Озвучивание не поддерживается в этом браузере
11
- И что у вас твориться?
Марина вошла с салон бизнес класса и обратилась сразу к двум мужчинам. Егор был мрачен и на скулах у него ходили желваки, а Макс... Такого Макса, Марина, за все двенадцать лет, не видела. Сказать, что на нем не было лица - ничего не сказать.
- Вика как?
Голос Макса звучал глухо и был полон странной боли. Марина села, внимательно посмотрела на начальника и ответила:
- Лучше, чем можно было ожидать, а выглядит просто замечательно.
- Не плачет больше?
Макс не смотрела на помощницу. он рассматривал свои руки, сжимая и разжимая кулаки.
- Не плачет, сверкает, как алмаз. Но мне надо договориться, чтобы ее багаж выгрузили в Киеве. Она не хочет лететь с нами в Львов.
- Что значит она не с нами? - в разговор вмешался Егор. - Я не хочу ее отпускать.
- Знаешь, твои желания, сейчас мало кого волнуют. - Марина огрызнулась.
- Маринка, позови, пожалуста, Славу сюда. Я хочу написать эту явку с повинной, чистосердечное или что там еще? - Макс так и не поднимал глаз - Надо, чтобы Слава помогла составить все правильно. И еще, свяжись с Юрой. Пусть подьедет в аэропорт. Думаю, он не будет лишним в милиции. Багаж мой отправишь назад. И еще, надо будет сделать заявление перед прессой. Можешь подготовить текст? Правда, если сможем не обьяснять причину моего ареста и срока, будет замечательно. Не думаю, что такое надо выставлять на всеобщее обозрение. Это, конечно, решать Вике, но я предпочел бы, чтобы ее имя не упоминали. Ну остальное по ходу будем выяснять и, да, весь проект до конца будешь доводить ты.
- Закрыть надо на хрен твое шоу! - недовольно вмешался Егор. - Вместе с тобой!
- Егор, хватит.
Макс уронил лицо в ладони и на секунду так застыл.
- Вика сказала, что заявления не будет. - тихо, но отчетливо, произнесла Марина.
- Она сама так сказала или ты ее уговаривала? - спросил Егор.
- Боже, она что меня боиться и думает, я буду отрицать?!
Макс первый раз с начала полета посмотрел на Марину.
- Мне кажется, нет.
Марина сама не понимала причины такого поведения, но вдаваться в подробности не собиралась.
- Послушай, не хочет заявлять? Прекрасно. Такого скандала нам точно не надо, да и Вика переживет. Подумаешь, перепихон в туалете! А скольких ты так имел? Подумаешь! Вот только, не знала, что у тебя такие методы наказания! Теперь боюсь, еще не так что-то...
- Заткнись!
Макс прорычал и так посмотрел на нее, что Марине стало дико страшно. Еще никогда она не видела такого выражения у Макса. Женщина сглотнула.
- Свяжись со Славой. Пусть составит заявление вместо Вики!
- Ты гонишь? - Егор не выдержал. - Решит написать напишет. Все! Сделал и сделал. Но я уже не хочу, чтоб ты в тюрьму загремел. Пойду поговорю с Викой.
- Сядь, где сидишь. К ней пойду я!
- Хочешь скандала? - вклинилась Марина.
- Я хочу поговорить. Не лезь, не твое дело.
Марина нахмурилась
- Делай что хочешь! Похоже тебе сперма в голову шибанула и крепко!
Макс ничего не ответил, просто молча вышел из салона бизнес-класса. Повисло мочание. Егор с Мариной переглянулись. Оба прислушивались к происходящему в самолете, готовые к любому развитию событий.
Макс пробирался по салону самолета и не реагировал ни на какие вопросы от девушек, пытавшихся привлечь его внимание. Он шел, все ускоряясь и ужасно боялся того, что предстояло сделать и того, как на него посмотрит Вика. Ему было так стыдно перед девушкой. Представлял ее взгляд и становилось больно. Что же он натворил?! Но в голове тут же возникли картинки происшедшего и опять дрогнуло в пахуу. Что же с ним такое и почему эта девочка так действует на него?! Макс дошел до кресла Вики и увидел, что она спит, свернувшись клубочком и надев на глаза маску. Его затопило нежностью.
- Вика. Викуш.
Осторожно тронул девушку за плечо. она сонно спросила:
- Что?
И от этого, немного хрипловатого, голоса у Макса, уже привычно, встали волоски на руках.
- Вик, давай поговорим.
Он присел на корточки рядом с сиденьем и взял девушку за руку. Она вздрогнула, резко выпрямилась и сорвала маску с глаз.
Вика увидела перед собой Макса и потеряла дар речи. Она смотрела на мужчину и чувствовала, как из самой середины разливается жар, плавящий кости. Не могла сказать ни слова, попав в капкан его глаз. она сглотнула и Макс выдохнул, а потом нахмурясь заговорил:
- Вик, я не знаю, что сказать, не знаю, как извиняться и смотреть тебе в глаза. Надеюсь, не сделал тебе больно.
Мужчина опустил глаза, между нахмуренных бровей резко выделились две морщины. Вика не могла сказать ни слова. Ей так хотелось разгладит его брови и.. Блин! О чем она?! Она закрыла глаза, стараясь прийти в себя.
- Вик, Марина сказала, что ты не собираешься на меня заявлять. Почему?
Повисла пауза и Вике пришлось снова посмотреть на мужчину. в его взгляде была такая смесь чувств, что она не могла его понять. Но от вопроса стало жарко. Сглотнув, она собралась ответить, но в этот момент самолет сильно тряхнуло. Макс чуть не упал и схватился за полокотник ее сиденья. Самолет задолжал. Новый толчок, еще сильнее прежнего, и из динамика полился голос стюардессы.
- Уважаемые пассажиры, мы попали в зону турбулентности и приближаемся к грозовому фронту. Просим вас занять свои места и пристегнуться. Не волнуйтесь, через несколько минут все будет нормально.
Макс побледнел. Он терпеть не мог самолеты и боялся летать, хотя и не признавался в этом никогда. Новый толчок самолета и в салоне зажглось аварийное освещение. К ним подбежала стюардесса.
- Вернитесь на свое место, пожалуйста и пристегнитесь.
Самолет дрожал и подскакивал на огромных кочках.
- Я лечу бизнес классом, сейчас вернусь на свое место.
Макс встал и от сильного толчка ударился спиной о соседнее кресло. Стюардесса тоже еле устояла на ногах.
- Не надо возвращаться, через весь салон идти опасно. Присядьте на свободное место. - она показала на сиденье рядом с Викой. - Кислородные маски над вами.
Самолет подбрасывало и кидало в разные стороны. Вика быстро пересела и потянула Макса на сиденье.
- Садись быстрее, не сильно ударился?
Макс держался за спину, но после ее вопроса быстро убрал руку.
- Нет, все нормально.
Он грузно опустился в кресло. В самолете погас свет и кто-то закричал. Вика пристегнулась и спросила у Макса, никак не находящего вторую часть ремня.
- Пристегнулся?
- Нет.
- Давай помогу.
Она очень ловко нашла ремень и шелкнула пряжкой. От звука оба вздрогнула, а очередной толчок, швырнул девушку на мужчину.
- Ты зачем отстегнулась?! Обхватив ее и прижав к себе, прошептал Макс.
- Тебе помочь.
Вика задохнулась от его обьятий и попыталась высвободить. Макс тут же разжал руки. Она быстро села нормально и пристегнулась. Самолет продолжал скакать, проваливается в ямы и крениться из стороны в сторону. Макс выдохнул и сжал подлокотники. Вика внимательно посмотрела на побледневшего мужчину, сжатые до побелевших постяшек кулаки и.. накрыла его руку ладонью, успокаивающее сжав. Макс резко повернулся и неверяще посмотрел на ее ладонь. Тут же накрыл ее второй рукой и осторожно погладил.
- Вик, я.. блин, я не знаю как смотреть тебе в глаза, не знаю, как вымаливать прощения, понимаю, что вел себя, как последний скот, но точно не хотел тебя обидеть. Ты. Гм,..
Он поднес ее руку к лицу и прижал к своей щеке. его глаза смотрели в серьезные, очень грустные глаза девушки и от этого взгляда, что-то переворачивалось в душе.
- Гм, я.. - он выдохнул и поцеловал ее в ладонь - Я плохо соображаю, когда ты рядом. Меня тянет к тебе, словно, магнитом. Ты такая настоящая, теплая, открытая и безумно красивая. Рядом с тобой, забываю обо всем. Туплю постоянно. а там в аэропорту. - он выдохнул и снова поцеловал прохладную ладонь. - Я не знаю, что это было, правда, но так хорошо мне в жизни не было. И я не насильник! Просто потерял голову от тебя, такой близкой, красивой и вкусной. Честно, у меня ни одной мысли в голове не было. Даже не соображаю где мы и что ты.. гм.. что тебе я не нравлюсь. Прости меня, девочка.
Вика сидела, боясь пошевелиться. От слов мужчины, от его голоса, такого низкого, виноватого и, в тоже время, обволакивающе мягкого, ее уносил куда-то. А горячие губы, обжигающие ладонь, заставили задрожать. И сильнее всего подействовало его " девочка " Она тонула, погружаясь в бушующий океан его глаз и водоворот собственных эмоций. Макс прикрыл глаза, не в силах больше видеть потрясенное лицо Вики. Она настолько красива, настолько хороша и так хочется поцеловать ее, упиться вкусом потрясающих губ, целовать лицо, наслаждаться щелковистой гладкостью ее кожи и ласкать каждый сантиметр восхитительного тела, что ему было физически больно смотреть на нее и ничего не делать. Он снова прижался к ее ладони губами и ждал. Вика молчала,. Вздохнув, Макс заговорил опять.
- Я попрошу Славу помочь тебе составить заявление. Сам не буду ничего отрицать и сяду обязательно, но мне очень важно, чтобы ты меня простила. Пожалуйста, прости. Я вел себя отвратительно и все испортил.
- Испортил? Нечего было портить.
Вика, наконец, справилась с голосом и смогла заговорить. Макс нахмурился.
- Я хотел, - он запнулся, сглотнул и опять заговорил: - Да неважно, чего я хотел. Теперь ничего этого не будет. И я не знаю, как могу хоть что-то исправить и хоть как-то загладить вину. Я не знаю, что сделать, чтобы ты меня не ненавидела.
Вика удивленно распахнула глаза.
- Какая тебе разница, что я буду о тебе думать?
В голосе Вики послышалась горечь. Самолет тряхнуло еще сильней, чем до этого, но Макс смотрел на Вику и почти не заметил очередного скачка и яркой вспышки молнии, осветившей салон.
- Мне важно, что ты обо мне думаешь. Очень важно. И было важно с первой встречи. Ты..., Вик, я...
Макс вздохнул. он не знал, как обьяснить, что она затмевала все вокруг. Что рядом с ней он видел только эти огромные глаза, теплую улыбку и забывал о времени. Что часами смотрел кадры с ней, любуясь мимикой, жестами, купаясь в голосе. Да он остается на проекте только из-за нее! Макс смотрел на девушку и отчетливо понимал все это. Как и то, что сам, собственными руками и несдержанностью, испортил все. Лишил себя всего. Потерял ее и.. Он тяжело выдохнул
- Напиши заявление. Тому что я сделал, нет прощения.
- Нет. Я не буду ничего писать и никуда заявлять. Ты ведь не маньяк? Значит, мое молчание никому не навредит.
- Я не маньяк, да, но почему ты не хочешь, чтобы я сидел? Я ведь, - он снова сглотнул, выдохнул, как перед рюмкой водки и выпалил: - Я тебя изнасиловал. Скот!
- Это не так.
очень тихо произнесла девушка и отвернулась к окну.
- Что значит не так? Да я же, блин, да я растерзал тебя там!
У Макса, при мысли о происшедшем опять боролись внутри дикое желание и неимоверное стыд.
Вика кусала губу не зная, как смотреть ему в глаза. Она снова так ярко почувствовала его руки, яростный поцелуй и то, как сильно он заполнил ее. Вряд ли с кем-то другим ей будет так хорошо.
- Вик, пожалуйста, не молчи. - Макс снова сжал ее пальцы. - И почему ты не ругаешься меня? Ну дала бы уже по морде, обозвала заслуженно. Как ты можешь, делать вид, что ничего не произошло? Или это в порядке вещей для тебя?!
Пощечина, хлесткая, сильная и звонкая, совпала с оглушающая грохотом грома за бортом и сияющей вспышкой молнии. Макс, опешив, схватился за щеку, а Вика зажала рот, прикусив костяшки пальцев.
- Гм, заслуженно, но с большим опозданием. Может еще?
- Уйди отсюда! Я тебя видеть не хочу!
Вике было так больно. Как она и боялась, он решил, что она вот так может с..больно то как!, с каждым! Она еще сильнее прикусила костяшки, но все равно не смогла сдержать слез. Огромные капли полились по щекам.
- Блин, Вика, только не плачь! Ну пожалуйста!
Он не мог видеть ее слезы. Казалось, они прожигают всю его броню, затрагивая самые чувствительные уголки души.
- Девочка, ну пожалуйста, не плачь. Лучше ударь меня, только не плачь! Ну пожалуйста! Блин, да ты мне сердце своими слезами разрываешь.
Он обхватил ее лицо и большими пальцами стал вытирать слезы. А Вика не могла успокоиться. Стыд и...и желание смешались в одну сильнейшую эмоцию и она не могла с этим справиться.
- Вика, девочка, ну все, перестань, успокойся. Забудь обо всем, ну что мне сделать, чтобы ты успокоилась? Блин!
Макса трясло. Слезы лились непрекращающимся потоком, а он думал только о вкусе ее губ. Извращенец! Он с таким трудом сдерерживался, чтобы снова не поцеловать ее! Вика закрыла глаза, стараясь отвлечься, забыться и не хотеть, чтобы его руки держали не только ее лицо. Она так хотела оказаться в его руках, чтобы обнял сильно- сильно и сказал, что и для него это значило больше, чем быстрый секс в туалете. Но сколько у него было таких Вик? Раздавшийся оглушительный грохот, темнота в салоне и резкий крен вниз, в давили обоих в кресла. Макс выругался, Вика застонала от боли в спине. В салоне слышались крики и надсадный рев двигателей. Странно, но Максу не было страшно. Сейчас он думал только о Вике и, перекрикивая рев двигателя, треск и возгласы испуганные пассажиров, спросил:
- Ты сильно ударилась? Больно очень?
Вика сильно ударилась боком и спиной. Еще и что-то, странно, хруснуло в шеи, скорей всего, потому что ее лицо было в руках у Макса. Она попробовала шевельнуть головой и с облегчением поняла, что может это сделать.
- Кажется, мы падаем. - очень спокойно сказал Макс.
- Похоже на то. Странно, я всегда любила летать и хотела попасть в такую болтанку. Свершилось мечта идиотки.
Она попыталась улыбнуться, но вместо этого всхлипнула. Макс нахмурился. Вика так четко видела его лицо в мигающем свете аварийных фанариков, все еще не работавших в полную силу, и от нежности щемило в душе. Он такой красивый! Вика закрыла глаза, понимая, как глупо думать о нем так, после всего случившегося, но ничего не могла с собой сделать. Макс был самым красивым из всех, кого она знала.
- Мы не упадем. Вот увидишь. - Макс снова поймал ее руки и крепко сжал. - Ты слишком красива, чтобы умереть.
Вика распахнул глаза и... расхохоталась.
- Ну если это будет критерием спасения, то мне жаль всех остальных.
В салоне вспыхнул свет и заставил обоих зажмуриться. Из динамиков раздался голос пилота:
- Уважаемые пассажиры, грозовой фронт очень обширен, мы пытались обойти его по краю, но не удалось. Сейчас мы меняем курс и летим в новый пункт назначения. Совершим экстренную посадку, переждем непогоду и вылетим в Киев при первой же возможности. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие.
- Ну вот, видишь, никто никуда не падает.
Вика улыбнулась и снова поморщилась от боли в шее.
- Что у тебя болит?
- Шея, кажется, ты мне ее свернул.
Вика пыталась повернуть голову, но было очень больно.
- Так, как только приземлимся, поедем в больницу, а сейчас сядь ровно и старайся не шевелиться.
Вика только согласно прикрыла глаза и устроилась в кресле.
-Может тебе плед подложить под голову? - Макса беспокоила ее бледность.
- Макс, успокойся, со мной все нормально. Жива, здорова. Домой вернусь покажусь врачу.
- Ты уйдешь с проекта?
- Конечно.
- Это из-за меня?
- Уф, а ты думаешь, после такого можно оставаться? Да, Егор не строит по отношению ко мне никаких планов, но после такого оставаться это просто отвратительно.
- Вика, я очень виноват, но зачем тебе уходить? Меня закроют, а ты украшаешь шоу. Егор не хочет, чтобы ты уходила, никто ничего не знает, так что нет смысла уходить.
- Что ты заладил - сяду, сяду? Я же сказала, что не буду писать никакого заявления! Хватит уже! не хватало еще отвечать на вопросы как все было, каким образом ты меня принудил и какого размера твой орган!
Она сверкала глазами, а тот самый орган пульсировал в паху Макса.
- Гм, зачем отвечать на эти вопросы?
- А затем, что они стандартны, при разберательствах таких вопросов. Вдруг кто-то оболгать хочет парня.
- Но ты же скажешь правду, я действительно...
- Все! Хватит! Ты действительно Меня насиловал? Что молчишь? Ответь на вопрос!
- Нет! - голос Макса сел, в глаза потемнело, но он не отвел взгляда, от, мечущих искры, глаз Вики.
- Вот именно! Да и я особо не сопротивлялась. А если быть честной, то совершенно не сопротивлялась. Так кого мне винить?! Ты просто удовлетворил потребность. Подумаешь, я под руку подвернулась! И все, хватит об этом! Мне неприятно думать, что я вела себя, как последняя шлюха. Так что, не буду больше думать обо все этом и с завтрашнего дня забуду о шоу, сьемках, ссорах, о всем этом террариуме и, конечно, о тебе, как о страшном сне. А теперь замолчи и оставь меня в покое. Никаких неприятностей от меня больше не будет.
- Но, Вика, ты не...
- Я не хочу тебя слушать! Мне стыдно за происшедшее и неприятно смотреть тебе в глаза. Все. Тема закрыта. Да и гроза, похоже, кончилась. Думаю, ты спокойной можешь идти на свое место.
- Вик.
Макс попытался взять девушку за руку, но она выдернула ладонь, демонстративно воткнул в уши беруши и надела на глаза маску для сна. Вот так значит?! Макс выдохнул. Ладно, не хочешь разговаривать?! Не надо! Он откинулся в кресле, дождался разрешения растегнуть ремни и направился на свое место.
Минут пять, после ухода Макса Марина и Егор молчали.
- Так, пойду я сполосну чакры. - Марина встала. - Ужасное, дурацкое утро! Хоть бы полет спокойно прошел. Если зайдет стюардесса, попроси у нее пару бокалов Мартини.
- Хорошо. Будь другом, попроси Славу подойти.
- Договорились. Про Мартини не забудь.
Егор козырнул и Марина, улыбаясь, вышла. Через несколько минут вошла Слава.
- Марина сказала ты просил подойти?
- Правильно. Присаживайся.
- Где Макс?
- П)ошел к Вике, хочет поговорить.
- Понятно. - Слава вздохнула и села рядом с парнем. - Тебе жаль, что Вика уходит?
- Конечно! Но, надеюсь, получиться уговорить ее остаться. Сок налить? Будешь?
- Нет, спасибо.
Слава нахмурилась. Она не понимала Егора! Ведь всем видом дает понять, что она особенная, но зачем ему тогда Вика?! И что они так мило обсуждали перед вылетом? Она чуть прищурилась, словно перед выстрелом в тире и спросила:
- Она тебе настолько нравится?
- Она мне очень нравится, но почему тебя это удивляет? Я ведь сразу об этом говорил.
- Да. Действительно, что это я?
Слава отвернулась к окну.
- Лана, ты чего? Почему у тебя такая реакция на Вику, в последнее время?
- Какая такая? Я просто спросила. Нельзя?!
- Можно. Но, мне кажется, что ты ревнуешь. Да?
- Я?! Ревную?! Нет, конечно! У меня есть право ревновать?! Я такая же участница, как все остальные.
- Лануш, ты чего?
Егор поправил прядь волос, заправив ее за ухо девушки и начал массировать шею. Слава попыталась вырваться, но Егор, легким нажимом пальцев, заставил ее повернуться и посмотреть ей в глаза.
- Ты ревнуешь? - в его глазах было такое сияние, что Слава, невольно, улыбнулась
- А разве нет повода?
- Конечно, нет! Иак это ты из-за ревности отказывалась идти со мной на свидания?
- Отказывалась? Что с твоей памятью? Но если все уж настолько плохо, то пересмотри записи.
- Я не про эти свидания и ты прекрасно это поняла.
Слава выгнула бровь.
- Я ведь сразу сказал, среди всех только ты понравилась, только с тобой хочу строить отношения.
- Только я?! А что тогда у тебя с Викой?!
Слава злилась. Его рука на шее, сильные пальцы то ласкающие, то удерживающие мешали думать. Жар разливался по всему телу, вызывая дрожь.
- Ты спрашиваешь, что у меня с Викой? Уважение, легкость общения, дружеское тепло и искренность.
- Прекрасная характеристика, думаю с такой избранницей тебе будет легко строить отношения.
- Слава! Ты чего говоришь глупости? Вика знает, как я отношусь к тебе, столько раз прикрывала нас с тобой, сколько раз сглаживала неловкие вопросы на сьемках, неужели тебе мало?! Я же сразу вам обеим сказал, что хочу видеть вас в финале. Что должно было измениться?!
- То, что Вика замечательная, красивая, тебе с ней интересно и легко, так зачем тогда я?!
Самолет тряхнуло. Слава охнула.
- Ты говоришь глупости! - Егор протянул ее к себе. - У меня ничего не поменялось, а вот, что с тобой происходит, понять не могу. Почему вчера ушла? Отвернулась от меня, совсем не реагировала. На прогулку не захотела идти. Ты избегаешь меня. Почему?
Слава пыталась подобрать слова, но самолет опять ощутимо тряхнуло и пилот обьявил о входе в зону турбулентности. Слава побледнела.
- Боишься? - Егор провел костяшки по ее щеке.
- Гм, нет. Но, ощущения неприятные. Пойду на свое место.
- Нет! Тут сиди. Пристегнись.
Слава хотела возразить, но очередная воздушная яма и погасший свет, заставили ее поменять решение и быстро престегнуться.
- Вот и умница. Ничего не бойся. Я рядом. Что ж у тебя руки такие ледяные?- он крепко сжал ее пальцы. - Ничего не бойся, я рядом.
Он поднес ее руку к губам и принялся целовать тыльную сторону, костяшки пальцев, нежно, медленно. Поцеловал каждый пальчик и приложил ладонь к губам. Слава пылала. Его губы, горячие пальцы и такой пронизывающий взгляд заслонили собой все. Ей не было страшно, потому что, кроме Егора, ничего не было. А он уже гладил ее лицо, провел большим пальцем по губам, щипнул за мочку уха и, обхавтив шею притянул к себе, чтобы тутже накрыть губы жарким, жадным поцелуем. Самолет тряхнуло, зубы стукнулись друг о друга и Слава крепче вцепилась в его плечи.
- Я дико по тебе соскучился!
Горячий шепот опалил, лишил воздуха и расплавил кости. Слава утонула в серьезном, пристальном, странно гипноческом, взгляде. А Егор, прислонившись лбом к прохладному лбу девушки шептал:
- Ты заставляешь меня забывать обо всем. Вижу тебя и мысли только о том, как остаться с тобой вдвоем. Дотронуться, вдохнуть твой потрясающий запах. У тебя обалденные духи. Сразу думаю о лесной поляне, свежескошенной траве и ягодах. И так хочется там с тобой вдвоем остаться. Упиться твоими губами, чувствовать твою дрожь, ловить дыхание.
Егор шептал, а сам целовал ее глаза, висок, скулу. Славу трясло. Губы пересохли и все тело ломило от желания. А Егор прикусил ей мочку, дунул на нее и быстро лизнул основание уха. Слава задыхалась. Она запустила руку ему в волосы, а другая, как-то, она правда не знала как!, оказалась под его рубашкой и гладила спину. Егор, наконец-то!, опять завладел ее губами и девушка с удовольствием приняла его осторожный, ласковый язык. Поцелуй становился все жарче и ненасытнее. Прохладная рука мужчины обожгла кожу ее живота и заставила выгнутся. Егор поймал губами ее стон и выдохнул в припухшие, влажные губы:
- Хочу тебя!
Не дав ответить, принялся целовать, вдавливая в кресло и крепко обхватив ребра. мешал подлокотниик и, при очень сильном рывке самолета, Егор ощутимо ударился о него.
- Ох!.
Они треснули лбами и Слава охнула и приложила руку ко лбу.
- Тебе не кажется, что мы падаем?
Девушка тяжело дышала, вглядываясь в лицо Егора.
- Так, не нервничай, они же что-то говорили, только я не понял.
- Мы точно падаем!
Слава облизала губы, судорожно вздохнула и, при новом подскоке самолета, вцепились в руку Егора.
- Шшшш, все хорошо, мы не упадем.
Егор вздохнул, поправил на ней блузку, и Слава вспыхнула, только сейчас поняв, что его руки сделали с ее одеждой.
- Знаешь, - он обхватил ее лицо ладонями и опять гипнотизировал неимоверными глазами - Я, рядом с тобой, теряю способность соображать, думаю с трудом. Так много хочу сказать, а вижу и все, слова где -то теряются. Только желание. Дикое, непереодалимое сильное. Я хочу, чтобы ты была рядом. Всегда! Хочу ласкать тебя, целовать всю, с ног до головы и знать, что тебе хорошо со мной. И если бы не эта чертова гроза, сейчас уже был бы в тебе. Когда прилетим, уедем ото всех и пусть весь мир подождет. Ты моя! Моя! И я хочу слышать это от тебя, когда буду медленно входить в тебя, смотря в глаза.
Слава задыхалась. Она не могла ни слова сказать, с одной стороны возмущаясь его наглостью, с другой желая каждой клеточкой выполнения его желаний. Но здравый смысл и правила приличия кричали, о том, что Егора надо поставить на место и возмутиться. Но как?! Как противиться этим рукам, плавящим ее тело, этому голосу, обволакивающему и лишающему воли и гипнотическому взгляду? Она не могла! Судорожный выдох превратился в стон, когда Егор нарыл ладонями ее грудь и медленно, очень медленно и тягуче стал целовать, ловят ртом стоны. Его руки были везде, касались самых чувствительных точек, дразня и превращая кровь в лаву. Слава даже не сразу поняла, что в самолете опять горит свет и больше нет диких скачков и оглушительных раскатов грома.
- Уф! это худший полет на моей памяти!
Голос Марины заставил молодых людей вздрогнуть и отодвинуться друг от друга. Егор быстро протянул Славе плед, а сам повернулся к плюхнувшейся в кресло Марине.
- Скоро мы приземлимся?
- Не знаю, поменяли курс, а в какой аэропорт летим, я не поняла.
- Мы не в Киев?
- Нет. Еле обошли грозовой фронт. Борисполь закрыт.
- Ну, главное, что грозу обошли.
- Точно, там такая паника была. Я так жалела, что в этот туалет пошла! Тут сидеть проще и тише. А там крики, визги, паника, Тата в истерике. Блин, вся рука теперь в синяках будет. Лануль, ты тут как?
- Гм, нормально, могло быть хуже.
- С Егором спокойнее? - Марина подмигнула, наконец-то, выглянувшей из-за спины Егора, девушке.
- Я отвлекал как мог.
Егор подмигнул Марине, шелкнул пряжкой ремня и рывком встал.
- Скоро вернусь.
Он быстро поцеловал Славу и вышел.
- Так, а теперь скажи мне, что тут было? Кстати, блузку неправильно застегнула, да и выше пуговки тоже закрой, слишком красная шея и грудь.
Слава промолчала, но быстро принялась за пуговицы.
- И чего молчим? Лана, что я пропустила?
- Марин, да ничего.
Славе было стыдно перед женщиной.
- Хорошенькое ничего. - Марина подмигнула - Неужели хоть в этом сезоне все будет по-настоящему? Поверить не могу! А ты отлично скрываешь свои чувства. Я думала продинамишь нашего Егорку, а оказывается, он уже приз сорвал.
- Марин, перестань.
Славе стало стыдно. А ведь Марина права и именно так все и будет выглядеть. Она вздохнула и поднялась на, чуть подкащивающиеся, ноги.
- Я пойду на свое место.
- Зря, по идее сейчас обед принесут. А тут гораздо вкуснее, чем в вашем экономе.
- Тем более. Сейчас Макс придет, вот и приятного вам аппетита.
Она быстро прошла к выходу и успела сесть на свое место, до того времени, когда мимо прошел возращающийся Егор. Парень не обращал ни на кого внимания, быстро проскользнув за занавески, отделяющие салон бизнес-класса. Буквально через пару секунд он вышел обратно и решительно подошел к креслу Славы.
- Ты почему тут? Мы не обсудили еще и половины всего нужного.
- Оооооо, Егорушка, - Тата передвинулась через Славу и схватила его за руку. - Этот полет тебе будет очень дорого стоить! Я чуть не, ик, погибла! И только потому, что хочу завоевать твое сердце. С тебя, как минимум, волшебное индивидуальное свидание! Долгое! На целый день! - Тата, да хоть два свидания! - Егор поморщился и с раздражением стряхнул руку девушки со своей руки и сел рядом с креслом Славы на корточки.
- Лануш, - он взял ее руки в ладони и крепко сжал. - Мы не договорили, пойдем назад.
- Нет, я после всей этой тряски плохо соображаю.
- Лана, но почему ты ушла?
- Егор, мое место, согласно билету, тут. Извини, поговорим на земле.
- Все хорошо?
Егор внимательно вглядывался в ее лицо. Тата сказала какую-то пошлость и сама же захохотала над ней. Егор поморщился, а Слава отвела глаза. Егор выдохнул, поднялся и, наклонившись к Славе, прошептал ей на ухо:
- Хорошо, до встречи на земле, только больше не получится делать вид, что между нами ничего нет. И не избегай меня, хорошо?
В его голосе и взгляде была такая властность, что Слава опешила от удивления и кивнула. Улыбка, сверкнувшая на лице мужчины заставила ее сглотнуть и облизать пересохшие губы.. А Егор, как будто ей было мало потрясений, поцеловал ее в щеку и провел большим пальцем по губам.
- Самые вкусные в мире.
Он подмигнул и ушел.
Слава смогла выдохнуть, только когда он скрылся за перегородкой
Комментарии