я лично подбирал этот камень, сравнивая с цветом твоих глаз на этой фотографии, тут они просто сияют красотой. - он тут же вытянул фотку из нагрудного кармана своей рубашки.
- Откуда она у тебя?
- Сделал, пока ты зазевался на отлыхе в лесу и распечатал. Это было, примерно, когда ты уже успокоился со своим приступом. Тогда ты меня уже не в первый раз зацепил. Я долго думал, что тебе подарить, дырок в ушах для серëжек нет, ожерелье тебе не хотелось дарить, как и браслет. Если кольцо, то только если буду делать предложение или два парных, чтобы обменяться на нашей свадьбе. Вот и решил заколку, волосы у тебя красивые, ухоженные, длинные. Эскиз сам придумал. Заказал уже очень давно и всë ждал, пока она будет закончена. На тебе просто прекрасно смотрится.
Услышав всë это, немец совсем раскраснелся, его бледное лицо всë просто загорелось, всë: от кончиков ушей до кончика носа. По телу прошли мурашки. Он отвернулся и спрятал глаза. После этого его сразу обняли и посильнее прижали к себе, на что он просто не шевелился и даже казалось, что сердце сейчас остановится, у Виктора (СССР) оно наоборот стучалось за двоих, как будто скоро выпрыгнет из груди и ускачет. Через пару минут всë пришло в норму, но их поза так и не поменялась, они словно застыли. Когда Совет положил руку ему на спину и начал гладить еë, Адлеру стало трудно дышать, всë внутри остановилось, спëрло. Румянец так и не сходил с лица, лишь продолжая сильнее разгораться.
Было приятно сидеть в тишине и наслаждаться ею, чувствовать, видеть, слышать всë, всë что происходит с любимым человеком, находящимся совсем рядом. Ощущать что кто-то настолько взволнован просто от нахождения с тобой в одной комнате, после пришло и умиротворение, они закрыли глаза в удовольствии и совсем расслабились. Свет приятно ложился на их тела, входя через окно, открывавшее вид на красивый, светлый сад, полный цветущими растениями.
Время неконтролируемо пролетало, ощущение, что прошло пару минут, но солнце, заходящее за горизонт, говорит, что сидели они так около трëх часов, пока их идиллия не нарушилась стуком в дверь, немец уже успел заснуть. Пришлось, аккуратно положив свой объект ухаживаний на кровать и сняв с него обувь, Союзу беззвучно встать и открыть дверь.
Неожиданно, но там был РФ, который явно знал, что за дверью будет его отец.
- Привет, пап, а ты скоро домой поедешь?
- Давай потише. Часа через два, а что? И что ты тут делаешь вообще? - шëпотом спросил старший своего сына.
- Да у меня машина на парковке стояла, а там какой-то даун еë задел, сильно, пришлось эвакуатор вызывать. Ну да ладно, я сюда с ГДР и ФРГ приехал, они сказали, что ты с дедушкой и дядей Вовой тут, можешь меня отвезти домой, пожалуйста.
- Подожди меня часика два.
- Хорошо! - заулыбавшись, выдал он.
Такая радостная реакция была из-за того, что ему хотелось немного пообщаться с ФРГ, тот ему очень даже нравился. Стоит ему появиться в поле зрения РФ, как тот сразу начинает вести себя совсем по-другому, прилежнее и воспитаннее, только если не на взводе.
Руслан (Российская Федерация) направился в гостиную, где на диване сидел и ждал его Арне (ФРГ), попивая зелëный чай, подаренный Японией. ГДР же пошëл в сторону комнаты своего отца, встретившись по дороге с федерацией.
- Иди быстрее, ухажëр! - раскрыв в улыбке свою пасть промолвил восточный немец.
- Ты то как понял?! - удивлëнно спросил.
- По тебе сразу понятно, когда он рядом, ты ведëшь себя совсем по-другому, вечно такой мужчина-идеал. Слава богу, что он об этом не догадывается.
Такое общение они себе позволить могли, всë таки росли вместе как братья.
- Ещë раз повторю: если ты его обидишь, считай, что мы уже не братья, понял? - пригрозил немец русскому.
- Конечно, я помню. - никак не отреагировав на колкое выражение брата ответил он. - Ты к своему отцу идëшь?
- Да, а что?
- У него случайно не зелëные стены в комнате.
- Да, только у него они такие. Ты что-то знаешь?
- Просто я только что оттуда, там, кстати, и папа тоже.
- Стоп, это значит... АААААХ! - снизошло до него озарение. - Он ему подарил это!?
- Скорее всего.
- Тогда, наверно, не стоит им мешать. Пойду прогуляюсь до ужина.
Они продолжили идти. Через некоторое время Руслан (Российская Федерация) уже сидел рядом с ФРГ и мило с ним болтал, а ГДР уже дышал прохладным воздухом, солнце успело сесть, спрятавшись за горами.
Он шëл в темноте, фонарей в глуши, в которой они живут, уж точно нет. Зато этот безлюдный горный район был тихим и уютным, несмотря на присутствие диких животных, иногда выходивших из соснового леса.
Резкий звук ударил по ушам - это собачий скулëж. На обочине около дороги лежал барахтающийся мешок, кто-то выбросил собаку, причем довольно крупную. Он решил хотя бы немного облегчить ей жизнь и развязал мешок. Там оказалась обычная дворняжка, сразу выскочившая оттуда. Увидев перед собой человека, она завиляла хвостом, будто это хозяин пришëл забрать еë домой. Она смотрелась очень устрашающей, хотя всем своим видом показывала дружелюбие. Всю оставшуюся прогулку она следовала за ним, не отставая ни на шаг, страх потери этого существа, к которому она полностью прониклась доверием, заставлял еë не останавливаться, несмотря на всю усталость, а когда он стал возвращаться домой, она продолжила его преследовать.
Дойдя до калитки, он просто не смог оставить собаку и впустил во двор, а потом и в дом, ничего не сказав семье.