Monogamy [N.H.]

Я сумасшедшая...

Узнать, что твой организм выходит из строя из-за отсутствия любимого человека, - это само сумасшествие. Я как компьютер без материнской платы. Никому не нужная.

Вот уже прошло более 2 месяцев с тех пор как я спустилась с трапа в Парижском аэропорту. Я еще ни разу не была в своем родном городе за это время. Даже Рождество я провела без родных людей. Все равно папы и Зейна не было в Лондоне в то время, вот я и решила никуда не лететь. Скорее, там я боюсь натолкнуться на одного человека. И читатель знает о ком идет речь.

С состоянием у меня все хуже и хуже. По крайней мере, лучше не стало. То у меня бессонница, то сонливость. Я перестала завтракать и ужинать. Аппетит пропал. Только лишь при присутствии кого-любо мой организм получает энергию.

Я принимаю лекартсва, которые прописал Гарри. Они не помогают. Уставшая от всего этого, я уже перестала бороться за себя. Иногда у меня пропадает желание жить. Хотя, кого я обманываю? Это происходит чаще, чем иногда.

Иногда я спрашиваю себя: За что все это? Что я сделала не так? Такую жизнь даже врагу не поделаешь. Лучше не жить, чем всю жизнь страдать. Так и мне, просто хочется умереть.

Нет. Не то чтобы покончить с жизнью. Я никогда не думала о самоубийстве и до сих пор считаю суицид самым глупым поступком, но от такой жизни я уже настрадалась...

Звук домашнего телефона, который уже несколько раз раздавался с соседней комнаты, заставил меня встать с постели. Я уже несколько дней хожу в меланхоличном состоянии.

Еле дойдя до комода на котором лежал телефон, я ответила на звонок.

- Алло.

- Эйприл! Почему ты не берешь трубку? Я с утра не могу дозвониться до тебя! Еще один раз и я была уже готова поехать к тебе... - заботливый голос Дэниз немного вернул меня к жизни.

- Привет, Дэниз. - зевнула я. -Прости, я просто заснула крепко.

- Да ладно, я так и поняла.

Я улыбнулась.

- Ты не занята сегодня? - спросила она.

- Ну... нет. А что?

- Можешь приехать к нам с ночевкой в загородный дом? Грег улетает на два дня по делам в Ирландию. Я не хочу оставаться одна. Ты же сама знаешь, сроки тоже приближаются.

Я сразу же вспомнила беременную Дэниз, у которой совсем скоро родится малыш.

Предложение миссис Хоран заставило немного задуматься. Но честно говоря, мне самой не хотелось оставаться дома. Этот дом уже удушал меня своей бесконечной тишиной. Мне нужен человек, который смог бы мне помочь забыть Найла...

Даже не думая об отказе, я сразу же согласилась на предложение Дэниз. Она обрадовалась и сказала, что отправит за мной машину.

После того, как я приехала сюда, во мне многое изменилось. Мне кажется я немного повзрослела. Я начала понимать тупость своих прежних поступков. Иногда я просто хочу затопить свои воспоминания в ванной и пользоваться только душем.

Разлюбляю ли я? ....Нет! Люблю сильней. Потому что, я люблю музыку. Так сильно люблю, что легко ухватилась за струны души нелюбящего меня блондина. Но они оказались очень тонкими для меня и мне пришлось отпустить их, чтобы не порвались. Так я упала.... И попала в бездонную яму откуда меня ничто не сможет вытащить, кроме этих двух голбых глаз, по которым я так скучаю.....

Наверное, каждый любит ездить на машине и слушать музыку, особенно если это долгая дорога. Не заметив, что мы проехали уже больше чем полпути, я почувствовала заглушение двигателя. Мы остановились.

Я прочистила горло и посмотрела вперед перед тем как сказать что-то.

- Что случилось? - спросила я все еще чувствуя негодование водителя.

- Дорога перекрыта. Из-за вчерашней метели упавшее дерево создало здесь хаос, - таксист посмотрел на меня через лобовое стекло и улыбнулся, словно в этом ничего плохого нет. - Ну, ничего, я знаю другой путь. Правда он немного долгий...

Я ничего не ответила. Хотя, показалось, что он ждал ответной реакции.

Мы ехали долго. Я была намного бдительнее: постоянно следила за дорогой, стараясь запомнить все места. А вдруг мы заблудимся? Мало ли что.

Оставив позади несколько поворотов и неровных дорожек, мы наконец добрались до особняка моего директора.

Я со вздохом открыла дверцу и вышла из авто, немного замерзшего снаружи. Меня тут же встретила Дэниз, повторяя о том, как она волновалась за меня и в то же время, браня меня за то, что я не отвечала на звонки.

Пообедав с Дэниз (это был самый лучший обед во время моего пребывания во Франции, ибо хозяйка дома приготовила рататуй на французской сельской печи специально для меня), мы очень долго выбирали фильм, который нам бы хотелось посмотреть. Пока я переводила из одного фильма в другой, Дэниз смеялась над самой собой, рассказывая о том как стала одержимой от местных жаренных пирожков.

- Ты представляешь?! - говорила она, смеясь, - меня просто вырывало от них раньше, а сейчас я просто дышать не могу пока не съем хотя бы десять штук этих жирных мясных пончиков, которых готовят как минимум за тридцать миль отсюда.

Я улыбнулась, глядя на ее уже девятимесячный животик.

- И кто вам их привозит?

- Человек, который привез тебя.

- Он ваш водитель?

- Неа, Луис - садовник... Ну, и человек который заботиться об этом доме, когда отсутствует Грег.

После сказанного, на лице Дэниз появился некий признак тоски.

- Он часто уезжает?

Она кивнула, стараясь сохранить улыбку. Я бы хотела спросить почему, но не хотела углубляться в больную для нее тему.

Уже наступил поздний вечер, когда появились титры второго фильма, которого мы смотрели безмолвно, в отличии от первого. Правда, вместе с титрами звучали и мои всхлипы. Это была мелодрама. Наверное, не одной мне знакомо такое чувство свежести после слез из-за фильма. Впрочем, не из-за чего было плакать. Просто раставание двух влюбленных. Что тут такого нового? Все ведь из моей жизни.

- Ах, сентименташка. - вздохнула Дэниз.

Наши позы были не совсем как четыре часа назад.

- Ты спать не хочешь?

Я отрицательно кивнула.

- Тогда пойдем займемся искусством.

Дэниз встала и утиной походкой, словно ребенок, повела меня на второй этаж, лесницу которого я не полюбила. Опять закружилась голова.

Дэниз достала из шкафа свои старые картины по моей просьбе. Она продолжила рисовать что-то необычное, в то время как я с восторгом просмотривала все ее работы.

Под несколькими картинами я увидела кусочек портрета Грега, наверное, в юнном возрасте. Я хотела вытащить ее, но все листы свалились на пол сопровождаясь моим писком и испуганным взглядом миссис Хоран.

Я со вздохом присела и начала поднимать картины. Но остановилась тут же.

- А это что?

Я достала упавшую тетрать с привлекательными разноцветными цветочками.

- Можно? - спросила я разрешения у Дэниз, чтобы открыть ее.

- Конечно, можно.

- А что это?

- Там есть имена, котрые мы бы хотели выбрать для малыша... Или малышки. Посмотри и ты.

Тетрать была разделена на колонки, где были написаны мужские и женские имена крупным почерком: Мари, Грэйс, Наоми..., Джо, Роберт, Гарри, Джими, Джерси....

- Тео? - единственное имя, которое я произнесла.

- Тебе тоже нравится? - спросила будущая мать, не отвлекаясь от своей работы.

- Да... Красивое, а кому еще?

- Брату Грега.

Я перестала листать тетрадь и подняла голову. Почему-то мне стало холодно.

- У Грега есть брат? - спросила я тихо.

- Ага,... Младший. Он учится в Англии. - спокойно отвечала она, откусывая пирожок.

Я сглотнула. Чего я боюсь? А, да. Спросить его имя.

- Кстати, вы ровестники! Нужно тебя познакомить с этой блондинистой макушкой. Он очень мил.

Мои руки начали потеть, хотя они были довольно холодными.

Впрочем, моя немного закружившаяся голова моментально начала считать процентный показатель восемнадцатилетних голубоглазых парней англичан с фамилией Хоран и живущих в Лондоне.

- Может вы и знакомы.... Не знаешь парня по имени Найл в Лондоне?

Все.

По окнам моей души пошли трески. Все чего я так боялась. Найл. Это точно он.

Блин. Опять ОН!

- Нет. - с такой тоской ответила я. - Не знаю.

Чтобы не привлечь ее внимание своим тусклым тоном в голосе (ибо эта женщина весьма проницательна), я продолжила листать тетрать с таким равнодушием, что была явно заметна моя занятость посторонней мыслью. А именно: до меня дошел тот факт, что Найл официально не имеет никаких братьев в своем роде. Как же это может быть?

Но внезапно для себя я задала вопрос.

- А что говорят родители Грега насчет имени?

Почему-то в эту секунду у Дэниз поменялось выражение лица. Она медленно положила кисточку и вытерла руки влажной салфеткой, которое предварительно приготовила.

- Можно тебе задать вопрос? - спросила она, смотря на недоконченную картину.

Я ничего не ответила, потому что она сама продолжила говорить.

- Тебе не кажется со стороны, что моя жизнь идеальна?... - она приостановилась. С чего это она начала такой разговор? - Любящий муж, хорошее состояние, живу как хочу, где хочу и все такое.... Но это все со стороны. Мы с Грегом прошли долгий путь, чтобы достичь этого уровня. Ты бы знала что мне пришлось натерпеть.

Она встала с места и присела рядом со мной...

Наверное, этот вечер оказался одним из важных моментов в моем моральном отношении к жизни.

Вы знаете выражение "роза пустыни"? Так вот, Дэниз была одной из этих редких роз. Единственный цветок в своем роде, переживший жару и холод, и кажущийся таким драгоценным в этой, простилающейся на сотни километров, пустыне, она была настолько жизнерадостной, но в то же время успевала скрыть в себе всю боль пережитых дней внутри.

Ее история началась тогда, когда она за два часа случайной встречи с парнем (Грэгом) поуши влюбилась в него и ее чувства лказались взаимными. Но Грег, живший в семье богатого человека - мистера Хорана, был помолвлен по расчету и этот брак принес бы большую прибыль фирме его отца. Мистер Хоран отказывался принимать чувства Грега, на что Грег ответил побегом из дома. Разозленный отец отказался финансировать своего старшего сына и с тех пор не хочет его видеть. Дэниз же была бедна и постуила в университет искусств во Франции своими знаниями, туда же поступил и Грег вопреки желанию своего отца сделать его будущим бизнесменом. После того, как мистер Хоран отрекся от своего сына, Дэниз и Грэг поженились во Франции. Но им пришлось не легко. У них не было ни дома, ни денег, ни постоянной работы. По рассказам Дэниз, им даже приходилось ночевать в подвалах жилых домов в холоде и сырости. И тогда Дэниз начала рисовать картины, от которых фанател директор их университета, которое они вот-вот бросили бы из-за нехватки средств.

- И с тех пор родители Грега никогда не интересовались вашей жизнью? - спросила я, когда мы уже лежали на шерстяном пледе а полу у камина. Дениз была занята своими пирожками, а я чашечкой горячего чая.

- Миссис Хоран... - улыбнулась Дэниз, - иногда навещает нас. Но...

Я уже поняла, почему Дэниз остановилась.

- Мне почему-то кажется, что эта семья меня никогда не полюбит.

Ну, а чему удивляться? Такая аристократка как миссис Хоран никогда бы не позволила брак своего сына с девушкой из простой семьи. Хотя, нужно признаться, Дэниз была намного "выше" этих "интеллигенщин", которых предпочла быть мать Хорана.

- Пойдем, я покажу тебе комнату, где ты будешь спать. - сказала хозяйка, чтобы отвлечься от больной для себя темы.

Я последовала за ней. Я все еще не могла принять тот факт, что Грег - брат Найла!

Почему когда я убегаю от этого человека, судьба сводит меня снова с ним?

-Заходи, - указала Дэн на темную комнату, включая свет.

Передо мной открылась просторное помещение с белой классической мебелью. Комната вроде была пуста, или немного не наполнена элементами жизни в ней. Словно в ней так редко пользуются. Одна из четырех стен была полностью прозрачно стеклянной за которой таился темный зимний лес. Мне немного страшно.

- Эта комната Найла.

Мое сердце пропустило один стук, и закружилась голова.

Господи, только не это.

- Все в порядке? - заволновалась Дэн.

Я кивнула.

- Просто немного устала.

- Хорошо. Сейчас я попрошу Клер поменять постельное белье и...

- Нет! - внезапно для себя ляпнула я. - Не стоит утруждаться. По-моему оно чистое.

Дэниз искоса посмотрела на меня. А затем пожелав мне спокойной ночи вышла к себе.

А я осталась в комнате, которой ни за что не догадалась бы очутиться сегодня, или вообще когда-либо.

Медленно подойдя к шкафу я открыла его. Там ничего не было. И вообще везде было пусто. Только в комоде лежали несколько футболок и летних шорт в стиле Найла.

Я легла на кровать лицом на подушку. В ней чувствовался его запах! Блин! Он все еще не исчез. Лишь одна секунда и мои легкие наполнились его запахом, голова - воспоминаниями, а глаза - слезами.

Я крепко накрепко обняла подушку и уткнулась в нее, как вбитый гвоздь.

Здесь когда то был Найл. Даде мысл об этом сводит меня с ума.

Говорят, люди постепенно забывают тех, кого долго не видят. А у меня все по-другому. Я все еще по нему скучаю и все еще его люблю...

***

Вы когда-нибудь вдыхали запах новорожденного младенца? Это наверное, самое приятное чувство созданное богом. Малыши пахнут раем.

Его маленькая ручка собранная в кулак легла у моей груди. Я слабо улыбнулась, смотря на то, как он спит. Даже было его легкое дыхание и биение крошечного сердца.

Чья-то рука появилась вне откуда и поглвдила малыша, которого я прижала к себе. Подняв взгляд в сторону, я немного утонула в голубых глазах.

Найл мне улыбнулся и подошел ближе. Лбом уткнувшись к моему лбу, он прошептал:

- Это наш ребенок, Эйприл....

- Мисс!

Я открыла глаза. Сон. Просто сон. И.... кто-то меня позвал.

- Мисс МакКинг!

Клер, стоявшая у двери в комнату Найла, встревожено пыталась меня разбудить.

-Что случилось? - привстала я.

- У миссис Хоран начались схватки.

Я тут же поднялась и направилась к Дэниз.

-Где она?

-Внизу, в гостиной комнате, - пробормотала она, - и у нас нет водителя.

- Что?...

***

- Может позовем скорую помощь, раз мы не можем найти водителя?- дрожащим голосом предложила Клер, смотря как мучается Дэниз.

- Скорая приедет позже чем мы найдем водителя. - сказала я, - здесь в окрестности кто-нибудь живет?

- Нет. Кругом глухой лес.

Я начала ходит из стороны в сторону.

Причина отсутствия человека умеющего управлять машиной - это сильное желание Дэниз покушать пирожков. Она отправила его в другую часть Парижа за своим предметом воздыхания.

- Сколько минут дороги до ближайшей больницы?

- Не надо.... в ближайшую больницу,- застонала Дэн, - у меня есть свой врач в Париже.

- Мы позовем вашего врача в ближайший мед.пункт и сами поедем туда. Так будет быстрее. - решила я, надевая на себя толстовку.

- Поедем? ... Но как? - спросила Клер.

- У вас в гараже есть еще одна машина?...

Через десять минут я сидела за рулем серого Volvo. В последний раз я это делала года три назад, когда Зейн проиграл спор и научил меня водить. Хотя не совсем. Я хоть знаю как это делать, но, черт побери, это было ТРИ ГОДА НАЗАД! И это оказалось страшнее, чем несколько минут назад.

- Ты уверена, что сможешь? - спросила Дэниз, немного задыхаясь.

- Да. - соврала я, - Вы в порядке?

Она кивнула.

- Клер, вы позвонили врачу?

- Да. Она уже выехала.

Я вздохнула. И тронулась в путь. У меня начали дрожать руки, так как только начинало светать и утро еще не наступило. Я поехала по главной дороге, ведущей в город.

Во мне присутствовало волнение за Дэниз и ее ребенка. Когда речь идет о рождении малыша, меня всегда посещают напрягающие мысли о чем-то плохом. Наверное, это связано с моей матерью. Она бы могла прожить долгую и счастливую жизнь, если бы не родила ребенка. Меня.

Совсем забыв про то, что эту дорогу перекрыло сваленное штормом дерево, я остановилась прямо перед процессом его уборки.

- Черт!

Я вышла из машины и громко захлопнула дверь. Так громко, что некоторые из рабочих очистительной кампании оглянулись в эту сторону.

- Мне нужно пройти. - сказала я как можно спокойно.

- Нельзя. Не видите, здесь дорожные работы.

- Я могу обойти, если вы немного передвинете подъемный кран на правую сторону.

Парень лет, двадцати пяти, в желтой форме, своим быстрым взглядом оценил меня и мою машину. Ну ладно, не мою машину. Он немного странно посмотрел на меня.

- Я не могу. Этого нет в приказе.

Он почему-то улыбнулся. Придурок.

- Прошу вас, у меня женщина в машине в положении. У нее вот-вот начнутся роды.

Парень снова посмотрел на меня и на машину. Почему он смеется?!

- Я прошу прощения, но я не вправе делать то, чего нет в приказе и это может быть опасно.

Он меня бесит.

Меня охватила некая ненависть. Возможно, не из-за того, что мы спешим, а из-за его упрямого язвительного отношения.

- Блин! - я взорвалась. - Ты знаешь..? Хотя нет, не знаешь! Если с этим ребенком или матерью что-то случится, я буду проклинать тебя и твой чертов кран до конца жизни и ты сдохнешь и будешь гореть в семи кругах ада и тебя будут мучить боли в сто раз хуже, чем у этой женщины, ублюдок!

Я обратно повернулась и села в машину, даже сама не замечая что закипаю как чайник со свистком.

- Что такое? - спросила Дэниз уже вся вспотевшая и обессиленая.

- Все хорошо.

Я развернулась и поехала по той дороге, которой приехала. Удивительно, но я помню каждый уголок и поворот этой дороги.

Минут через пятнадцать, мы уже подъехали к больнице в которой нас ждала врач акушер-гинеколог.

Дэниз осторожно вышла из машины и мы ее завезли в операционную.

Почему-то я ни увидела ни одной медсестры в этом здании.

- Эйприл, мне нужна ты. - сказала врач. - Помой руки и надень вот это.

- А зачем я вам?

- Все медсестры в новогоднем отпуске, а дежурная промывает раны одному из недавно привезенных. Мне кажется там дело серьезное. Мне нужна твоя помощь....

***

Вот так вот.

Кем я только сегодня не побывала: водителем, медсестрой, человеком, проклинавшим бедного дорожного работника.

После нескольких десятков попыток, наконец, послышался плач ребенка в операционной.

Я подняла его первой и, если честно, смотреть на него и не расплакаться - невозможно.

- Дэниз...

Она устало, но с улыбкой, посмотрела в мою сторону.

- Он такой.....

Я больше ничего не сказала. Я расплакалась, этот ребенок так похож на своего дядю. Он мне напомнил Найла.

Его отобрали у меня и положили к матери. Дэниз обняла его и в тот момент, меня охватила мысль, что никогда в жизни меня не обнимала моя собственная мать. А начерное, так хотела.

Я родилась. Она умерла. И у нас не было шанса увидеть друг друга и обняться прямо как Дэниз и ее малыш.

Я расплакалась еще пуще. Как же бесит меня моя чувствительность.

Я вышла за дверь. Мои руки были в крови, но это не имело значения.

- Все в порядке?

Стоп.. Я где-то слышала этот голос.

- Вы?..

Передо мной стоял тот самый дорожный рабочий, на которого я нагрубила. Первое на что я оратила внимание - его рука. На ней ГИПС!

- Что вы здесь делаете?

Он улыбнулся. Снова.

- А разве вы не должны знать? Ваше проклятье сработало через три минуты. Браво.

Теперь расмеялась я.

- Так вам и надо.

Он подошел ко мне.

- Я - Шон.... Простите, не могу подать правую руку.

Мы снова расмеялись.

- Я - Эйприл. Простите, за семь кругов ада и... многое другое.

- Уже забыто.

***

Прошла неделя. Дэниз выписали. Правда уже с парижского геникологического центра. Эта неделя была полна маленьктх радостей. И мне кажется я успела привязаться к малышу - Тео.

Мистер Хоран вернулся с Ирландии в тот же день, когда услышал о новости. Он назвал меня героиней за все что я сделала для Дэниз и малыша.

Сегодня семья Хоранов устраивала маленький ужин у себя дома и я была приглашена в числе близких друзей семьи.

Выйдя из машины, я посмотрела на этот дом. Странное ощущение. Он стал каким-то родным.

Я не дошла и до двери, как мне открыли дверь.

- Мистре Хоран, добрый вечер.

- Добрый вечер, Эйп. Заходи.

Я зашла и меня сразу же атаковал пленяющий аромат французской кухни. В гостиной собралась группа гостей.

- А где Дэниз? - поинтересовалась я у ее мужа.

- Должно быть, она с малышом.

- Я поднимусь?

- Да, конечно. И.... - Мистер Хоран взял стакан воды. - Может отнести к ней. Она просила.

Я была в красном платье французской длины и завивкой волос Америки 60-х годов.

Снова эта лестница. И я оказалась прямо у двери в комнату малютки. Меня почему-то охватила дрожь. Я открыла дверь и вошла в комнату.

У кроватки стоял парень, в руках которого был Тео. Он повернулся в мою сторону, как только я зашла.

Стакан воды. Он разбился на мелкие кусочки, образуя на полу бардак, как и в моем сердце сейчас.

Эти глаза, этот взгляд, этот стан - заставляют меня разбиваться много много раз подряд, как стеклянный стакан. А вода в ней - это мои слезы. Только я сейчас не плачу. Слава богу.

- Найл...