• 1 chapter •
«Несколько раз в жизни мы встаем перед выбором, когда принятое решение определяет всю нашу дальнейшую судьбу... И за тебя никто этот выбор не сделает, только ты сам.»
Парень в тёмно-синем коротком двубортном полупальто с золотыми пуговицами на одном из концов перешагивал с ноги на ногу по аккуратно уложенной деревянной палубе.
Взгляд был устранен прямо вперед, как и следует всем людям его должности, хотя её достойны далеко не многие.
В некоторых местах доски проваливались, держась лишь за пару гвоздей по бокам, следуя друг за другом, но кажется ещё пару раз кто-то сделает шаг и им железные прутики не помогут вовсе.
Белые лаконичные брюки слегка отдавали блеском, который исходил с помощью солнечного света. Вокруг одна лишь вода, где-то вдалеке виднелся лучший порт Петербурга, но после трехмесячных скитаний по морю даже небольшая остановка на суше будет лучшим вариантом.
Подойдя к носу корабля, вновь юноша вдыхал такой прохладный, но свежий морской воздух. Он не сравнится с кислородом на суше, они были совершенно разные, понять это сложно, но почувствовать на самом деле так легко.
«Так надеюсь, что... Екатерина меня ждала все это время» - мысль, которая прошлась по извилинам его мозга и сопровождалась лёгкими движениями руки в карман полупальто.
Между пальцев оказалась трубка из дерева вишни. Она уже была заполнена табаком ещё утром, оставалось только зажечь её таким лёгким, но и одновременно опасным пламенем, для того чтоб почувствовать расслабление на несколько тысяч секунд.
Тонкие и длинные пальцы достали из коробка спичку, которые так же ловко заставили её загореться об стенки тёрки.
Дождавшись, когда сера сошла, юноша круговыми движениями стал водить по краям расширенной части трубки. Табак быстро загорелся, но эти действия приходится повторять снова, как говорят - это лишь ложный огонь.
Табак начал тлеть и юноша прислонил тонкий край на нижнюю губу, накрыв верхней. Последовал спокойный медленный затяг и этот тонкий вкус во рту, который понравится не каждому, а кто-то и жить без этого не может. Разве так сложно отказаться от курения? Звучит просто, а вы попробуйте, лишь необитаемый остров поможет.
— Капитан! - радостный мужской голос, который раздался сзади курильщика. Обернувшись, тот выдохнул дым вниз, будто гейзер сейчас начинает свою активность, и сосредоточено оглянул высокого старпома.
Парень брюнет в таком же полупальто и чёрной шляпой треуголкой, прикрывающая его длинные и лохматые пряди волос. На ногах штаны из лёгкой белой ткани, она даже в некоторых уголках слегка просвечивала тёмные волоски на ногах молодого человека.
Лучезарная улыбка счастья, что наконец-то они прибывают домой отражалась на лице парнишки. Первый помощник капитана выглядит по-детски по сравнению с ним самим, но показывало насколько разные были люди на своих должностях.
— Александр, сколько раз просил меня так не называть, когда мы вдвоём, - хриплым голосом произнёс капитан, переводя взгляд с парня и оглядывая ничем не выделяющийся горизонт перед своими глазами. Лёгкие наполнились воздухом, а голова совсем ненужными сейчас мыслями.
Суровое выражение лица делало руководителя корабля старше на несколько десятков лет, чем его настоящий возраст. Порой это напрягало абсолютно всех людей на борту, невозможно было угадать его эмоции, которые он испытывал внутри.
— Ну простите, Иван, сам же говорил соблюдать субординацию на корабле, тебя не поймешь, - ответил брюнет стиснув зубы и встал рядом с другом, осторожно нахмурив брови, боясь осуждения.
— Говорил, - спокойно подтвердил тот и быстрыми движениями убрал трубку в карман, выдохнув полупрозрачный дым в лицо старпома.
В затылок Ивана полетела сильная мужская ладонь спровоцировав удар и лёгкие обрывистые смешки у обоих юношей, которые несколько секунд назад казались ледяными скалами посреди Северного Ледовитого океана.
— Три месяца, а кажется вся жизнь пролетела, уже не помню как ходить по дорогам, как ездить в повозке с лошадьми, - начал Александр и прошёлся вперед по палубе к носу корабля.
Над его головой фок - белый легкий парус, точнее один из десятков, развивающийся на порывах ветра, как беззащитный лист падающий с дерева в осеннею пору.
Ещё выше фок-марсель, ещё один парус, но меньшего размера, за которым следует трое таких же полотен. Все они уменьшаются размером каждый раз и имеют свое название. Корабельное дело не такое уж и простое, но каждый присутствующий сейчас знал об этом все и восхищался этим.
— День, тройку и снова отправимся. Хочу взять Екатерину с собой, лишь бы твой отец разрешил, - последние слова из уст русого капитана были произнесены с некой досадой и парень убрал руки за спину, следуя за другом.
Впереди после носа идёт бушприт. Казалось эта деревянная палка, больше смахивающая на кий, сможет разрушить все, что встанет впереди судна на его пути.
— Женщина на корабле к беде, - как истинный философ пояснил Александр. - Да, Пётр Викторович такой человек, но ты же сам знаешь как погибла моя мать, - с тяжёлым вздохом закончил брюнет, поправляя свою шляпу.
Он скрыл ей свою упавшую улыбку, ведь тот день, когда ему исполнилось шестнадцать должна была приехать мать из Франции. Но, она так и не вернулась, буквально исчезла в Атлантическом океане. Вода забрала её с собой, скрыв от самых дорогих людей. Порой мир жесток больше, чем люди, а может женщина жива и пытается найти своего сына с мужем.
Да, Любовь была прекрасной женой капитана, но даже лишь на вид безобидная волна может унести и тысячу жизней. «Её унесло водой, она не успела ухватиться за мачту в шторм», - эти слова Александр услышал на свой день рождения, когда его отец стоял в дверном проходе их дома полностью без эмоций.
— Помню, - кратко и с неким безразличием произнес Иван, не собираясь затрагивать эту тему, ведь потеря близкого человека порой самое тяжёлое в нашей жизни. Тот относился к потере друга с понимаем, но не хотел своей грустью ещё более загонять его.
Русый похлопал по плечу товарища, пока взгляд старпома бегал по всем уголкам корабля, чтобы успокоить свои воспоминания, даже забегал туда, куда ни одна крыса не сунется.
— Извини, я пойду в каюту, передай квартирмейстеру, чтобы следил за курсом, - после кратковременного молчания добавил капитан слегка охрипшим голосом из-за курения трубки и развернулся на сто восемьдесят градусов в левую сторону.
Александр кивнул на слова своего командира и выдохнул, сложно было вспоминать те моменты, хотя с тех пор прошло более шести лет. Его косой взгляд наблюдал за парнем в полупальто, зашедшем только что в каюту. Обычно там хаос, поэтому Ивану приходится часто перед прибытием там прибирать.
За спиной русого захлопнулась деревянная дверь, имевшая сверху небольшое круглое окно, напоминающее больше иллюминатор. В этом месте стояла гробовая тишина, лишь прерывистое дыхание капитана придавало каких-то шумов. Лишь волны бились об борт, словно укачивают корабль и готовят ко сну.
Иван прошёлся прямо к прямоугольному столу из тёмного дерева, который находился перед тремя окнами от пола до потолка. На них шли две вертикальные и множество горизонтальных линий. Они выстраивали небольшой узор, похожий на шахматное поле, но без ярких цветов, а полностью прозрачные.
Солнце не могло пробраться в каюту, но все равно его ослепительное сияние хотелось прикрыть бардовыми шторами, больше напоминавшие тюль из-за своей маленькой плотности и некачественного материала.
Капитан больше всего ненавидел солнечный свет и чаще всего находился в тени, наблюдая за всем со стороны. Может это и есть описание его холодного, безразличного характера и общую внимательность к действиям и решениям других. Но лишь с некоторыми людьми он может открыться и показать свою доброту с улыбкой.
Внимательный взгляд русого прошёлся по столу, на поверхности которого были буквально разбросаны и перемешаны разные карты с маленькой лупой наверху тонкой стопки.
Она лежала возле берегов Соединённых Штатов. Его шляпа треуголка так же находилась на самом краю. Создавалось ощущение, что она вскоре упадёт, но похоже все здесь имеет свою гармонию и следует законам физики.
Без лишних мыслей парень сделал шаг влево, проводя длинными пальцами по гладкому ребру стола, покрытый прозрачным лаком, придавая так же блеск.
В небольшом углубление каюты стоит двуспальная кровать. Поверх шёл грязноватого оттенка зелёный плед, который не прикрывал уже бежевые от времени подушки. Под ними лежит серебряный меч. От вида торчащей рукоятки на лице капитана появилась ухмылка.
Наверное каждый мальчишка в детстве мечтал о мече, но сейчас такое оружие получить не так уж и сложно. Даю вам гарантию, что у каждого человека с восемнадцатого века остался хоть один экземпляр, да и в общем в закрытых кузницах легко приобрести. Этот достался Ивану от его отца, его убили пираты при нападении на корабль.
Сказать, что парню было грустно вспоминать о быстрой смерти отца, вовсе нет. Он больше выучил урок, что нужно быть выше пиратов и учиться сражаться. Когда-то он отомстит, что будет самое сладкое для успокоения его души.
Именно над кроватью и висела обшарпанная картина корабля в золотой рамке, конечно она тоже почернела со временем, но имело свой некий смысл.
Если приглядываться, то на заднем фоне есть ещё один корабль. Валентин, когда сам писал картину, говорил своему сыну, что это его судно, но они так и не смогли воплотить этот момент в мечтах отца в жизнь.
На таком же уровне, как и художественный пейзаж, висела и полка с разновидной литературной. Тут даже есть "Капитанская дочка" Александра Сергеевича Пушкина, вышедшая тридцать один год назад. Но все это не привлекало юношу, а стояло лишь для заполнения места и декора в каюте.
Его привлекало бесконечное море, ветер срывающий шляпу треуголку, трубка между двух губ, помогающая расслабиться в нужный момент, она, которая ждёт его уже на протяжении двух лет, но после каждой долго встречи их любовь не угасает...
Когда долго смотришь на море, начинаешь скучать по людям, а когда долго смотришь на людей - по морю. Из-за этого Иван не любит долго находится на суше в окружении людей, которые его ждали. Да, ему приятно, но излишнее внимание ему очень надоедает, в отличие от его старпома - Александра.
В тяжелые дни, когда небо валится из рук, когда судьба завязывается в тугие морские узлы, просоленные бедами, когда твой человек из опоры превращается в оппонента, когда нет больше сил открывать глаза и видеть все то же: стену дома за окном, не выброшенный мусор, недомытую посуду, надоевшую рутину, неискренних друзей, неоплаченные налоги на жизнь.
Когда дела, быт, погода, мигрени, ссоры превращаются в единую бессмысленно серую вязь... Как просто в такие дни по-настоящему любить корабли, мечтать встать на самый край бушпринта и смотреть вдаль горизонта.
И, закрывая глаза, видеть белоснежные паруса, тугие под порывами густого до головокружения ветра, и почти чувствовать под ногами тонкую ненадежную палубу, единственную преграду между тобой и неумолимо прекрасным океаном...
— Вот и новая история, не знаю стало ли вам интересно, не много ли воды, но правда хотелось сделать более качественной. Впереди 2 недели глав каждый день, а в общем надеюсь сделать примерно такого же объёма, что и первый.
15 января 2023 год, поехали)