Глава 3 Часть 2
А вот интересно, на Шаресе варят пиво?
— Даже приветствуя вас?
— Когда приветствуете, лучше всё же опускать взгляд, — посоветовал мне Мудак… Тьфу ты, Мэдок.
Главное, вслух его так не назвать.
— Вы же знаете, такова традиция.
— А говорили про «когда угодно», — упрекнула лорда.
«Ишь какие наглые выискались! Тоже мне, сирота из приюта…»
— Не из приюта, а из обители, — не выдержав, огрызнулась я этой скотине.
Выражение морды дога надо было видеть. Она у него ещё больше вытянулась, а левый глаз нервно дёрнулся.
Ну вот, теперь ещё и глюки пошли.
— Что из обители? — не въехал де Горт.
— Я из обители. Нам там не рассказывали об этой традиции, поэтому я не в курсе.
— Странно, — нахмурился всемогущий.
А я прикусила язык. Не тупи, Лиза. Не тупи! Лучше вообще молчи! Нашла с кем знакомства тут заводить. Можно подумать, он тебе жених.
Вообще-то и правда жених, но… Короче, отставить разговорчики в строю. Вдохнула, выдохнула, успокоилась и продолжила играть роль сиротки Филиппы.
— Если вы не против, милорд, я немного почитаю.
Дождавшись великодушного кивка от этой стали в мехах, я покосилась на подозрительно притихшую псину и выудила из своего ридикюля книгу. Ту самую про истинную магию и металлических мужчин.
Правда, дабы не светить обложкой с говорящим названием я ещё утром заскочила в библиотеку, сдёрнула с первого попавшегося любовного романа суперобложку, на которой полуголый мужик в порыве страсти не то обнимал, не то душил полуголую же девицу в парке на скамейке. Ею я и обернула «Лордов».
Некоторое время ехали молча. Я читала, просвещалась, ужасалась и мысленно ругала на все лады того, кто загнал меня во всю эту ситуацию.
— Что читаете? — наконец нарушил молчание хальдаг, отвлекая меня от добывания жизненно необходимой информации.
— Любовный роман.
— И как, интересный?
— Жутко… Становится от некоторых сцен в этой книге. — Поймав недоумённый взгляд из-под заломленных бровей, поспешила уточнить: — Я имела в виду, что некоторые сцены в этом… романе жутко интересные.
— Это видно по обложке, — усмехнулся герцог.
— Ой, да что там обложка, самое вкусное скрывается внутри.
«Клубничку, значит, любим», — подала голос псина.
— Финики, — ответила я негромко, когда Мэдок отвлёкся на что-то за окном, и показала зверюге язык.
От такого заявления дог даже на лапах приподнялся, явно офигевая (ну или это просто моя фантазия вконец разыгралась), а я снова углубилась в чтение и тоже продолжила офигевать. Возможности и власть Стальных лордов над Шаресом ввергали меня в крайнюю степень ужаса и изумления.
Мало того что править королевствами могли только хальдаги (к тронам Шареса простые люди и даже простые маги на пушечный выстрел не подпускались), так они ещё и были долгожителями. Могли царствовать хоть целый век, хоть все полтора.
Интересно, а сколько лет нынешнему правителю Харраса, что он наконец решил сложить с себя полномочия и передать власть кому-то из членов закрытого клуба, ака Стального круга? И ещё более интересно, сколько уже натикало у де Горта?
Перекрыв поток мыслей, я попыталась себя осадить. И о чём только думаешь, Лиза? Да даже если ему уже стукнула сотня, тебя это не должно заботить.
В самом деле, мне ведь не детей с ним рожать. Ну то есть не крестить. Рожать с ним я точно никого не собираюсь. Вернее, от него…
Ой, всё!
Перекрыть поток мыслей так и не получилось, и я, оторвавшись от книги, всё-таки спросила:
— Ваше всемогущество, а сколько вам лет?
Смертная скука во взгляде всемогущего сменилась слабеньким подобием интереса.
— Тридцать четыре.
— Неплохо, — кивнула я, довольная тем, что почти угадала настоящий возраст де Горта.
— А могло быть хуже?
— Само собой, — ответила коротко, намереваясь свернуть этот разговор, и снова уткнулась взглядом в рукописные строки.
И это я тоже вычитала в чудокниге. О том, что Истинные до самой старости остаются молодыми. А всё из-за древней магии, что их питала. По легенде, они получили её в подарок от Созидательницы пречистой, Ильсельсии, поделившейся с ними крупицей своей божественной силы. По замыслу богини эти маги, воины и просто отличные ребята должны были защищать Шарес от всё того же иномирского отродья. От таких, как я, то бишь.
Вот совсем не прикольно.
По каким признакам Ильсельсия выбирала счастливчиков, в «Лордах» не уточнялось, но факт остаётся фактом: Стальным лордам в этом мире жилось отлично.
— Что вы имеете в виду, Филиппа? — отвлёк меня от размышлений о несправедливости жизни и подножках судьбы де Горт.
О чём это он? Ах, всё о том же.
— Вам могло уже перевалить за полсотни, а я, как вы, должно быть, заметили, девушка юная. Ну ладно, просто молодая. И как бы хорошо вы ни выглядели, но выходить замуж за старика…
Мои слова его явно развеселили.
— Смею вас заверить, леди Адельвейн, замуж за меня вы в любом случае не выйдете. Вы мне нужны только для соблюдения традиции.
— Это радует, — спокойно ответила я, втайне ликуя.
Выходит, Карл был прав. Хальдаг уже сделал выбор, а пятая невеста нужна ему только для того, чтобы быть допущенным к местным политическим выборам.
Фух, можно выдохнуть.
— Вас что, совсем не прельщает мысль стать женой Стального лорда? — Видимо, что-то такое отразилось у меня на лице, потому что де Горт вдруг помрачнел и впился в меня взглядом, от которого все волоски на теле принялись танцевать ламбаду.
— Нисколечко.
— Странная вы девушка, Филиппа.
— Уж какая есть, — пожала я плечами, совсем не считая себя странной.
Просто иномирянкой.
Лорд негромко хмыкнул и, потянувшись к припыленной шторке, за которой проплывали провинциальные пейзажи незнакомого мира, зачем-то её задернул. После чего откинулся на мягкую спинку и прикрыл глаза.
А ресницы у него длинные. Густые и прямые. В общем, тоже красивые.
Читай, Лиза!
Отвесив себе мысленный подзатыльник, я перевернула страницу и собиралась уже вновь погрузиться в чтение, когда шизофрения вдруг снова пошла в наступление:
«Эй, цыпа… Девочка… Девушка!»
Вообще-то я здесь леди.
«Ты меня что, правда слышишь?»
Вопрос на миллион. Мне бы тоже очень хотелось понять, себя я слышу или его. Так как общаться с догом при его хозяине было уже за гранью, точно так же, как и разговаривать с самой собой, я решила молчать в тряпочку и не подавать виду, что что-то там слышу.
Вместо этого сделала вид, что с интересом читаю «клубничку», а про наличие в карете собаки и вовсе забыла.
«Издеваешься, да? Ты же меня слышала! Я всё видел!»
«Ты прекратишь ерепениться?»
«Сейчас укушу!»
«Нет, сожру!»
«Грр…»
Нарычавшись, дог обиженно замолчал. Правда, ненадолго, потому что спустя несколько минут у меня в голове снова что-то принялось коротко порыкивать. Но я продолжала держать лицо или банально делала морду кирпичом. Пусть этот день пройдёт под девизом: «Скажем «нет» психическим расстройствам и наглым псинам!».
Поняв, что рычанием меня не пронять, собака жалобно заскулила.
— Что такое, Морок? — приподнял голову железный.
— Какая чудесная у вас собачка, — отметила я, вкладывая в голос как можно больше сарказма.
Мэдок, может, и не понял, но псина точно всё поняла.
— Собачка? — переспросил герцог. — Обычно её боятся.
— Что, правда?
«Ах ты ж хамка приблудная!» — гаркнула животина.
Но я и на это заявление никак не отреагировала. Демонстративно послюнявив палец, перевернула страницу, а потом, разнообразия ради, потянулась к шторке, собираясь приоткрыть её и познакомиться со здешними красотами.
— Я бы на вашем месте этого не делал. — Подавшись вперёд, герцог коснулся моего запястья.
Не знаю, от чего меня прошибло больше: от этого мимолётного прикосновения кожа к коже (его, к слову, была горячей, почти раскалённой) или от вида смазавшегося за окном кареты пейзажа.
Никакой машине не под силу развить такую скорость, разве что космическому кораблю. Но нас ведь лошади несут!
Меня куда-то повело: резко, внезапно. До звёздочек в глазах и оглушительного гула в ушах. Кажется, хальдаг вернул штору на место и, кажется, перебрался ко мне на сиденье.
— Прикройте глаза — будет меньше тошнить. Вот так. А теперь откиньтесь назад. Хорошо, — отдавал он распоряжения. — Сейчас…
— Что… что вы делаете? — Почувствовала, как он расправляется с завязками плаща, но возмутиться как следует не смогла.
— Сейчас вам станет жарко. Очень, — пообещали мне.
Или пригрозили…
— Мне уже жарко, — прошептала непослушными губами и охнула, когда этот не-желающий-на-мне-жениться, избавив меня от плаща, грубо дёрнул за рукава платья, нагло его стаскивая.
На этом моменте следовало уже не возмущаться, а отбиваться, но сил не было ни на то, ни на другое. Только и могла, что стонать и охать. Совсем не эротично, к слову. Карета, лицо этого Му… Мэдока — всё смазалось, стёрлось, исчезло.
Последнее, что услышала, было зловредное:
«Так тебе и надо, цыпа».
И провалилась в никуда, ощущая ладони Стального лорда там, где им точно находиться не следовало.