Школьные деньки

Да уж, Эррор поплатился за свою оплошность, ударом по черепушке. Когда же зрение Оши более или менее нормализовалось, и он мог видеть хоть что-то, то сразу же его взору предстал разъярённый и до самого немогу красный от злости Найтмер, который уже было намеревался не просто ударить глючного скелета, а сразу же и убить на месте. Слава Богу, прозвенел звонок на урок, и у Кошмара на время отпало желание вредить Глюку. И бухтя от злости, скелет влюблённый в Кросса, направился прочь из этого давно опустевшего крыла, назад к плохишам. А Эррор наконец смог нормально отдышаться, ведь прежде у него не было такой возможности. Он был непомерно счастлив этому грёбанному звонку, ведь этот звонок практически спас ему жизнь, потому что, кто знает, на что в гневе способен Кошмар. Конечно да, Эррор был сильнее этого скелета в чёрной жиже, но всё же, вряд ли кого-то тянет к получению ударов на свой череп. Ну, по крайней мере, сейчас всё обошлось без сильных травм, а лишь незначительные ушибы. Интересно, чем бы это всё закончилось, если бы не звонок на урок? Простыми ушибами бы отделались? Или что ещё похуже?

       Оши нормально отдышавшись, сразу же ринулся в кабинет, где у них проходила химия, совсем позабыв об одной очень важной вещи. Ну да ладно. Может, эта вещь не такая уж и важная была. Хотя, кто знает, кто знает. Вполне возможно и то, что из-за этой вещи что-то пойдёт на перекосяк, или например, из-за этой вещички Эррор не сможет что-то сделать, или не исключён вариант того, что всё наоборот, пойдёт в лучшую сторону для него, или, всё в одном. Кто уж знает, судьба не предсказуема, а ты сам выбираешь себе путь. Так уж положено, что надо самому выбирать свою дорогу, свой путь и свою собственную судьбу, хотя мало когда дают из чего хорошего выбирать, и чаще всего, все выбирают не правильные варианты, из-за чего жизнь и идёт на перекосяк.

«У каждого своя дорога,
У которой, увы, нет чертога.
И каждому дан выбор свой,
Ты не всегда определишься порой.
Бывает сложно, да.
Но разве это беда?
Дорогой своей ты идёшь,
И путь же ты свой обретёшь.
Выбор даётся лишь тебе,
А не какой-то там судьбе!
Ты сам её выбираешь,
И ты сам за себя всё решаешь!
Судьба не решается сама,
Это ж тебе не тюрьма!
Будет ли верен твой путь?
Я ни уверен, ничуть.
Просто знаешь, поверь,
И не видать тогда уж потерь.»

       Эррор быстро добежал до кабинета химии. И ему повезло, учитель всё ещё не пришёл. Он быстро сел за свою парту и вытащил всё, что нужно. И первым делом, пока всё ещё оставалось время, решил повторить то, что задавали читать на дом. Оши открыл одиннадцатый параграф и только сейчас до него дошло, что он потерял свои линзы, потому что он практически вообще ничего не мог прочитать; все буквы были расплывчатыми и еле читаемыми. Интересно, как он вообще до кабинета дошёл ни обо что не споткнувшись со зрением минус пять? Странно, что он вообще этого не заметил, хотя, после удара по черепу, и быстрому бегу до кабинета химии вполне могли отвлечь Ошибку от этого. Но всё равно, появляется просто уйма вопросов: «Что же он будет делать, если на уроке его попросят что-либо прочитать? Куда могли деться эти чёртовы линзы?» И всякие другие вопросы похожие на эти.

      Слава Богам, урок закончился без лишних приключений! И, кстати, да, у Эррора очень плохое зрение, и он постоянно носил линзы, чтобы никто не узнал о так сказать, его маленьком «секрете». Конечно у этого глючного скелета и очки имелись, но он не носил их в школе, а только дома, для большего удобства. Никто об этом не знал, кроме Фреша и Гено, а те никому об этом не рассказывают, ведь они уже знают, каков Оши в гневе и лучше тогда даже ему на глаза не попадатся, а то кто знает, вдруг убьёт.
...
Утро. На улице стоит довольно-таки прекрасная погодка: солнце наконец выбралось из-за тёмных как тень туч, небо расчистилось, нежно витал ветерок, разгуливался по улицам, разбивая вновь и вновь собранные дворниками листья давно опавшей и сгнившей листвы, лужи от недавнего дождя мирно расположились на дорогах. Свежий воздух было приятно вновь вдыхать лёгкими, вместе с этим чувствуя еле уловимый странный запах, дурманящий разум, но вряд ли это кого-то могло свести с ума, нет, скорее всего, это просто неуловимый и незыблемый аромат свежести вперемешку с чем-то ещё, ничего такого, обычный запах. Странный запах.

      Это утро было одним из тех редких, когда жители этого городка могли спокойно прогуливаться по улицам, а детишки-монстрята могли совершенно нормально погулять, не намокнув под дождём, хотя они всё равно намокнут, ведь многих детей так и тянет попрыгать по лужам, побегать в ещё не опавшей листве деревьев, покататься на мокрых качелях или прокатиться с горок на площадке. У детей всегда найдётся повод повеселиться, даже если это означает, что после ты придёшь домой весь до ниточки промокший, и то, что не обессудь тот факт, что после ты можешь получить по голове от родителей. Такое ничуть не заботит детей, им бы лишь найти новую забаву.

      Лучи солнца почти не забрались в этот дом, ведь все окна были зашторены. Ну, почти все, лишь одно окно было не закрыто шторами. Из приоткрытого окна веял холодненький ветерок и запах свежести, медленно проникающий в дом. На подоконнике удобненько расположился горшок с кактусом, и сам владелец этого здания, смотрящий на улицу, и наблюдавший за прохожими. Облокотившись, Инк смотрел со второго этажа прямо на прохожих, у него был немного грустный вид, да и взгляд тоже говорил о том, что его день был чем-то или кем-то испорчен. Интересно, что же такого случилось, из-за чего наша Радужка начала грустить? В его руках расположилась маленькая кружка с крепким кофе со сливками, а рядом мирно лежали две пачки с зефиром, один пакет уже был начат, а второй пока что нет. Кроме двух пачек с наивкуснейшим зефиром, рядом с этим белокостным скелетом лежала ещё одна вещь. Что же за вещь? Кто знает, но одно точно известно нам, эта вещь очень важна для Эррора. Но тогда вопрос: «Что же такая важная вещица делает в руках Инка?». Увы, на этот вопрос пока что тоже нет ответа.

      Глючный скелет медленно начал просыпаться. Открыв свои глазницы, он никого рядом не увидел и подумав, что Радужка уже проснулся и где-то шастает по дому в поисках какого-нибудь занятия, лениво привстал с дивана. По всей видимости, уже наступило утро, хотя это было очень сложно понять, ведь все окна первого этажа зашторены, а если ко всему этому ещё и прибавить плохое зрение Ошибочки, то удивительно, что он с такой лёгкостью понял время суток. Ну, не суть важно.

      Пройдя весь первый этаж и не найдя нигде Инка, Эррор направился на второй. Осмотрев ещё половину тех комнат, что находились на втором этаже, у Оши в голове мелькал лишь один вопрос: «Где же Инк?». Тот не откликался на зов и почти в каждой комнате его не было, так, где же он? Глюк уже был почти на исходе нервов, как вот, наконец, Чернилка был найден во всегда запертой комнате. Ошибочка вдохнул от облегчения и медленно зашёл в комнату, и подкравшись сзади свое любимого, обнял со спины.

      Инк дёрнулся и разом выбрался из объятий Эррора, спрыгнув с подоконника, и отойдя подальше от него, на что Оши лишь с недоумением в глазах смотрел на того, кто пару секунд назад оттолкнул его. Но после того, как глючный скелет увидел в руках Чернилки свои очки в красной оправе, сразу же все вопросы как будто бы испарились, и полностью поняв эту столь ужасную ситуацию, сказал:

— П-Прости, Инк. Мне с-стоило т-

      Но не успел он договорить, как Радужка его грубо перебил:

— Мне не нужны твои извинения! Ты-ты, ты…

      Инк ещё не договорил, как из его глаз потекли крупные слёзы. И он наклонил голову вниз, направив свой взгляд в пол, на который тут же покапали крупными каплями слёзы, мгновенно впитываясь в ворс ковра.

— Х-хей, не плачь! Слушай, я знаю, я поступил плохо, не сказав тебе о моём плохом зрении, да. Но пожалуйста, поверь, я хотел позже тебе об этом рассказать. Все ведь совершают ошибки.

«Все совершают ошибки,
Но не надо же уничтожать улыбки!
Надо просто простить,
И не надо за это корить.
Да уж, бывают сомненья,
Но ломать отношения — не выход из сей положенья!
Ведь и ты ошибку совершал,
И тебя же он прощал!
Так зачем же его обвинять?
Может, просто всё понять?
Всё решиться вновь тогда,
Когда всё ты простишь навсегда.»

      Оши медленно подошёл к Инку и обнял его. Тот снова попытался вырваться, но глючный скелет лишь крепче сжал того в своих объятьях, не давая пошевелиться. Радужка всё ещё плакал, но всё же уже не пытался выбраться, а просто стоял, ожидающий, что после сделает Эррор.