Get Granky [Harry Styles] [Larry]

Говорят, что жизнь — это чёрные и белые полосы. Кто-то верит в это, но только не Ребекка. Ей кажется, что жизнь — это туман, сквозь который приходится пробираться. Иногда бывают проблески и, кажется, будто счастье где-то рядом, но ты почему-то не можешь протянуть руку и ухватиться за него. Сейчас девушка сидит в их с Гарри комнате на полу около кровати и нервно крутит тест. Он уже пятый за три дня, и все показывают две полоски. Казалось бы, нужно прыгать от счастья, но нет. Бэкка в замешательстве и немного напугана. Она закрывает и снова открывает глаза, пытаясь уверить себя в том, что ей все чудится. Но нет, это реально и происходит с ней сейчас. Что пошло не так, Ребекка не понимала. Они предохранялись вроде бы всегда. Девушка прокручивала каждую ночь в голове, пытаясь вспомнить, в какую из них они ошиблись. Скорее всего, это было в день рождения Гарри, она плохо помнила тот вечер.

— Какой стыд, — вздохнула Бэкс.

Она встала и пошла в душ, чтобы хоть как-то отвлечься.

Бэкс стояла под струями воды, закрыв глаза. Немного прохладная вода освежала тело и отвлекала от мыслей. Скоро вернётся Гарри, и она ему все расскажет. Будь что будет. Нежась под струями, девушка приоткрыла глаза и посмотрела на свои ноги. Она увидела капли крови на них. Приоткрыв рот от удивления, Бэкка начала осматривать тело, чтобы найти рану, но ничего не было.

Направив глаза вверх, она увидела красную жидкость, льющуюся на неё. Кровь стекала по всему телу, капая с волос, пачкая каждый сантиметр тела. Ребекка закричала на всю квартиру. У неё перехватило дыхание, руки дрожали, она пыталась отключить кран, чтобы это прекратилось, но дрожь в руках не позволяла сделать этого. Она попыталась выбраться из душа, но вдруг её оглушил громкий, жалостливый детский плач. Девушка закрыла уши руками и упала на колени, громко рыдая. Детский плач прекратился, и наступила тишина. 

— Бэкки? — послышался знакомый голос.

— Рой?

— Я знаю все. Ты предала меня, это должен был быть наш ребенок.

Ребекка закрыла рот руками и не разжимала век, боясь увидеть что-то.

— Он ему не нужен. И ты ему не нужна. Только мне.

"Нет, не слушай, он не настоящий", — уговаривала она себя.

— Он бросит тебя, когда узнает.

— Нет, нет, уходи. Рой, Рой, Рой, уходи, — кричала она. - Ты глюк, тебя нет, ты умер, — задыхаясь, повторяла девушка.

Вдруг ее подхватили теплые руки, но Ребекка продолжала кричать имя Роя. Это был Гарри, он укутал ее в полотенце и отнёс на кровать. Из глаз девушки текли слёзы, она шептала что-то несвязное.

Гарри с грустью посмотрел на нее. Он пытался смириться с этими припадками, но, кажется, он проигрывает. Кажется, его терпение на исходе.

***

Она не смогла. В ней нет сил, чтобы рассказать всё ему. 

Ребекка понимала, что рано или поздно придётся сказать правду Гарри. Разве можно скрыть большой живот от парня, с которым ты живёшь?

Она не спала ночами, думая о будущем. Что с ними будет, если она не сможет объяснить всё парню? Казалось бы, это так просто сказать, но Бэкка не могла. Каждый раз, когда она принимала решение сказать всё Гарри, у неё начинались панические атаки и галлюцинации. Девушке казалось, что Гарри не нужен ребенок, и парень просто выгонит ее, когда узнает. Ведь он молод, богат и красив, стоит ему только улыбнуться, показывая милые ямочки, и любая девушка сама накинется на него. 

Бэкс перестала ходить на работу, списывая все на усталость и перенапряжение. Пока Гарри работал, она сидела на полу, обняв колени и качаясь из стороны в сторону как ненормальная. Мысли приходили одна за другой, их было так много, что всё превращалось в огромный и непонятный клубок рассуждений. Девушка часто думала об аборте. Она даже ездила в больницу, расспрашивая обо всём врача, но когда приходила домой, понимала, что хочет убить ни в чем неповинного ребёнка, их с Гарри ребёнка. Он или она уже могут что-то чувствовать, может, это будет маленький человечек с такими же кудрями и глазами как у Гарри. Разве она может?

Ребекка отстранялась и все больше уходила в себя.

Гарри заметил странное поведение девушки, он не понимал, что является причиной тому и догадывался, что Бэкс что-то недоговаривает. Парень старался говорить с ней, но Бэкка сразу уходила от разговора. Она запиралась в ванной и подолгу там сидела.

Они спали в разных комнатах, потому что Бэкка не хотела, чтобы Гарри видел её слёзы, она и так причиняет ему много боли своим потерянным видом. 

Если посмотреть на них со стороны, то можно подумать, что они чужие друг для друга, как будто это соседи. Больше нет романтичных прогулок по вечернему Лондону, бурных ночей, когда они не спали до самого утра. Они просто существуют рядом. Вот и сейчас: девушка читала книгу, а Гарри смотрел телевизор. 

— Опять, — безнадежно произнес парень в пустоту. — Ты слышишь меня? Опять ты делаешь вид, что ничего не происходит. Меня это бесит, почему мы не можем сделать что-то вместе, как нормальные пары? Ты постоянно уходишь от меня, когда я пытаюсь поговорить с тобой, зачем? Нам же было хорошо вместе. Что, черт возьми, с тобой происходит?

Ребекка сидела с непоколебимым видом и продолжала читать, делая вид, что не слышала его.

Парень вскочил и направился к дверям:

— Гарри, куда ты идешь? — с отчаянием в голосе спросила Бэкс.

— Какая тебе разница? Ты же не хочешь мне говорить, что с тобой не так! Так какое твоё дело?!

— Но уже поздно, Гарри, ты не...

Он не дал ей договорить, просто захлопнул дверь перед носом и ушел.

***

Pov Гарри.

Что с ней происходит? Почему она не может мне сказать? Я доверяю ей, рассказываю всё, а она просто запирается в ванной и плачет. Я должен ей помочь, я хочу помочь, но я не смогу, пока не узнаю, в чём дело. 

Я решил поехать к Найлу, мне просто хотелось забыться. Я был себе отвратителен: моя любимая сидит одна дома, с ней что-то не так, а я просто уехал, вспылив.

Подъехав к дому Найла, я увидел, что он выходит, заметив меня.

— Хэй, Хазз, что случилось?

Он настолько хорошо знает меня?

— Я... я не знаю. Мне нужен алкоголь. Все хреново, — вздыхая, ответил я Найлу.

Он лишь понимающе посмотрел на меня и пошёл в дом, а я поплёлся за ним. Мы достали бутылку коньяка и начали просто разговаривать, запивая каждое слово. 

****

— Это странно, — сделал вывод Найл.

— Да, очень, — согласился я.

— Но ты истеричка, Стайлс.

— Что? — возмущенно спросил я. — Я? Истеричка?

— Именно. Иди и извинись перед ней, попытайся выяснить у неё всё.

— Ты думаешь, я не пытался?

Друг начинал меня бесить.

— Ты снова истеришь. Ты чёртова истеричка, Хазз, слышишь? Подними свой зад и иди к ней сейчас же, — Найл почти кричал на меня. Мне вдруг захотелось провалиться под землю.

— Не кричи, я всё понял.

Я встал, чтобы поехать домой, но Найл схватил меня за руку:

— Ты пьян, придурок. Я поведу, а то ещё разобьёшься к чертям.

Я одобрительно покачал головой. Найл взял мои ключи и сел за руль, а я занял место рядом. Сейчас я всё исправлю, и всё будет как раньше. Я смогу.

***

— Найл, не обязательно провожать меня до дверей, — недовольно бурчал я.

— Заткнись, — дал он мне полезный совет. 

Найл достал мои ключи, чтобы отпереть дверь, но она была открыта.

— Дверь открыта, — тихо сказал он. — Вы что, не запираете её?

Мое сердце сжалось, я вмиг протрезвел. Отбросив Найла, я проскочил в квартиру.

— Ребекка, Ребекка, Ребекка, ты дома? — кричал я.

Неужели она ушла от меня? Нет, этого не может быть. Найл побежал на второй этаж, а я на кухню. Вдруг я услышал крик друга. Сердце ушло в пятки, я ломанулся вверх по лестнице. Голос доносился из ванной в моей комнате. Я замер, когда вошёл. Над телом Ребекки сидел Найл, приподняв её голову. Повсюду была кровь, её лицо было изуродовано ссадинами. Первое, что пришло в голову — она покончила с собой. Нет-нет, не может быть. Она не могла. Я начал задыхаться, мне не хватало воздуха. Найл что-то шептал ей, а потом кричал мне, но я не слышал. 

— Вызови скорую, Найл, — наконец смог сформулировать я. 

— Я вызвал, — дрожащим голосом ответил он. 

Я упал рядом с ней и, приподняв за талию, прижал к себе. Меня охватила истерика. Захлёбываясь собственными слезами, я мог лишь прижимать её сильнее и шептать:

— Нет, ты не умрёшь, только не ты, только не так, всё будет хорошо. 

В глазах помутнело, я слышал шум, топот ног. Вмиг кто-то выхватил её из моих рук. Врачи. Они уложили Ребекку. 

— Я поеду с вами, — закричал я. 

— Нет, вы не родственник, — холодно ответил мужчина в белом.

— Что? Она моя девушка. Я должен, — кричал я. 

Гнев и отчаяние руководили мной. Я пытался ударить этого мужчину, но Найл оттащил меня.

— Мы поедем следом, на машине, Гарри, Гарри, успокойся, — уговаривал меня Найл. Но дрожащий голос и подступающие слёзы выдавали его. Он тоже напуган.

Всё как в тумане. Найл, собирая последние крупицы спокойствия, вёл машину, а я просто сидел, глядя в пустоту.