Поедание арбуза на первой линии [Шоу-бизнес]

Результаты жеребьёвки, кроме самого участника, показывали только камере. Юй Вэнь молча наблюдал за выражениями лиц всех остальных. После того как каждый показал свой результат и вернулся на место, они обменялись многозначительными взглядами. Пока что вычислить «самозванца» по выражениям лиц было невозможно.
Юй Вэнь решил оставить это на завтра.

Во втором раунде жеребьёвки Чу Хань стал счастливчиком, которому предстояло готовить завтрак. Тот беспомощно улыбнулся и развернул бумажку с коряво написанной цифрой «1». По негласному правилу «Дворика в горах», готовил тот, кому выпало наименьшее число.

Все разошлись по двое-трое. Си Су, когда Юй Вэнь поднимался, поддержал его за локоть и как бы невзначай сказал: — Брат Чу Хань, позволь мне помочь тебе завтра утром.

Юй Вэнь уже решил, что на сегодня всё закончилось, но при этих словах в его голове немедленно взвыла сирена. Следуя своему главному принципу по разрушению CP,
«заморить фанатов голодом», он решил стать полноценной лампочкой между ними.

(П.п. 电灯泡 (diàndēngpào) — буквально «лампочка»; человек, который мешает романтическому моменту пары своим присутствием «третий лишний»)

— Нужна помощь? Я тоже могу, — искренне обратился он к Чу Ханю.

— Спасти человеку жизнь всё равно что построить семиэтажную пагоду, а ты, мой друг, который буквально дотащил меня с горы... просто живой Бодхисаттва!

(П.п. буддийская поговорка: «Спасти одну жизнь заслуга, равная семиэтажной пагоде»)

Чу Хань посмотрел на его дрожащие ноги и сказал: — Боюсь, ты умрёшь у плиты

Юй Вэнь: — Не проклинай меня

У Чу Ханя тоже болели ноги, он нагнулся и помассировал лодыжку: — Чтобы просто приготовить завтрак, не нужно столько людей... Но эта дорога действительно тяжелая.

Юй Вэнь уловил ключевые слова: — Эта дорога? Вы раньше ходили по другой?

— Да, — ответил Чу Хань, выпрямляясь и подходя к нему на помощь.

— Пойдём, наша комната рядом. Си Су, отдыхай... Есть другой путь, немного короче, но он тоже занимает около получаса и не такой крутой. Однако там много комаров по ночам. Один укус и у тебя появится здоровенная шишка. Прошлые гости жаловались на это, так что на этот раз съемочная команда решила отправить тебя по этому пути.

С этими словами он поджал губы и пошутил: — Радуйся, что лицо не испортил.

Юй Вэнь знал, что в горах много комаров, и в прошлых выпусках видел, как участники ходили с лицами, усеянными комариными укусами. Но по сравнению с этой безнадежной горной тропой, он предпочёл бы быть искусанным комарами.

— Как трогательно, — произнёс он бесстрастно.

— Ваше тепло причинило мне ожог третьей степени.

****

На следующее утро Юй Вэнь встал рано.

Конверт с распределением по группам висел прямо у двери его комнаты, распределение производила съёмочная группа. Юй Вэнь оказался в одной группе с Сун Чэнлэем. Спустившись вниз и спросив, он, как и ожидал, узнал, что Чу Хань и Си Су в одной группе.

Перед кухней была небольшая лестница. Юй Вэнь, прыгая, как маленький зомби, проскакал внутрь. Чу Хань взбивал яйца, Си Су помогал ему. Они почти не разговаривали, но атмосфера была очень тёплой, по крайней мере, со стороны это выглядело именно так.

В реальной жизни Чу Хань плохо скрывал эмоции, но это не значило, что он не умел вообще этого делать. Всё-таки он был редким прирождённым актёром. За пару выпусков он быстро понял: раз уж избежать ситуации нельзя, лучше поддерживать нормальное общение, чем устраивать холодную войну и давать зрителям повод для обсуждений.

Юй Вэнь налил себе стакан тёплой воды и кончиком языка, словно котёнок, начал отпивать маленькими глотками, жмурясь от удовольствия и вздыхая: индустрия развлечений действительно сложна.

Он подумал, что ему так везло раньше только потому, что он находился вдали от этих подводных течений. Но стоило приблизиться к главным героям и мест, где надо включать голову, внезапно прибавилось.

Юй Вэнь решил после этого проекта больше не ввязываться в ссоры и интриги главных героев.

(П.п. Как тебе по мягче то сказать...)

Чу Хань и Си Су слаженно готовили завтрак, а Юй Вэнь стоял в дверях кухни, не издавая ни звука, и наблюдал за ними минут десять.

— Брат Си Су, ты «похититель золота»? — внезапно спросил он, заставив обоих вздрогнуть.

У Чу Ханя чуть не вылетела лопатка из рук. Он сердито сказал: — Ты призрак, что ли?! Ходишь бесшумно!

Юй Вэнь почувствовал себя обиженным: — Я прыгал! Просто ваша сковородка заглушила мои шаги.

На его лице живо читалось: «И это тоже моя вина?»

Чу Хань знал, что Юй Вэнь актёр, но никогда не видел его в деле. Теперь он вдруг подумал: тот способен стать великим обладателем премии за лучшую мужскую роль.
Слишком уж выразительный.

— Почему Юй  лаоши так считает? — Си Су вытер руки и тут же пошёл в контратаку.

— Я хороший человек, честно. Скорее уж ты, Юй лаоши, странный. Зачем ты всё это время стоял здесь? Может быть, способ кражи связан с тем, что происходит у нас за спиной?

Юй Вэнь поднял руку и покачал указательным пальцем.

— Неправильно~ — протянул он с интонацией в девять поворотов и восемнадцать изгибов.

(П.п. образное выражение: речь с множеством интонационных изгибов, манерная, нарочито театральная)

— Я наблюдал. Брат Си Су только что три раза «случайно» коснулся руки Чу лаоши, шесть раз передал ему вещи, восемь раз принял из его рук предметы. Если и прямой, и косвенный контакт считаются физическим прикосновением, то ты уже украл у Чу лаоши семнадцать единиц очков.

Си Су опешил, затем рассмеялся: — Да не так уж это и просто, зона телесного контакта только одна...

Юй Вэнь: — Откуда ты знаешь? Ты уже получил карточку с заданием?

Си Су: — Я... я просто предположил. Мы ведь всё время живём вместе, если бы засчитывалось любое прикосновение, это было бы слишком легко, разве нет?

Юй Вэнь молчал.

Чу Хань с тарелкой в руках молча отошел от Си Су подальше.

Нетрудно было представить, что весь сегодняшний съёмочный день между ними будет сохраняться именно такая дистанция.

Лицо Си Су застыло. Он отвернулся, делая вид, что занят, но в душе терзался: «Зря я вообще заговорил с Юй Вэнем...В каждом слове ловушка, в каждом слове западня.»

В конце концов он не выдержал и посмотрел в камеру с таким выражением, будто вот-вот расплачется.

«Похититель золота» Си Су разоблачён.

Юй Вэнь некоторое время молча смотрел ему в спину, а потом внезапно сменил тон:
— Хотя ты прав. Если засчитывается просто физический контакт, это слишком расплывчато.

Чу Хань: «...Ты что, правда поверил?»

Си Су решил, что подозрения с него сняты, и невольно вздохнул с облегчением.

Юй Вэнь ничего больше не объяснил, закрутил крышку бутылки и, подпрыгивая, ушёл.

***

После завтрака съемочная группа объявила задание на сегодня: — За эти полмесяца все вы многое пережили, вложили свой труд и пот, построили свой собственный дворик: дом, защищающий от ветра и дождя, плодородный огород, чистое и опрятное подворье для птицы... Всё это неразрывно связано с вашими стараниями. Взвесив все обстоятельства, съёмочная группа решила дать вам выходной и приглашает всех отправиться на вершину горы Лумин на пикник с палатками, чтобы вы насладились красотами природы.

После первой половины речи все уже готовы были радостно закричать, но стоило прозвучать словам «гора Лумин», как Сун Чэнлэй снова схватился за телефон:  — Алло, алло, такси? Приезжайте за мной. Я больше не снимаюсь...

Юй Вэнь тихо спросил Чу Ханя рядом с собой: — Где находится гора Лумин?

Чу Хань: — Это гора в нескольких километрах отсюда, очень высокая и крутая. Мы ездили смотреть восход во втором эпизоде, но это не вышло в эфир.

Юй Вэнь задумчиво кивнул. А потом внезапно спросил:— Ты «Похититель золота?»

Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что Чу Хань застыл.

— ...Похоже, нет,— задумчиво протянул Юй Вэнь, изучая его выражение лица.

Чу Хань с облегчением выдохнул и сказал:— Ты сегодня собираешься вот так подходить к каждому и спрашивать?

— Нет, просто ты только что стоял ко мне слишком близко, дышал прямо в ухо. Я испугался, что ты украдёшь мои очки.

Чу Хань: — У тебя нет никаких очков

Юй Вэнь вспомнил, что он гость и не выполнил ни одной задачи.

— ...О

Съемочная команда продолжала объяснять правила игры.

Юй Вэнь вдруг поднял руку: — Режиссёр, как я могу быть ограбленным, если у меня нет очков?

— Очки не имеют нижнего предела и могут быть отрицательными.

Юй Вэнь пару секунд переваривал услышанное, а потом ошарашенно спросил: — То есть к концу программы я могу оказаться должен несколько миллионов?!

— Пффф... — Чу Хань не смог сдержаться и громко рассмеялся.

Сун Чэнлэй весело добавил: — Ничего, Сяо Юй, я подарю тебе два очка!

Юй Вэнь, с улыбкой на лице, произнёс: — Какой вы добрый, Сун лаоши, вы пожертвовали мне целую двухсотую часть своего состояния.

Сун Чэнлэй, слегка смущённый, ответил: — Мало? Ну, ладно, тогда забудь...

— Нет-нет, нормально! От поддержки старших отказываться нельзя, — Юй Вэнь, прихрамывая, подошел и взял из рук Сун Чэнлэя пластиковые монетки, символизирующие два очка, и радостно проговорил: — Хоть комар и маленький, а все равно мясо..

Ему было трудно передвигаться, поэтому он остался стоять рядом с Сун Чэнлэем. Си Су отодвинулся, освобождая ему место.

— Эй, Юй лаоши, — вдруг воскликнул Си Су, указывая на его голову, — У тебя здесь торчит нитка.

Юй Вэнь провёл рукой по голове, но не сразу понял, о чём речь. Си Су, должно быть из-за особых правил сегодняшнего дня и желания избежать подозрений, так и не притронулся к нему, лишь подсказывал.

— Сун лаоши, это с вашей стороны, отщипните её, — предложил Си Су.

Сун Чэнлэй уже некоторое время наблюдал за ними, и если бы Си Су не заговорил, он бы и сам помог, уж больно эти двое были бестолковыми, аж голова болела.

Сун Чэнлэй вытащил нитку длиной с палец и отбросил ее.

Юй Вэнь поправил слегка растрепавшуюся причёску, потом вдруг о чём-то задумался и многозначительно посмотрел на Си Су.

Режиссёр поднял мегафон: — ... Съемочная группа подготовила для вас коврики для пикника, палатки, посуду, грили и другие принадлежности, но еду вы должны приготовить сами. На горе Лумин растёт множество деликатесов: бамбуковые грибы, шиитаке и другие лесные дары. Собирайте их по пути это станет вашим обедом и ужином.

Кроме того, правила предусматривали, что за каждый пройденный участок пути участники будут получать очки, которые потом можно обменять у программы на мясо и прочие припасы.

Сун Чэнлэй почувствовал неладное и спросил: — А откуда начинается пеший маршрут?

Режиссёр указал на землю: — Отсюда

Юй Вэнь почувствовал, как его ноги задрожали, словно предостерегая его об опасности!

Его лицо стало серьёзным: — Всё ясно. Они нацелились именно на меня.

Получив полный боли взгляд Юй Вэня, Сун Чэнлэй решительно встал на сторону справедливости: — Вы хотя бы дайте Сяо Юю сначала спуститься с горы! Иначе это уже покушение на жизнь!

Все, кто хоть раз испытывал боль в мышцах ног, знали: спускаться вниз после нагрузок в сто раз мучительнее, чем подниматься.

Режиссёр сказал: — Нам очень жаль, Юй лаоши. Но у съёмочной группы есть одно место в машине. Если вы не сможете терпеть, его можно выкупить за тридцать очков.

Настал момент проверить, насколько хороши отношения Юй Вэня с окружающими.

Юй Вэнь, не раздумывая, тут же развернулся и побежал к Чу Ханю. После пары шагов понял, что бегать ему тяжело, поэтому переключился на прыжки зомби и трагически вытянул руки: — Чу лаоши, спасти человеку жизнь всё равно что построить семиэтажную пагоду...

Тун Ли: — Ты собираешься съесть Сяо Чу?

Сун Чэнлэй: — Режиссёр, у вас есть чёрная собачья кровь и персиковый меч?

(п.п. Считается, что кровь черной собаки обладает мощной защитной силой против злых сил. В фольклоре она часто используется для изгнания призраков или предотвращения их появления. Персиковое дерево также имеет особое значение в китайской мифологии и считается символом долголетия и способностью отгонять злых духов. Мечи, изготовленные из персикового дерева, используются как талисманы для защиты от зла)

Чу Хань соображал медленнее обычного. Руки зомби Юй Вэня уже почти легли ему на плечи, когда Си Су вдруг поднял руку: — Может, лучше я?

Юй Вэнь обернулся к нему.

Другие тоже посмотрели на него.

— Я хорошо лажу с Юй лаоши. Прошлой ночью он даже назвал меня братом, — шутливо сказал Си Су, вытаскивая очки из кармана.

— В этой программе меня ещё ни разу не называли «братом»... Пусть это будет запоздалый подарок при знакомстве.

Юй Вэнь моргнул пару раз и тут же нацепил безобидную улыбку:  — Спасибо тебе, брат Си Су.

***

Юй Вэнь получил особую привилегию, его отвезли на машине прямо к подножию горы Лумин.

Между двумя горами был участок ровной дороги. Юй Вэнь сидел в кузове грузовика, и приятный ветерок обдувал его лицо, ничем не хуже кабриолета.

...Вот только деревянная скамеечка была немного тверда и натирала заднее место.

Он поёрзал, откинул растрёпанные ветром волосы назад, открывая чистый лоб, и, прищурившись, принялся любоваться проплывающими по обеим сторонам пшеничными полями и пейзажами.

— Юй лаоши, как вы себя сейчас чувствуете? — спросил оператор с камерой.

— Они идут пешком, а я еду. Они страдают, а я наслаждаюсь, — Юй Вэнь опёрся подбородком на руку.

— Девиз: беззаботная жизнь.

Оператор улыбнулся в ответ: — Юй лаоши, вы можете наслаждаться этим благодаря Си лаоши. Есть ли у вас что-то, что вы хотели бы ему сказать?

Юй Вэнь на мгновение задумался: — Надеюсь, он сегодня не украдет мои очки.

Сопровождающий оператор, с интересом приподняв брови: — О? Юй лаоши считает Си лаоши «Похитителем золота»?

Юй Вэнь лишь улыбнулся в ответ, не желая ничего добавлять: — Кто знает.

На самом деле, в его голосе звучала уверенность. Он заподозрил Си Су не только из-за той утренней оплошности. Просто слова Си Су навели его на другую мысль: судя по прошлым выпускам, вероятность того, что съемочная группа в точности перенесёт предложение гостя, практически равна нулю. Их любимое занятие подменять понятия, размывать формулировки и устраивать ловушки.

Слабости этой удивительной съёмочной группы «Домик в горах» это неумение создавать острые моменты, путанный монтаж, почти полное отсутствие оригинальных идей. Зато в «состязании умов» с ведущими они были неподражаемы.

Его первоначальное предложение звучало так: «Он будет зарабатывать очки, дотрагиваясь до определённых частей тела. Если дотронется до члена своей команды, очки удваиваются». Правило было достаточно полным, без особых лазеек, но в нем не хватало субъекта.

(Кто) касается (какой части тела) (кого), чтобы украсть очки?

Если есть выбор, то для самого «похитителя золота» самый безопасный и наименее подозрительный вариант оказаться за пределами скобок.

Например: Сун Чэнлэй касается волос Юй Вэня → Си Су крадет очки Юй Вэня.

****

Юй Вэнь поднял взгляд на каменные ступени горы Лумин, которые казались бесконечными.

— Сун лаоши почти на месте? — спросил он.

Сопровождающий оператор открыл телефон и проверил общую карту: — Остальные участники могут выбрать разные маршруты. Чем сложнее путь, тем больше очков. Сун лаоши выбрал самый длинный маршрут, ему еще нужно время.

Юй Вэнь вздохнул: — Будьте так добры, отправьте ему сообщение, спросите номер телефона его таксиста.

Сопровождающий оператор удивленно поднял брови: — Вам нужен номер такси...?

Юй Вэнь ответил: — Чтобы вызвать такси домой.

Мало того, что эта программа была ненормальной, так она оказалась и поистине чудовищной. Каждое испытание словно готовило будущего бойца спецназа.

Съёмочная группа приготовила зонтики от солнца и пункты водоснабжения. Юй Вэнь затесался в толпу персонала и прятался в тени. После десяти утра солнце начало припекать всё сильнее, жара уже мутила рассудок.

Все были заняты, и ему стало скучно. Чтобы не мешать сотрудникам, Юй Вэнь встал и прогулялся по подножию горы. В будний утренний час здесь почти не было людей, точнее, их не было совсем. Пройдя около трехсот метров от пункта водоснабжения, он наткнулся на общественный туалет. Он был в новом китайском стиле, с резными окнами по обеим сторонам.

Внутри он тоже был чистым, излучая нетронутую элегантность и свежий запах дезинфицирующего средства.

Самое главное там был кондиционер.

Юй Вэнь небрежно вытащил два кусочка бумаги, протер сиденье унитаза в кабинке и, поджав ноги, уселся играть в игру.

Менее чем через десять минут кто-то вошел.

Юй Вэнь, надев один наушник, услышал это, но не обратил внимания.

Кто-то зашел в кабинку рядом с ним, послышался шелест и звук открывающейся молнии на рюкзаке.

На экране зеленые блоки образовали большую площадь. Юй Вэнь очищал лишние блоки по бокам, пытаясь соединить как можно больше зеленых.

— Режиссёр... насчёт этой сцены у меня есть вопрос... У вас вечером будет время?..

В соседней кабинке включили аудиозапись.

Громкость была низкой, а запись имела шершавый звук и иногда прерывалась, казалось, что она была тайно записана откуда-то.

Юй Вэнь убрал один красный блок, а когда услышал следующую фразу, рука у него резко дёрнулась и он случайно уничтожил надвое расколотую зелёную цепочку.

— А, Чу Хань,— послышалось в записи.

От огромной зелёной комбинации осталось жалких семь-восемь квадратиков. Потери были катастрофические. Но сейчас Юй Вэню было не до сожалений. Он вышел из игры и снял наушник.

Голос режиссёра Гао был очень узнаваемым, даже при убитом качестве звука его можно было безошибочно определить. Манера говорить, громкость, эта неповторимая вспыльчивость.

В аудиозаписи, пробивающейся сквозь шорохи, голос Гао Кайюя звучал чуть хрипловатее обычного, из-за помех в нём появилась какая-то странная мягкость.

— Хорошо, приходи ко мне сегодня вечером.

Мысли Юй Вэня закружились в голове.

В первую очередь: кто в соседней кабинке?

Во-вторых: для чего эта аудиозапись?

В-третьих... Почему именно он опять на это наткнулся?

Разве тут вообще нужен статист уровня «прохожий № А»?

Пока в его голове бушевал мыслительный штурм, в соседней кабинке застучали по клавиатуре. Он услышал, как несколько фрагментов аудио склеиваются в один: в двусмысленную «сцену скрытых правил индустрии».

Он нахмурился и включил диктофон на телефоне. Он уже сталкивался с подобным. Чу Хань, только что окончивший университет, совершенно не понимал скрытых правил индустрии. Он всегда выполнял все что ему говорили. Прежде чем Юй Вэнь вмешался, Чу Хань несколько раз подходил к режиссеру Гао, чтобы обсудить сценарий, всегда выглядя искренним и честным, так что никто из них не придавал этому значения.

Пока один из второстепенных, явно намеревавшийся использовать «теневые правила», не спровоцировал конфликт с Гао, после чего Чу Хань резко очнулся. После этого он, конечно, больше не оставался с режиссером наедине. Но если его прежние разговоры утекут, их можно будет нарезать и склеить, и получится очень даже провокационный материал.

Кажется, сегодня ему предстояло сыграть роль праведного случайного свидетеля.

Юй Вэнь вздохнул. Он осторожно опустил телефон ниже, стараясь поднести микрофон ближе к источнику звука, чтобы запись вышла чище.

Другие монтируют записи в нужном им ключе, он записывает, как они это делают. У всех впереди светлое будущее.

В туалет вошел еще один человек. Внимание Юй Вэня было приковано к соседней кабинке. Аудиозапись внезапно прекратилась, словно кто-то очень испугался.

Те несколько записей уже были склеены в одно целое. Даже в текущем виде они звучали крайне двусмысленно, а если поменять порядок фраз и добавить современные технологии обработки, получится настоящая информационная бомба.

До прихода нового человека, сосед как раз проигрывал готовый результат и наслаждался своим шедевром. Когда кто-то пришел, он сразу же приостановил воспроизведение.

Юй Вэнь секунду поколебался, но, чтобы избежать обвинений в монтаже и обеспечить целостность аудиозаписи, решил записать и готовый фрагмент вместе со всем остальным. Поэтому он не стал останавливать запись. Он тихо извинился перед человеком, который справлял нужду у писсуара.

«Извини, я не намеренно записываю звуки твоего мочеиспускания. Если эта запись потом поможет наказать плохих людей, пусть Чу Хань и Гао Каюй подарят тебе почётное знамя. С надписью: «Одной струёй прославился на века. Аминь.»

(П.п. игра слов, отсылающая к фразе «одним стихотворением прославился на века» здесь обыгрывается звук мочи)

— Юй лаоши? — пока он думал всякую ерунду, вошедший помыл руки и вернулся, произнося в тишине туалета: — Юй лаоши, вы здесь?

Юй Вэнь: — ...

О боже.

Он затаил дыхание, ощущая, как его сердце готово выпрыгнуть из груди. Плотно поджав губы, он решил не отвечать даже ценой своей жизни.

Человек подошёл и начал по очереди открывать двери кабинок. Дойдя до кабинки Юй Вэня и обнаружив, что та не открывается, тот постучал: — Эй, друг, сколько ты уже сидишь?

Юй Вэнь: «... Если бы можно было, я бы просидел здесь до скончания времён, пока море не высохнет и камни не сгниют, пока горы не сравняются с землёй...»

(П.п. пародия на знаменитую клятву из китайской классики «Вместе до скончания времён»: «Только когда высохнут моря, разрушатся скалы, сгладятся горы и сольются небо с землёй, я осмелюсь расстаться с тобой)

— Вы видели нашего Юй лаоши? Очень худой, маленькое лицо, у края правого глаза родинка в виде слезинки, весь такой сияющий, сразу видно молодой артист.

Юй Вэнь: «... Спасибо»

Не дождавшись ответа, человек снаружи пробормотал: — Чего стесняться... В любом случае, дружище, если увидишь нашего Юй лаоши, скажи ему, что другие участники почти пришли и мы собираемся начать запись. Попроси его вернуться поскорее.

Юй Вэнь слушал удаляющиеся шаги, чувствуя вихрь эмоций.

В этот момент из соседней кабинки донёсся глухой стук, возвращая его мысли обратно. Он тут же настороженно навострил уши. Видимо, в панике сосед случайно нажал кнопку воспроизведения, аудио снова заиграло.

Юй Вэнь тут же нагнулся и направил микрофон телефона в сторону соседней кабинки. Это была всего лишь минутная аудиозапись.

Сосед быстро все смонтировал, и Юй Вэнь быстро все записал. К тому моменту, когда ноутбук с хлопком захлопнулся, он уже почти полностью успел сохранить запись.

Юй Вэнь с невероятной скоростью сделал резервную копию записи и заодно отправил копию Гао Кайюю. Файл ещё передавался, когда Юй Вэнь почувствовал что-то неладное и поднял голову.

Из-за перегородки туалета свешивалась голубая голова, мрачно уставившаяся на него. Юй Вэнь, поражённый этой сценой, достойной фильма ужасов, выругался сквозь зубы.

— Твою мать.

Нахмуренные брови Си Су слегка приподнялись, и он процедил сквозь зубы: — Юй лаоши.

****

Две фигуры стремительно выскочили из общественного туалета. Юй Вэнь делал вид, что идёт пешком, но на самом деле бежал со скоростью спасающего свою жизнь. Змеевидными манёврами он уклонялся от рук Си Су, тянущихся к нему.

Си Су нёсся следом, несколько раз почти ухватив его за воротник, но тот каждый раз ускользал из-под руки, как рыба.

— Чёрт — Си Су выругался, его голос звучал совсем близко.

«Смотрите-ка, смотрите, истинная натура проявилась ругательства посыпались», подумал Юй Вэнь, ещё больше утвердившись в мысли, что его хотят убить, чтобы замести следы. Он ускорился, извиваясь как уж на сковородке.

— Юй лаоши... — Си Су, казалось, хотел что-то сказать.

Юй Вэнь: «Я не слушаю, я не слушаю. Сначала убегу!»

— Эй, Юй лаоши! Си лаоши! Идите сюда, мы вас ждали! — заметила их мчащиеся фигуры зоркая сотрудница съёмочной группы. Её добрая и ласковая улыбка в глазах Юй Вэня излучала сияние самой Девы Марии.

Спасение!

Последние несколько шагов он буквально выжал из себя, ускоряясь до предела.

— Чу лаоши...

Чу Хань только-только остановился перевести дух. Весь мокрый от пота, он пил воду, когда с горной тропы в него внезапно влетел маленький снаряд.

Юй Вэнь ринулся к нему, всё ещё находясь под впечатлением, и сказал: — О, Чу лаоши, как же хорошо тебя видеть.

Чу Хань едва не улетел назад от удара. Мир перед глазами даже качнулся.

— Я...

Ему на секунду показалось, что он увидел свою прабабушку.