• 7 chapter •
«Так устроен человек, что, если предсказатель попадает пальцем в небо, это быстро забывается, зато если «пророчество» случайно сбывается, оно помнится долго.»
Девушка вошла внутрь, а сидящая у окна дама приветливо улыбнулась, перебирая в руках одежду, которую скорее всего нужно будет постирать, но это придётся уже точно отложить на утро, ибо за окном кромешная темнота.
— Привет, Рит, — пытаясь скрыть своё расстройство в голосе, произнесла Инна и села на кровать, покрытую полотном из шерсти некого животного.
— Что случилось? Снова родители? — тревожно, но вовсе не удивлённо спросила шатенка, смотря на подругу голубыми небесными глазами.
Девчушка была родом из семьи Ларри, обычный народ, как бы их назвали сейчас — крестьяне. С главной героиней они познакомились десяток лет назад, когда те случайно столкнулись на берегу моря, пока одна из девочек занималась домашними хлопотами.
Выразительные большие глаза, пухлые губы и мягкие щёчки украшали её миловидное лицо, которое несло лишь доброту. Когда-то Инна предложила Ларри помогать ей по дому, ибо родители по-другому не воспринимали обычную незнакомку из бедных семейств.
Родители Риты давно умерли, были "похищены пиратами", но это лишь ей рассказывали какие-то незнакомые тёти и дяди, скорее всего утаивая настоящую истину, но ничего это не помешало жить девушке дальше.
— Помнишь этого Германа Блейк, они хотят выдать меня за него замуж! — возмущённо произнесла темноволосая и большим с указательным пальцами потерла лоб, который казался, был горячее лавы, но это никак не напрягало её.
— Что? Смысл? За него же Мира собиралась замуж выходить, а уж точно не ты, — с непонимаем проговорила голубоглазая и оглянула подругу, глаза которой поменялись на более карии, слегка оставляя голубой след.
— Чтобы объединить две семьи и встать против Картеров, а я, как старшая дочь должна выйти раньше младшей, — закатив глаза, девушка расплела свои волосы и перевязала цепочку на своём левом запястье.
— Какой бред, почему тот же ваш дед не может взять в жены себе их бабку Людмилу, вот вам объединение, — с усмешкой произнесла Маргарита, а темноволосая засмеялась с её слов, после чего повалилась на кровать.
— Дедушка Дима, давно я его не видела, у него наверное детей больше, чем половина жителей нашего острова, — добавила Инна, смотря в потолок, где из узоров на дереве вырисовывались разные картинки.
Ларри подсела к подруге, поправляя шерстяное одеяло под своими ногами. Переглянувшись, они мило улыбнулись друг другу, после чего голубоглазая потерла глаза, тихонько зевая.
— Я нашла какого-то чудака на берегу, но он точно более эволюционировал, чем мы. Родители хотят утром его казнить, — монотонно произнесла Инна, закусывая нижнюю губу, со всей силы пережимая нежные ткани между кончиками зубов.
— Он не пират? Просто мало ли. Красивый? — шатенка улыбнулась с последнего сказанного ей слова и махнула рукой, показывая незначимость этого вопроса.
— Я уверена, ну или немного сомневаюсь, но он не пират. Я не хочу, чтобы была казнь, вдруг мы можем узнать как наконец-то строить корабли, — с восторгом говорила главная героиня и привстала, облокотившись на локти, выворачивая запястья. — Отец предложил так: я должна согласиться на свадьбу с Германом через два месяца, чтоб за этот срок узнать информацию у этого чужеземца, ибо им это не интересно, — закончила темноволосая и вновь рухнула на кровать, чувствуя свое поражение.
— Это наше будущее, но оно и вправду теперь в твоих руках. Инна, думаю тут только бабушка Влада знает, что нужно делать, — Рита была удивлена новостями и точно не знала, что принимать в этом случае, но один человек на весь этот остров знал больше остальных.
Уже с зелёными глазами девушка быстро села рядом с подругой без лишних слов и облокотила голову об руку, поставив ту на колено, которое было пропорционально другому, создавая позу бабочки.
— Ты права, наверное сейчас к ней и схожу, только какого исхода ждать? Даже если я не соглашусь, то свадьба будет через три месяца и тут от меня ничего не зависит, — буркнула темноволосая и тяжело вздохнула, пока её взгляд скитался по пространству небольшого домика.
— А если поговорить с Германом? — спросила шатенка, переводя взгляд на задумавшеюся подругу. — Да, у вас с ним ужасные взаимоотношения, но все же, может тут его любовь к Мире победит? — продолжала рассуждать девушка, после чего прошлась по деревянному полу босыми ногами.
— Не думаю, что ему тоже дали хоть какое-то права выбора, а особенно его младший пятнадцатилетний брат Эмиль, который тоже неравнодушен к Мире. Его даже не смущает разница в пять лет! — с возмущением произнесла Инна, когда кровь в её венах словно и вправду закипала с каждой мыслью об этом их мире.
— Ну зато к тебе никто не бегает с букетом из пальмовых листьев с бананом посередине, — девушки засмеялись, после чего Маргарита наконец-то унесла всю одежду в специальную корзину, освободив свою кровать, на которой вскоре будет видеть сны.
Инна потушила один из факелов, располагавшейся неподалёку от кровати, буквально пару метров. Получилось ещё более тёмное пространство, в котором скоро вовсе придётся ходить на ощупь, дабы не сбить ничего или кого с пути.
Практически кромешная тьма и тишина, лишь сверчки за деревянными стенами издавали еле слышные для ушей звуки, показывая, что мир ещё живой.
В небе, подернутом полупрозрачной пеленой, шла ожесточенная схватка между сворой голодных грязно-серых облаков и луной. Облака с остервенением пытались разорвать вечную страницу на части, и она, сопротивляясь, судорожно вспыхивала и гасла.
Наконец луне удалось вырваться, она стряхнула с себя остатки цепляющегося мрака и засияла во всем величии своей гордой холодной красотой.
Её свет осветил небольшую территорию острова, словно указывая на какие-то конкретные части, будто дело рук капитана, выбиравшего место на карте для дальнейшего плавания, помечая красным флажком с иголкой на конце.
Идеальное одиночество и покой — лучшее, что способен подарить людям единственный спутник Земли и это правда. В такие моменты решается многое, как и сейчас, через пару минут темноволосая девушка встала с кровати уже устойчиво стоя на ногах.
— Ри, я схожу к бабушке Владе, ты ложись спать. Я возможно у неё останусь, — произнесла Инна, после чего её подруга кивнула, что было немного сложно заметить под освещением всего одного факела в углу домика.
Девушка вышла из дома, сворачивая на небольшую тропинку. Почти каждый поход к своей родственнице заканчивался нахождение нового пути, но такого знакомого. Словно он всегда один и тот же, но сам по себе меняет расположение.
Так бывает в лесах, они всегда кажутся знакомыми, давно забытыми, как лицо давно умершего родственника, как давний сон, как принесенный волнами обрывок позабытой мелодии волн, и больше всего — как воспоминания прошедшего детства или прошлой жизни, миллион лет назад вот так же щемило сердце, и луна, освещающая мир над головой, подтверждают это чувство своей одинокой знакомостью.
И деревья были такие необыкновенные — легкие, сквозящие, будто сиреневые, и полны такой внутренней тишиной и покоем, что Инна не узнавала знакомые с детства места. Хотя все меняется по щелчку пальцев.
Вдалеке родной свет факелов, который отличался своим более красным оттенком, с чем это связано оставалось загадкой всего острова. Но это веяло и доказывало необычные способности родственницы.
Темноволосая приподняла небольшой кусочек ткани с шерстью, чтобы открыть вход в больше всего напоминающий на первый взгляд чум, но только более летнего и свободного варианта, покрытый большими пальмовыми листьями.
В углу сидела пожилая женщина, в руках держа небольшие амулеты. Она одарила пришедшую внучку доброй улыбкой, которая образовывалась из её тонких, но милых губ и взглядом указала на стул, на него та может без вопросов присесть.
Владиславу сложно назвать бабушкой, ведь она и вправду выглядит моложе своей дочери. Длинные косы до колен с густыми чёрными волосами, которые практически не содержали в себе седые прядки. Аккуратные черты лица и завораживающие, даже гипнотизирующие глаза темно-кариего оттенка.
По своему телосложению она даже можно сказать крохотная, беззащитная на первый взгляд. В росте же ей крупно повезло, ведь Влада была взаправду выше всех в своём роду. Если все не были выше ста семидесяти, то "старушка" превышала эту черту на пять сантиметров.
— Бабуль, я не знаю, что мне делать, — произнесла вышедшая девушка, тяжело вздохнув. Она знала, что родственница уже в курсе зачем она пришла и вовсе знала об её приходе заранее.
— Ин, ну ты чего, а я тебе для чего? — Владислава вновь мило улыбнулась, убирая связку амулетов в небольшой мешочек. Они были для разных случаев, и кому-то уж точно пригодятся.
— Мама тебе вообще перестала верить, отец тоже, считают тебя чокнутой. То что мне передалась от тебя способность они думают вовсе болезнь, — высказала девушка все, что накопилось за последние дни и по её щеке скатилась небольшая солёная капля.
— Всё, всё, Лучик, когда-то поймут свою ошибку, я тебя в этом уверяю на все сто процентов, — длинноволосая встала со стула и подошла к внучке, поглаживая лёгкими движениями ладони по голове.
— Ещё этот незнакомец, надо ли мне все это? Или просто сразу выйти замуж за Германа? — стеклянные голубые глаза смотрели на родственницу, которая на пару секунд отвела взгляд, словно не решаясь сказать лучшего ответа на эти вопросы.
— Я знаю как будет, если ты выберешь один или другой вариант, решит твоё сердце, а я лишь дам направление для этого выбора, — пояснила Влада, отойдя от девчушки и ставя над костром посередине чума небольшую кастрюльку с водой.
— Скажу тебе больше намёком, ибо решать за тебя не могу, но все, что происходит в нашей жизни не случайно и за все нужно хвататься. Считай каждая мелочь для чего-то уже появилась на твоём пути, не думай, что она ничего не значит, — произнесла Тейлор и легко улыбнулась краем левой стороны губ, прикрывая тихонько глаза.
— Я поняла, — задумчиво, но с такой же миловидной улыбкой произнесла Тейлор младшая. Глаза медленно слипались от прожитого дня, ведь достаточно много информации крутилось вокруг девушки.
— Ложись на моей кровати, ну, а я на диване тогда уже, — посмотря на состояние внучки, проговорила Владислава, а Инна махнула рукой на её слова, показывая своё несогласие.
— Не, бабуль, ложись ты на кровать, я вообще могу сейчас домой пойти, чтоб тебе не мешать, — сказала темноволосая, когда её глаза стали приобретать карий оттенок.
— А я думала ты останешься со своей старушкой тут, — с усмешкой произнесла Влада, а девушка напротив неё наклонилась голову, слегка закатывая глаза с добрым мотивом.
— Останусь, — кратко с тёплой улыбкой добавила Инна, поправляя свои волосы, прядки которых вновь спутались между собой, напоминая какой-то пушок, где иногда попадаются ровные завитки.