Глава 43. Под шумом трибун.
Тренировка началась жёстко.
Дастан это почувствовал с первых минут — темп был выше обычного, упражнения шли одно за другим без пауз. Тренер почти не повышал голос, но именно это пугало сильнее всего.
— Быстрее, девятый.
— Мало агрессии.
— Ты теряешь концентрацию.
Анелли сидела на трибуне, подтянув колени к груди. Она пришла тихо, не подходила к полю, не махала рукой. Просто смотрела.
И видела больше, чем раньше.
Дастан ошибался. Не критично — но для него каждая мелочь была как заноза. Он злился, сжимал челюсть, выдыхал резко, будто боролся не с мячом, а с собой.
— Он сегодня не в себе, — раздалось рядом.
Анелли вздрогнула. Рядом сидели две девушки из персонала клуба. Она не собиралась слушать, но слова сами находили её.
— После последнего матча вообще странный.
— Говорят, у него сейчас... отвлекающие факторы.
— Ну да, — усмешка. — Когда рядом кто-то постоянно.
Анелли медленно выдохнула.
Не злость.
Не ревность.
Сомнение — тихое, липкое.
Она посмотрела на поле. Дастан в этот момент остановился, согнулся, уперев руки в колени. Тренер что-то сказал ему коротко, жёстко. Дастан кивнул. Без споров.
Она вдруг поняла:
ему сейчас тяжело.
И он проходит это один.
⸻
Тренировка закончилась позже обычного.
Ребята расходились шумно, а Дастан задержался — собирал вещи медленно, будто тянул время. Анелли спустилась к полю, но остановилась в нескольких шагах.
— Тяжёлый день? — спросила она спокойно.
Он поднял голову, удивился, но быстро собрался.
— Обычный.
Она знала — ложь.
Но не стала ловить.
— Я видела тренировку.
Пауза.
— И? — спросил он.
— Ты держался.
Он усмехнулся:
— Не лучший комплимент.
— Зато честный.
Они шли рядом к выходу со стадиона. Молчание было плотным, но не враждебным.
— Тут... — Анелли остановилась. — Я слышала разговоры.
Он напрягся сразу.
— Какие?
— Неважно, — она посмотрела прямо. — Важно другое. Если что-то начинает мешать тебе в футболе... ты скажи.
Он резко остановился.
— Ты сейчас о себе?
Она не отвела взгляд.
— Я — часть твоей жизни. Значит, да.
Тишина.
— Анелли, — медленно сказал он. — Я не могу сейчас позволить себе развалиться. Ни из-за игры. Ни из-за чувств.
— Я не прошу разваливаться, — тихо ответила она. — Я прошу не прятаться.
Он смотрел на неё долго. Впервые — уставший по-настоящему.
— Я боюсь, — сказал он наконец. — Что если снова выберу не то.
Это было честно.
И это было опасно.
Анелли кивнула:
— Тогда бойся. Но не делай вид, что тебе всё равно.
Она развернулась первой.
Дастан остался стоять у выхода, с сумкой через плечо и мыслью, от которой не получалось избавиться:
самое сложное испытание —
не матч.
А то, что происходит после него.