Глава 4.
В это самое время Филипп как обычно бегал по крышам. Он даже не догадывался о тех изменениях, которые произошли в жизни его брата. В прочем парню даже интересно не было.
Учуяв аппетитный запах хлеба, он проголодался. Спустившись на улицу, Филипп пошёл к лавке с хлебом, обставленную горшками с цветами.
В лавке кто-то вёл очень осторожную и тихую беседу. Принцу стало интересно.
- ... Никого не оставили, даже женщин и детей, - говорил рыжеволосый мужчина средних лет.
- Король не должен был этого делать, - сказал его собеседник. На вид ему было лет семьдесят.
- Чего не должен был делать король? - поинтересовался Филипп.
- Он лишил титула короля Веретт.
- Почему?
- Одним Хранителям известно, какая муха его укусила.
Мальчишка задумался. Скорее всего ответ на этот вопрос находится в восточной башне, но шпионить там он пока не спешил.
Дав продавцу одну золотую монету, Филипп получил свой долгожданный хлеб.
Кушать его он пока не собирался. Принц отправился к главной аллее. Терпения у него не хватило и по дороге вкусно пахнущий продукт он всё же съел.
Он хотел увидеть Ричарда и попросить его поговорить с отцом, может хотя бы его мнение в семье ценится.
Выйдя из зала, Ричард чувствовал себя на редкость скверно. Ещё бы! Его победила девушка! Никогда такого не было! Теперь она плетётся сзади.
Обернувшись он заметил, что она о чем-то увлечённо думает.
- Скажи, хотя бы, как тебя зовут.
- Оливия, но Вам это не обязательно знать.
- Почему же не обязательно?
- Потому, что в мои обязанности не входить развлекать разговорами наследного принца.
- Понятно. В заключении я скажу, что у тебя на редкость скучный характер.
- Ваше высочество, я лишь выполняю свои обязанности - как можно мягче сказала Оливия.
- Я понимаю, но я не свой отец...
- Почему?
- Что почему? Я не так строг.
- Понятно.
- Сколько тебе лет?
- Шестнадцать.
Они завернули за угол и вышли на финишную прямую. Уже виднелась дверь в покои Ричарда.
- Могу ли я, Ваше высочество, поинтересоваться сколько лет Вам?
- Почему бы и нет. Мне девятнадцать.
Войдя в покои принц показал Оливии её комнату. Она обратила внимание на то, что нигде нет слуг. Было очень странно это видеть. У наследного принца нет слуг. Это же смешно.
Но в обязанности не входило задавать вопросы или интересоваться личной жизнью наследника, тем более в неё входить. Поэтому Оливия поспешно затолкала все свои вопросы внутрь, чтобы не привлекать внимание. Комнатка хоть и была маленькая, но всё равно роскошная, наверное, проектировщики не захотели, чтобы комнаты прислуги отличались от остальных. Всё блестит и сияет. Панты, панты и ещё раз панты.
Всё очень отличается от квартиры в которой всю свою жизнь жила Оливия. Там всё было скромненько и уютненько, глазу не где зацепится. А тут только успевай смотреть на всю эту роскошь. Как в ювелирном магазине. Но жаловаться было бы как-то не вежливо. Всё-таки у каждого свои вкусы.
Ричард не знал, что делать. Она стояла и разглядывала свою комнату нечего не говорила.
Ему казалось, что если он уйдёт будет не очень вежливо, а если останется тоже.
Вдруг она хочет переодеться или побыть сама с собой. В тоже время она могла в любой момент задать вопрос или принц мог ей понадобиться. Не удобно как-то.
В растерянности он провёл рукой по волосам.
- Вы можете остаться, - поворачиваясь сказала она.
Принцу на мгновение показалось, что она прочитала его мысли или уловила его растерянное состояние.
Оливия же опять обаятельно улыбнулась.
«Какая же всё-таки у неё красивая улыбка, да и сама она тоже очень красивая!»
Примерно такие мысли гуляли сейчас у него в голове.
- Ричард! Ты здесь?! Ричард! - послышался хрипловатый голос младшего брата.
- Я вынужден удалиться, - сказал наследник.
- Да, конечно, я Вас не задержу, - вслед сказала девушка.
Выйдя в гостиную он поздоровался с Филиппом, который как раз в этот момент осушал второй стакан воды. Тот лишь кивнул в знак приветствия.
- Что ты хотел?
- Я да в принципе не чего, - невнятно промямлит гость.
- Тогда зачем пришёл?
- Тут кто-то есть? Я слышал разговоры.
- Длинная история, попозже расскажу.
- Нет уж мне стало интересно.
Пришлось Ричарду рассказывать всю эту историю под смешки и сарказм брата.
- Телохранитель? - переспросил Филипп звонко смеясь - маленький мальчик не может о себе позаботится!
- Заткнись!
Но в ответ он получил лишь новую порцию смеха.
- И где этот телохранитель? - сделав ударение на последнем слове сказал младший.
- Она в комнате для прислуги.
- Девушка-телохранитель.
Оливия находясь за стеной, конечно, всё слышала. Она сердилась и одновременно с этим наливалась свинцом.
«Как этот мальчишка меня назвал? Я не потерплю этого! Пусть он и принц, но всё же должен узнать, что со мной шутки плохи!»
Голос разума предупреждал её остановиться только на злых мыслях и не идти туда. Но она не послушала голос разума и красная, как помидор остановилась в нескольких шагах от Филиппа.
Она бы уткнулась ему в нос, чтобы он мог увидеть её злые и обиженные глаза, но по привычке и этикету удовлетворилась таким расстоянием.
- Ваше высочество, хоть я и прислуга, но с таким обращением я не хочу мириться! Я не вещь!
«Святые хранители! Она даже в гневе прекрасна!»
Опять мысли Ричарда смешались.
Оба были в шоке.
Никто не позволял себе так их отчитывать. Родители или учителя, когда они были маленькие, но не самоуверенная девчонка!
- Ты забыла с кем разговариваешь?! - сказал Филипп.
- Нет, Ваше высочество я не забыла. Я просто напоминаю Вам, что я обычный человек, но я всё же человек, как и Вы. Все равны перед Хранителями.
- Почему ты так решила? - спросил Ричард - монахи после смерти попадают в Рай вне очереди.
- Почему Вы так решили? Каждый человек равен перед судом Ролдены.
- Мне кажется в твои обязанности точно не входит настолько дерзко разговаривать с членами королевской семьи.
- Мой дорогой принц, - спокойно ответила Оливия - мы здесь одни, до внешней двери далеко так, что я могу говорить всё, что захочу.
- Давай прекратим этот бессмысленный разговор.
Надо бы закончить препирательство по отношению к принцам, но леший не хотел отпускать девушку, и она закончила разговор вполне приличными словами.
Только про себя.
Ничего не сказав, она покинула гостиную.
Братья были в ещё большем замешательстве. Действительно. Оливия ушла не попрощавшись и не обвесив поклон.
Выбросив недавний разговор из головы они вернулись к более важным делам.
- Ты знаешь, что отец лишил титула короля Веретт? - спросил Филипп.
- Нет не знаю, да это знать не обязательно, тем более вмешиваться в политику Роната...
- Да, я знаю это, но ты тоже же не хочешь бессмысленных смертей?! Те миротворцы, которых я видел вчера шли для подавления восстания, люди говорят, что некого не пощадили, даже детей!!!
- Я понимаю, о том, что это очень жестоко, но... но мы не должны вмешиваться, что даст наша общая мечта, я бы так сказал.
- Ты просто боишься, что из-за того, что ты вмешаешься тебя лишат титула, вот и весь каламбур!
- Нет, я этого не боюсь просто...
- Ты мне не сможешь помочь, да?
- Да. Прости, но да.