Ты меня оставила голодной!
120, девушка, которая была в спецназе, была с нами и отпустила оружие, и легла на пол, тянув Дэ хо. Мы приняли поражение, работники подошли и забрали оружие и боеприпасы у нас и ушли, закрыв дверь.
- О, нет, нет, нет, нет! Не может быть, Дэ хо! - кричав, сказала 120.
А у Дэ хо до сих пор была паническая атака. После, через 20 минут, примерно к нам привели 456 Ки хуна, который выглядел очень уставшим и строгим, и весь полностью со страданиями, как будто жизнь ему уже не нужна. Мы не увидели остальных игроков: где Чон бэ и остальные? 456 кинули в нашу сторону, и работники ушли.
- Эй, Ки хун, что случилось? - сказала 120.
У Дэ хо более-менее прошла паническая атака, и он сказал:
- Ки хун, а где Чон бэ? - нервно сказал Дэ хо.
- Его убили, - строго и с безразличием сказал Ки хун.
- В смысле? Как это всё из-за меня? Если бы я принёс боеприпасы, было бы всё хорошо! - чуть ли не плача, сказал Дэ хо.
- А где Ин хо? - сказала 120.
- Да, боже, все умерли! Как же вы не понимаете? Только я выжил! - прокричав, сказал 456.
В миг наступила тишина.
Тишина продолжалась немного, тишина оборвалась рабочими.
- Голосования больше не будет, ведь вы чуть ли не убили всех и не сбежали, а это не по правилам, - сказал квадрат.
Все начали бушевать, а кружочки начали винить себя, кроме сотого, ведь он был всегда уверен в себе.
Я была пуста, ведь мы не выберемся с Се ми, и кто-то из нас умрёт?
Нет, Т/и, всё будет хорошо, успокойся.
Нам сказали, что уже завтра будет игра, и все начали гадать, какая же игра будет.
Ну а после мы легли спать.
- Спокойной ночи, Се ми, - зевая, сказала я.
- Тебе тоже, паучёк, - сонно сказала Се ми.
Мы легли, я уснула, я спала очень сладким сном, и я резко просыпаюсь и вижу перед собой труп Се ми? Что, чёрт возьми?!
У меня началась паника: сердце сильно застукалось, сердце сжималось, как будто кто-то взял моё сердце и намерен его лопнуть!
Но тут я просыпаюсь. Фух, это был сон! Я очень испугалась. Или же это не сон? Я быстро обернулась в сторону кровати Се ми и увидела её, как она спит лицом ко мне.
- Слава богу, - прошептав себе под руки, сказала я.
Была ночь, и все опять же спали. Я стала ложиться второй раз, заснула, не прошло и 10 минут, как включили яркий свет, который светил прямо в глаза, меня как будто ослепили. Я встала и зевнула, и мы с нашей командой видим, как Ки хун прикован к своей кровати.
- О, боже мой, Ки хун, что с тобой? - сказала я с шоком.
- Это всё эти твари, - холодно сказал мне.
Охранники пришли и сказали, что начинается игра. Нас отвели туда, и там было очень жутко.
Там стояла та кукла с первой игры и тоже большой робот, только в виде мальчика.
Девочка-кукла была почти такой же, только на ней было розовое платье и красный сарафан, а причёска такая же и заколка тоже такая же, только в причёске поменялся цвет резинки на фиолетовый. Лицо неизменилось: такие же глаза, которые пугают каждого.
Мальчик-кукла, его я ещё ни разу не видела, у него были чёрные волосы и причёска как у чокобоя. На нём была изумрудная рубашка с белым воротником, низ у него были обычные джинсы чёрно-коричневого цвета. Нам начали объяснять правила.
Игра называется "Джек и Джилл", прямо как в стихе:
Джек и Джилл пошли на гору
За водой с ведром пустым.
Джек упал, разбив макушку.
Джилл свалилась вслед за ним.
Джек вскочил и устремился
К дому из последних сил,
Теплым уксусным компрессом
Он ранение лечил.
Джилл пришла и, ну, смеяться
Над нашлёпкою чудной.
Стала матушка ругаться,
Впору плакать Джилл самой.
Джилл рыдает - Джек хохочет.
Всё равно они потом
Будут целый день до ночи
Во дворе играть вдвоём.
И всё было точно так же: был большой холм около этих роботов; их звали Джек и Джилл. Рядом с нами был колодец и много вёдер.
Смысл игры был такой: надо было наполнить вёдра водой из колодца и не пролить воду, пока будешь подниматься на верх к Джеку и Джилл. И там был также красный свет и зелёный свет.
Игра началась, я бегом начала наливать воду мне и Се ми. Как только я налила, я отдала ведро Се ми, и мы решили, чтобы не упасть, держаться за руки. В одной руке мы держали ведро, а другой - руки друг друга. Кто-то уже был около вершины, и вдруг он полетел вниз, разлив воду и двинувшись на красный свет. И он погиб. Мы с Се ми шли потихоньку, как и наша команда. Дэ хо помогал беремняшке, взяв её с её ведром, и сам пытался держать своё ведро.
Я уже очень сильно запыхалась, ведь спортсмен из меня вообще никакой, а Се ми, как будто, два шага сделала, улыбается и говорит мне:
- Ну что, может ускоримся? - сказала мне она с улыбкой.
- Се ми, ты с ума сошла! Я уже как баклажан, уже еле-еле иду, и ещё этот красный свет и зелёный! - с отдышкой сказала я.
У Се ми пропала улыбка, и мы пошли дальше на верх. Ещё никто не дошёл, а осталось две минуты, а выше всего, кто прошёл, это была 120. Думаю, если бы не я, то Се ми была бы около неё, и я очень сильно отчаилась. Ведь из-за меня это всё! Осталась одна минута, и вот этот самый миг, как мы пришли к Джеку и Джилл и поставили эти два ведра, и можно было уже уходить. Эх, там так много людей, которые падали кувырком и погибали. Мы вернулись к нам в комнату, и Ки хун до сих пор сидел привязанным, и он не ходил даже на эту игру. Не честно!
- Дайте угадаю, у вас было перетягивание каната? - сказал Ки хун.
- Нет! У нас была игра "Джек и Джилл", ну, нам там надо было на время вёдра дотянуть до Джека и Джилл, а там был такой большой холм! - сказала я.
120 всё рассказала Ки хуну.
И когда игра закончилась, нам показали, что нас осталось 32 человека. Так мало? Офигеть! Так ещё и выживет только один. За это время я очень подружилась с 222 и с Се ми, и как я буду без них? И то я сто процентов даже до финала не дотяну! Я позвала их в угол и сказала им:
- Девчонки, пожалуйста, давайте, если кто-то из нас выиграет, тот будет помнить вечно, и давайте скажем, где мы живём, и ещё давайте будем держаться вместе и попробуем выйти вместе. Вдруг это возможно? - нервно сказала я.
- Хорошо, - сказали они вместе.
Мы рассказали, где мы живём, и наши адреса, и оказалось, что мы все рядом живём, и пошли обратно ко всем. Мы просто разговаривали, и тут приходят охранники и тащат гроб, и поставили его по центру. Мы решили его открыть и увидели там Чон бэ!? Дэ хо не мог на это смотреть, ведь он был ему как отец.
После мы отодвинули этот гроб куда подальше.
Мы после этого молчали, просто молчали. Через 15 минут нам принесли еду: это был сэндвич и газированная водичка. Как по мне, вообще вкуснятина!
Я уже собиралась ложить этот сэндвич в свой рот, представляя этот плавленный сыр, колбаску, и вдруг Се ми вырывает у меня мой сэндвич и кусает его.
- Эй! - громко закричала я, что аж кто-то вздрогнул. - Отдала! - со злостью сказала я, ведь я так хотела есть, я была очень голодна.
- А вот и не отдам! - звонко сказала Се ми.
И Се ми побежала в женский туалет, махая мне этим сэндвичем. Ну, я и побежала за ней.
И вдруг Се ми открывает кабинку в туалете и кидает мой сэндвич прямо в унитаз.
- Эй, ты чё, ох*ела?! - сказала я ей.
Я дала ей пощёчину, из-за чего она простонала, и я пошла обратно. Я была очень сильно зла, и из-за этого я, как только закрыла дверь в женском туалете, со своей кофты сняла крестик и положила его в карман и пошла в тот угол, где стоял гроб. Я забралась на этот гроб и сидела там молча. По моему выражению лица было понятно, что что-то случилось. Се ми, увидев меня, посмотрела с насмешкой и пошла к себе на кровать, а я всё ещё сидела на гробу, сдвинув ноги к телу, сделав их вместе, а руки у меня были на животе и думала, как бы было хорошо, если бы я не пошла на эту чёртову игру. Я бы хотя бы была счастлива. Представляю, как мама переживает за меня. Ну, я ей хотя бы написала напоследок. А прикиньте, я умру, и она будет думать, что я просто зарабатываю деньги или потеряла телефон, или я их бросила. Мда, жалко мне их, конечно! С моего лица упала улыбка, часы длились минутами, всё было как-то быстро, я даже забыла про свою газированную воду. Ну и ладно, не нужна она мне.
Прошло много времени, и я этого не заметила. Ну и тут нам сказали ложиться спать. Ну и я на этом гробу и решила спать, но уснуть я не могла. Я думала, я думала, я не могу без родителей, как я буду жить, и я тихонько всплакнула. Я почувствовала, как возле моего лица идёт ветерок: кто-то явно дышал надо мной, и я приоткрыла свои красные глаза.
И мои красные, опушенные губы тихо сказали:
- Се ми? - тихо и медленно произнесла я, и в моем голосе звучала надежда, словно это имя могло изменить всё. Я искала в её глазах ответ, искала ту искорку понимания, которая могла бы развеять мою грусть.
Се ми промолчала, но её молчание было наполнено теплом и заботой. Она наклонилась ко мне, и я почувствовала, как её руки обвивают меня, словно щит от всего плохого. Она взяла меня на руки, и в этот момент я ощутила, что все мои страхи и переживания, возможно, не так важны, как я думала. Я могла довериться ей, и это было так освобождающе.
Она понесла меня к себе на кровать, и когда я легла рядом с ней, мир вокруг стал ярче. Я закрыла глаза и позволила себе расслабиться. Её тепло окутывало меня, словно мягкое одеяло, и я вдруг поняла, как сильно мне этого не хватало. Я почувствовала, что в этом мгновении я не одна, что рядом есть кто-то, кто понимает и поддерживает меня. Это было так важно.
Се ми крепко прижала меня к себе, и я почувствовала, как все мои тревоги и обиды постепенно начинают рассеиваться, как утренний туман под солнцем. Я не могла не вспоминать о своих родителях, о том, как их отсутствие оставило пустоту в моем сердце. Но в этот момент, в объятиях Се ми, я почувствовала, что жизнь продолжается, и, несмотря на потери, есть возможность найти счастье и поддержку в других людях.
Мы лежали вместе, и я начала осознавать, что моя обида не должна определять, кто я есть. Я могла помнить своих родителей с любовью и благодарностью, а не с горечью. Их воспоминания были частью меня, и я могла позволить себе быть счастливой, несмотря на их отсутствие. Это открытие было словно глоток свежего воздуха, который наполнил мои лёгкие надеждой.
Тепло, которое я чувствовала рядом с Се ми, стало для меня символом новой жизни, новой надежды. Я знала, что могу создать своё будущее, полное света и тепла, даже если это будущее будет отличаться от того, что я когда-то представляла. Я прижалась к ней ещё крепче, и в этом простом жесте нашла силы продолжать идти дальше.
- Спасибо, что ты есть, - прошептала я, и это было не просто словами, это было моё признание, моя надежда, моя вера в то, что даже в самые трудные времена можно найти поддержку и любовь.
В её объятиях я быстро уснула, забыв всё. Мой сон был сладким, на столько сладким, как клубника в шоколаде. Хм, зачем я это говорю, если я никогда не пробовала клубнику в шоколаде? Так, Т/и, как только выберешься отсюда, первым делом поедешь покупать её, - сказала я сама себе. И вдруг я проснулась из-за света: он был ярким и невыносимым.
Но Се ми не дала мне встать и приложила мою голову к её подбородку, и Се ми тихонько поцеловала меня в макушку.
- Се ми, надо вставать, там за едой идут, - тихо сказала я ей.
Се ми привстала, потянулась и простонала, потому что она была очень сонная...
- Ты меня оставила голодной поэтому идём!- с обидой сказала я.
И на таком моменте всё заканчивается. Извините, что проды не было настолько долго, в следующих частях будет такой экшен!