Bastard

 В худшем кошмаре я нашла своего человека. Возможно, нескольких часов разговоров – слишком призрачное количество времени, но мне достаточно. Одна душевная беседа с незнакомцем – это классика, но дважды – серьезная заявка на связь. Посмотрим, что будет дальше.

Зейн не наркоман, однозначно, но в чем причина его баловства? Есть предположения, но слишком банальны. Нужно сорвать правду из первых уст, как говорится.
Но это не так просто, как я хотела бы. Неделю я капала ему на мозги, пока не нарвалась на это:

- Да что тебе нужно от меня, Селена?!
- Правда, и только.
- Эта твоя жилка журналистки доведет меня до нервного тика!

- Сам виноват, сразу бы ответил, я бы и успокоилась. А так теперь это больше вопрос принципа, нежели любопытства. 
- Ох, ну хорошо. Только одно условие – ты затянешься один раз, я откроюсь до мели. Окей?
- Нет. 

- Вот и все, – либо это паранойя, либо откуда он знает, куда давить? Ведь я лучше умру, чем употреблю наркотики. Хотя, это взаимно включающее компоненты. Однако, нет. Но как мне жить дальше, если я уже споткнулась об этот камень?
- Постой! – Догнала его и вцепилась в руку.
- Ну?

- Я... я... я...
- О, так ты заикаешься? Попей воды и дай мне дорогу.
- Я согласна! 

- Хм, так бы и сразу. 
- Не сразу, но наперед согласна с условием. Как только я созрею, так сразу мне обо всем поведаешь. Окей?
- Окей. А теперь мне действительно нужно идти.

Вот же я дура!.. Я ведь никогда не созрею, это ниже меня, глубже, чем гроб. 
Гарри звонит, с чего бы? 

М-да, на репетицию, так на репетицию. Давно пора! Ведь уже сколько времени прошло, а мы еще не начинали работу над биографией. Мое задание - описать Стайлса в рабочей обстановке.
Значит, Королевское Варьете. Не успеваю вызвать такси, как Стайлс набирает меня снова и напрашивается моим личным шофером. Делать нечего, так что, пожалуй, я соглашусь.

При встрече он меня обнял, чего раньше никогда не делал. И как это понимать? Хотя, возможно, причина в том, что я неделю увиливала от Гарри, вот и соскучился, бедненький. 
Воу, вот так эффект фирменных обнимашек от Тедди-Эдди. Да, только я иногда про себя называла Стайлса его вторым именем. И мое тело до сих пор без моего разрешения отзывается на тепло кудряша. Так приятно, что страшно себе признаться. Ну да ладно. 

Чувствую себя самой счастливой фанаткой на Земле. Вот только маленькая поправка – я не фанатка этой группы и поют они не для меня. Хотя две пары глаз частенько поглядывают в мою сторону. 

И все бы до жути обыденно и скучно, пока они не начали петь. Паршиво, но тут я начинаю вникать в их голоса. Кажется, мне даже нравится, как они поют. Очень даже. Черт, мое тело невольно начало покачиваться в такт музыке!.. А фиг с ним. Оно того стоит. Ох, а эта «завитушка-потянушка у-у..» в исполнении Зейна вызвала мурашки. Это божественно. Парни – молодцы, и больше нечего добавить.

Круг второй, но в этот раз «завивал» Стайлс, очень даже достойно. 
Третий, четвертый, пятый.. Парни сошлись в круг и начали что-то бурно обсуждать. Кажется, Гарри и Зейн о чем-то вздорят. В итоге их усмиряет Лиам.

В шестой раз и седьмой раз «завивал» Пейн. Кажется, я уловила в чем суть. Но с чего бы? 
В хорошем расположении духа я снова не заметила то, что вытворяет мое тело. А пресекла себя, когда зацепилась за ухмылку Стайлса. Оказывается, я напевала эту песню.

- Не стесняйся, очень даже неплохо.
- Да, песенка хороша. Кстати, о чем вы спорили на репетиции?
- Да так, мелочи.

- Тогда тем более! Давай, рассказывай.
- Это уже не имеет смысла. 
- А я так не думаю. Говори.

- Хм, окей, но при одном условии.
- Уф, хорошо!
- Что такого?

- Давай говори уже, – опять эти условия, надеюсь, он не предложит мне затянуться, как некоторые.
- Так вот я хочу, чтобы дописала один стих. Точнее одно слово. 
- О-окей... Давай свой стих.

И он прочел его. Слово в слово. Будто это было вчера. Будто он все помнит. Но это невозможно. Невозможно так болезненно выдыхать каждое слово, делать паузу и вдыхать воздух, будто затягивать свинцовый кислород. 
Я промолчала. Лишь вывела на запотевшем стекле это рецидивное слово. Это не карма, это его сущность во мне. 

"Не ищи смысла там, где бьет свет.
Разомкни веки – потеряй след.
Обрети сущность, мысли – запрет.
Сладостней тайна? Вздор или бред?
Ведь океаны гладью манят,
Дно – это правда, её ведь гноят?
Мысли рассветов роман пепелят,
Вымолви слово, и тайны сгорят.
Я же болею мажорно, без ритма,
Танец безумца, а ты – моя стигма."

Он прочел это слово, не сомневаюсь. Но молчание только сильнее утрировало этот экскурс в прошлое. Почему с этим человеком у меня не получается жить настоящим? Каждый новый шаг в его сторону обязательно имеет отступ к уже минувшему. Это намек или фатальность?

Не знаю и не хочу знать.

Дождь начался. Небо затянуло, что мыслей не видно, как и в моей голове в принципе. Он перебил меня. Нагло. Грубо. Не церемонясь. В своем стиле, по обычаю. 

Открыл передо мной дверь, и когда я была уже в двух шагах впереди, потянул за собой и прижал к капоту машины. Влага просочилась в легкие и дышать стало почти невозможно. Зачем он снова это делает? 

Посадил меня на капот, что позволило сровнять наши лица. Теперь я вдыхаю его углекислый газ, теперь воздух окончательно задурманен. Ладонями скользит по моим бедрам, талии, переходит на плечи, шею и обнимает лицо. 

Тяжко. Слишком. Сладко. Его губы почти касаются моих, и я совсем не совладаю желаниями. Сначала упиралась ладонями в его грудь, теперь же притягиваю к себе за плечи. Сжимаю пальцы, когда Хазз прикусывает мою нижнюю губу.

- Что ты со мной делаешь?.. – Хочу сказать то самое, но не успеваю. Поцелуй растворяет все мысли и предрассудки. Так просто. В одночасье все «но» обратились в «он», только он, только Гарри, только его. Хочу.