Пандемия (на лечении)

В дверь постучали. Скрипнуло кресло. Оправив чёрную сутану, из-за массивного стола встал Александр. Он, не спеша, подошёл ко входу в кабинет. Снова раздался стук.

- Кто?

- Святейший ментор Александр, можно обратиться к вам? Это Михаил, послушник третьего уровня Откровений.

- Да, Михаил, конечно, - узнав посетителя, Александр нажал ручку и отпер резную дубовую дверь. – Проходи.

- Благодарю, Святейший ментор. Благодарю!

Михаил трижды поклонился.

- Какая напасть терзает твою душу, мой ученик?

Александр подхватил его за локоть и провёл в кабинет.

- Мне не дают покоя последние ваши слова, ментор, сказанные на прошлом собрании...

Александр тихо кашлянул, а Михаил поправился:

- Простите! Святейший ментор.

Александр довольно кивнул и посмотрел на своего ученика: чуть больше тридцати лет, могучий торс, а густые волосы, не чета его седине и начинающейся лысине.

Он никак не мог понять, откуда в этом сильном молодом человеке вместо тяги к женщинам, которые обязательно вились бы вокруг него, вместо меркантильных интересов и жажды разгульной жизни, присущей его сверстникам в нынешнее время, берётся преданность их учению. Пока это лишь на пользу Церкви Откровения: Михаил заражает энтузиазмом и других послушников. Но настораживает, что они всё чаще смотрят ему в рот, как птенцы, жаждущие получить свою порцию пережеванного червяка. Если Михаил дослужится до ментора, чему уже сложно противостоять – очень сильна поддержка друзей – то его будет тяжело держать в неведении закулисья церковных дел. Неизвестно, как он отреагирует, а во-вторых, его, Александра, позиция станет весьма шаткой.

«Надо присматривать за Михаилом. Надо знать, какие мысли посещают его голову», - подумал он, указывая ученику на кресло.- «И пока он обращается ко мне, стоит этим пользоваться».

- Что за слова, мой мальчик, не оставили тебя равнодушными? Что так глубоко запало в душу? – Александр сел не на своё место за столом, а во второе кресло для посетителей, напротив Михаила.

- Помню, вы сказали, что предтечей Второго Пришествия Сына Божьего будет очищение мира от скверны. Мол, поднимутся воды и смоют одну часть грешников. Затем содрогнётся Земля, и комья её накроют вторую часть, а с неба сойдёт огонь, в пламени которого сгинут самые ужасные люди. И после явятся ангелы, и поднимут они мёртвых, даровав новую жизнь их очищенным душам...

- Михаил, я не раз говорил это на наших собраниях. Почему только сейчас тебя задели мои слова? – Александр был немного обескуражен.

Ни одной тонкой нити, за которую можно было бы ухватиться, чтобы понять, как действовать дальше.

- Раньше я был глух, если понимаете, о чём я.

- Так... - Александр подался вперёд, пристально всматриваясь в собеседника.

- Глухим и слепым, каковыми до сих пор остаются прочие прихожане. Мы с вами, Святейший ментор, надеюсь, на одной волне?

Михаил поднял глаза, и его взгляд насторожил Александра. В нём не пылал прежний фанатизм, не было щенячей преданности, ещё секунду назад наполнявшей каждое движение и слово ученика, а читался вызов. По спине пробежал холодок. В душу закрались опасения. С Михаилом нужно срочно что-то делать, а пока внимательно слушать.

Мгновение, и послушник вновь уставился на свои руки, нервно перебирая пальцами.

- Да, на одной, - с неуверенностью в голосе его поддержал Александр.

- Вы... Вы, Святейший ментор, тоже заметили?

Александр растерялся окончательно.

- Заметил, - тихо произнёс он.

- Слава Откровениям! – Михаил вскинул руки. – Я знал! Знал, что менторы посвящены в таинства мира лучше, чем простые послушники.

- Мир нуждается в очищении, - робко предположил Александр, стараясь придать голосу уверенность.

- Да-да-да! – воскликнул Михаил. – Уже сейчас, сегодня. Люди настолько погрязли в грехах, стали заложниками собственных демонов, что, боюсь, мы не доживём до Второго Пришествия. Мир утонет в крови, души будут покалечены. И Спасение не наступит!

- Но... но есть же место и прекрасному, светлому, доброму, - попытался успокоить его Александр. – Вспомни сколько к нам, в Церковь Откровения, приходит замечательных людей. Они становятся нашими братьями и сёстрами. Мы через них распространим Наше слово, очистим стольких, скольких сможем, и чистые души помогут ангелам навести порядок в мире после ужасных катаклизмов. Эти люди станут армией Сына Божьего.

- Нет, - Михаил покачал головой.

Александр закашлялся от удивления.

- Не станут. Скверна проникла и в Наш дом. Оплела своими грязными щупальцами прихожан.

Голос послушника окреп. В нём появились металлические нотки, испугавшие ментора.

- Многие братья и сёстры грешат. Демоны, владеющие миром, соблазнили и их умы, сердца и души. Кругом грязь, разврат и похоть.

Перед Александром предстал совсем другой человек. Он не узнавал Михаила. Его речь казалась чужеродной, несвойственной ему.

- Мы должны очистить мир как можно быстрее! Потом будет поздно.

- Хорошо, очистим, - ответил Александр, ошарашенно наблюдая за послушником. – Но как? Бог дал нам слово. Оно и является инструментом Спасения. Ничего более. Все другие инструменты от Лукавого.

- Порой наступает такой момент, когда слов не слышно. Они уже бесполезны, потому что те, кому они предназначены, - Михаил выделил последнюю часть фразы, - глухи.

- Тогда стоит проявить силу убеждения, проявить терпение. Кто-то да услышит тебя, и передаст слово твоё другому. Терпение, мой ученик. Сил и терпения тебе желаю.

- Нет, ментор!

Александр догадался, что Михаил специально опустил часть его сана.

- Есть кое-что более действенное. А для этого понадобятся ресурсы Церкви Откровения. Все...

- Что?

- Нам...

В кабинет зашёл ещё один человек, в чёрной, похожей на полицейскую, форме и в высоких армейских ботинках.

- Джон? – удивлению Александра не было предела.

- Нам кое-что нужно от вас, - на ломаном русском закончил за Михаила американец.