Глава 40. Первый вечер.
После аэропорта они оказались на улице, где тихо шумели машины и фонари отбрасывали мягкий свет на мокрый асфальт.
Анелли шла немного впереди, руки в карманах, плечи напряжены.
— Ну, куда идём? — попытался начать разговор Дастан, держа букет в одной руке.
— Просто... прогуляемся, — коротко ответила она, не оборачиваясь.
Он замолчал.
Словно понимал: любой лишний звук — это повод для её недоверия.
⸻
Они шли молча.
Фонари отражались в лужах.
Лёгкий ветер трепал волосы Анелли, она держала голову прямо, не показывая эмоций.
— Я купил тебе цветы, — сказал Дастан после долгого молчания, осторожно.
— Я вижу, — сухо ответила она, не глядя на него.
— Я знаю, я... я многое испортил, — продолжал он, тихо, почти шепотом. — Но я хочу исправить.
— Ты говоришь это слишком легко, — холодно сказала она. — Слишком просто. Ты не понимаешь, как долго я ждала. Как долго я старалась привыкнуть к твоему молчанию.
— Я понимаю, — сказал он, ускоряя шаг, чтобы идти рядом. — Я знаю, что у тебя есть недоверие, и я не буду просить его снять. Просто... дай шанс показать, что я могу быть другим.
Она на мгновение остановилась, посмотрела на него.
— И как мне тебе верить? — тихо спросила Анелли.
— Не верить сразу — нормально, — улыбнулся он неловко. — Я просто хочу, чтобы ты видела, что я останусь. Что не убегу, если что-то пойдет не так.
Она молчала, снова отвернувшись.
Внутри что-то дрогнуло, но наружу этого не было видно.
— Ладно, — сказала она наконец. — Но одно неверное движение — и я ухожу.
— Я это знаю, — сказал он, облегченно вздохнув. — И буду рядом, чтобы убедиться, что не ошибаюсь.
Они шли дальше. Молча, но рядом.
Впервые за долгое время тесное молчание не было враждебным.
И хотя Анелли ещё не доверяла, и её холод был заметен, в воздухе повисло ощущение, что что-то можно начать заново.