Глава 9
Немного отстранившись, с едва заметной улыбкой он оттянул край водолазки. Персиковая кожа была покрыта алыми и синевато-пурпурными пятнами. Язык неспешно скользнул по вчерашним следам от жёстких поцелуев, укусов и царапин, доказательствам того, что это был не сон, чёрным меткам, не оставляющим надежд на отступление. Миллионы мурашек пробежали по телу Лены, беря начало от влажного прикосновения. Она выдохнула, издав едва слышный стон.
Открыв глаза, Лена склонила голову влево. Киса сидел на коленях перед ними. Он провёл рукой по лицу, вытирая кровь. От носа, по подбородку и шее растянулись алые потёки, которые заканчивали путь разводами навороте черного свитера. Взгляд был затуманенным и полным... боли. И боль эта не была связана с телесными увечьями.
Хенк резко повернул лицо Лены на себя и поцеловал в губы. Он сжал обеими руками её челюсть ещё сильнее и углубил поцелуй. Она ответила на страстный монолог, прижимаясь и изгибаясь всем телом. Хенк был воплощением безопасности, но в то же время именно он втягивал её в эту больную историю. Ей хотелось забыться в его худых, но сильных руках, хотелось остановить время и отключить сознание.
Но присутствие Кислова делало события чем-то противоречивым. Лене казалось странным, нет, скорее, безумным то, что он находился на расстоянии нескольких метров. Лена знала, что он смотрел. Она всегда чувствовала его пронзающий холодом взгляд.
Обняв Хенка за шею, Лисицина почувствовала ещё одну пару рук, которая поднималась от бёдер вверх. Вздрогнула, резко отстранилась от Хенка, разорвала поцелуй и вскинула руки.
- Что ты... - сбивчиво попыталась спросить.
Кислов схватил её за талию окровавленными руками и... уткнулся лбом в живот. Он дрожал, его грудь вздымалась от тяжёлого дыхания, а пальцы с силой впивались в её спину, обещая оставить на завтра синяки. Насторожённый Хенк с мокрыми пятнами на груди пристально смотрел на них и нежно поглаживал плечо подруги.
- Вань, - прошептала Лена и осторожно опустила руки на темные кудри.
Кислов ослабил хватку. Только она называла его по имени так, что на секунду хотелось верить, будто это нормально - чувствовать тепло внутри. Лена легко коснулась его лица и потянула на себя обеими руками. Склонив голову, она заглянула в карие, не предвещающие ничего хорошего глаза и нежно поцеловала, чувствуя железный привкус крови.
Этот робкий жест стал спусковым крючком. Киса решительно привстал и навис над Леной, притянул её к себе, хватая за затылок. Второй рукой он крепко сжал округлые ягодицы.
Его касания были резкими, жадными, не такими размеренными, как у Хенка. Казалось, будто он - изголодавшийся путник, блуждавший неделями по пустыне без еды и воды, а она - долгожданный живительный эликсир. Задыхаясь, Кислов страстно оттягивал и покусывал её губы, он вталкивал свой язык вглубь её горячего, влажного рта, вычерчивал резкие узоры. От динамичных, яростных движений они сталкивались зубами. Лицо Лены окрасили пятна его крови.
Терпкий, древесный аромат смешался с металлическим привкусом бурой жидкости и... цитрусовыми нотками от недавнего поцелуя Хенка. Лена безысходно утопала в потоке ощущений. От жёстких прикосновений Кисы в груди всё сжималось, а дыхание перехватывало, не оставляя шанса выжить. Она хваталась за широкие плечи, боясь прервать с ним контакт, такую редкую, сверхблизкую агрессивную связь.
Когда её язык игриво и смело провёл по его верхней губе, Кислов гортанно зарычал и дёрнул её бёдра на себя. Случайным касанием Лена ощутила, насколько тесны ему стали брюки.
Небрежно откинув край юбки, Ваня коснулся влажной ткани её тонкого белья. Лена привстала, подавая бёдра вперёд, навстречу касаниям. Киса надавил сильнее и провёл несколько раз по возбуждённой точке, посылая электрические разряды по позвоночнику Лены. Она поднесла руку ко рту, чтобы заглушить собственный голос, и заметила циферблат наручных часов.
- М-м... Мне... - она глубже вздохнула. - Мне пора на урок.
Но Киса, словно не слыша её, а, может, намеренно игнорируя, продолжал ритмично водить рукой между ног.
- Вань, пожалуйста, - протянула Лена, закатывая глаза от удовольствия, - мне правда нужно идти.
Кислов почувствовал мужскую руку на своём плече. Застыл. Нервно дёрнулся и скинул непрошеную пятерню. Он замедлил движение и прошептал:
- Скажи это ещё раз.
- Мне пора идти?
- Нет, - он усмехнулся ей в шею, - не это.
- Ваня, пожалуйста, - еле слышно пролепетала Лена и неожиданно встретилась со светлыми, полными вожделения глазами Хенка.
Она почувствовала укус в области сонной артерии. Киса громко выдохнул и отодвинулся.
Трое сидели на глянцевом плиточном полу, украшенном разводами крови, тяжело дышали и попеременно смотрели друг на друга.
- Иди, - низким голосом выстрелил Ваня.
Решив не испытывать судьбу, Лена живо поднялась, подошла к ряду зеркал и ужаснулась своему внешнему виду. Её лицо и одежда были испачканы кровью, волосы растрёпаны, а глаза опухли от слёз. Нехитрым движение рук она уложила волосы, придав им более подобающий вид, и умылась, чтобы уменьшить отеки. Вода дарила ей ощущение не столько физического, сколько эмоционального очищения.
- Ну, и на чём мы сошлись? - плеснув в лицо воды, спросила Лена по-прежнему сидящих на полу парней.
Она услышала ленивые шаги и подняла голову. Хенк опёрся о раковину.
- На том... - он протянул руку к её лицу и, глядя прямо в глаза, провёл большим пальцем по мокрой нижней губе, - что мы не можем этому противиться, - Хенк облизнул палец и улыбнулся своей коронной, косой заговорщической улыбкой.