8 глава
Мусим промолчал, опустив взгляд на свои грубые, натруженные руки. Кира, ощущая волну благодарности, переполнявшей ее, снова спросила, как ей отблагодарить человека, фактически вырвавшего ее из лап опасности. "Ну скажи, Мусим! Что я могу для тебя сделать?" – настаивала она, ее голос звенел искренностью.
Но Мусим был неприклонен, словно каменная глыба, выдержавшая натиск самых свирепых ветров. Он знал, что все это, в принципе, началось из-за него, из-за его работы и из-за того,что он не разорвал договор с тем подонком. Чувство вины грызло его изнутри, лишая всякого права на благодарность.
Кира тоже была против такого категоричного молчания. "Послушай, это ведь ты меня спас! Ты рисковал собой!" - умоляла она, пытаясь заглянуть в его непроницаемые глаза. "Я не могу просто так это оставить! Скажи хоть что-нибудь, пожалуйста!"
Мусим все еще хранил молчание, его взгляд блуждал где-то в стороне, избегая прямого контакта. Он боролся с собой, с желанием сказать, чтобы она просто забыла о нем, чтобы он больше не появлялся в ее жизни, не омрачал ее своим прошлым. Но он не мог произнести ни слова.
В итоге, после нескольких минут напряженного молчания, Кира приняла решение. "Хорошо, если ты ничего не хочешь, я не буду настаивать", – произнесла она, стараясь сохранить спокойствие в голосе. "Но хотя бы оставь мне свой номер. Когда надумаешь, когда тебе что-то понадобится, просто позвони. Пожалуйста, Мусим".
Мусим, словно сломленный ее искренностью, медленно кивнул. Он назвал номер, который Кира тут же занесла в свой телефон, чувствуя, как в груди затеплилась слабая надежда.
С перевязанной раной, туго стягивающей его плечо, он развернулся и пошел в сторону дома, его фигура растворялась в полумраке вечерних улиц. Кира проводила его взглядом, полным благодарности и какой-то странной, необъяснимой грусти. Затем, собравшись с мыслями, она вернулась домой, в свой роскошный, но теперь кажущуюся такой пустой дом.
Мусим, однако, ушел недалеко. Он просто пересек улицу и зашел в ничем не примечательный дом. Оказывается, он жил в доме на соседней улице, в неприглядном районе, контрастирующем с блеском и гламуром мира, в котором вращалась Кира.
На следующее утро у Киры был запланирован новый показ, кульминация целой недели моды. Она приехала к огромному, сверкающему стеклом зданию в окружении целой армии охраны, привычно улыбаясь назойливым папарацци. После короткого общения с организаторами, во время которого она обсудила последние детали своего выхода на подиум, Кира решила остаться на вечер, на закрытие мероприятия, обещавшее быть грандиозным.
На вечернем приеме она, как обычно, была окружена вниманием: взглядами, полными восхищения, зависти и даже некоторой враждебности. Она привыкла к этому, но сегодня все казалось каким-то другим. Ей было не по себе, ее беспокоило что-то неопределенное, витающее в воздухе.
Среди множества взглядов, устремленных на нее, ее внимание привлек один, выделявшийся своей напряженностью. Этот взгляд исходил издалека, из полумрака зала, и был до боли знаком. Она просканировала толпу, ее сердце бешено заколотилось.
И вот она увидела его – Мусима. Он стоял в тени, словно неприкаянный, его темные глаза были устремлены на нее с какой-то болезненной сосредоточенностью. Ее сердце забилось еще сильнее, пропуская удары.
Не раздумывая ни секунды, забыв об окружающих, о фотографах, о щелкающих камерах, о назойливых поклонниках, Кира стремительно направилась к нему. Ей было безумно интересно, что он тут делает, как он вообще попал на закрытое мероприятие, предназначенное лишь для избранных. Она не понимала, зачем он следит за ней, ведь он так отчаянно старался отгородиться от нее.
Мусим же, заметив стремительно приближающуюся к нему Киру, был немного в шоке. Он не ожидал, что она заметит его в этой толпе, что она узнает его взгляд издалека. Он думал, что сможет остаться незамеченным, просто убедиться, что с ней все в порядке, что ее ничто не угрожает. Но, похоже, он недооценил ее проницательность, ее интуицию, ее… что-то, что связывало их, несмотря на все его попытки это разорвать.
Он замер на месте, словно олень, попавший в свет фар. Ему было некуда бежать, некуда прятаться. Он знал, что сейчас ему придется ответить на ее вопросы, объяснить свое присутствие здесь, признаться в том, что он следит за ней. И он не знал, как это сделать, не причинив ей еще большей боли, не втянув ее еще глубже в свой опасный мир. Его сердце сжалось от отчаяния и беспомощности. Он знал, что этот вечер может стать переломным моментом в их отношениях, что он может либо сблизиться с ней, либо навсегда оттолкнуть ее от себя. И он не знал, чего хочет больше.