E i g h t e e n
5 июня, 2043 год.
– Идём. Мы пойдём в парк, – я объявила, как только просунула голову в щель между его дверью и стеной.
– Что? Я не пойду, – он фыркнул и повернулся ко мне спиной. Это был его способ сказать «уйди», не говоря об этом.
– Да, ты пойдёшь, – я твёрдо ответила. – Парк полон природы, я думаю, это было бы очень полезно, – я развожу руки.
– Что? – он спрашивает, не понимая, что я только что сказала.
– Ничего, – я бормочу. – Пошли
– Но у меня большая неприязнь к парку. Как я уже сказал тебе, я небольшой поклонник солнца. Я предпочитаю сидеть за четырьмя стенами, – он рассуждает.
– Что ж, Мистер Стайлс, – очищаю горло, прежде чем продолжить. – У тебя не будет прекрасных моментов, если ты так и продолжишь сидеть в моем доме. Это называется «испытать шанс», – я кладу свои руки на талию, закончив.
– Плевать, – я слышала, как он тихо бормотал под себе нос. Он поправляет черный свитер и движется к краю кровати. – Как же я заебался.
– Хватит быть капризным, это тебе не поможет. Я хочу увидеть тебя готовым через 10 минут, понял? – я приказываю, немного наклонив голову в сторону.
– Насрать, – он бормочет, встав с кровати, и идёт к шкафу, где он хранит все свои клетчатые рубашки, позже он захлопнул дверь прямо перед моим носом. Я закатываю глаза на его отвратительное поведение.
~
Мои светлые волосы были завязаны в простой, грязный конский хвост. Я просто надела фиолетовую футболку с принтом и изношенные узкие джинсы. Все равно я не пытаюсь произвести на кого-нибудь впечатление.
– Стой, – я говорю, идя к нему. – Твой воротник выглядит странно, – улыбка появляется на моих губах. Это было правдой. Его воротник вывернулся. Я помогла ему и сделала два шага назад. – Что ж, это уладили, – я кивнула, глянув на мои серебряные наручные часы. – А теперь пошли.
– Отлично, – он закатывает глаза и идёт за мной к двери.
– Ты должен был надеть что-то более лёгкое для такой жаркой погоды, – я сообщаю ему, как только мы выходим через входную дверь дома.
– Ну, ты могла сказать мне это раньше, – он хихикает. Я не отвечаю, так как у меня нет слов.
~
– Разве этот одуванчик не прекрасен? – я спрашиваю взволновано, я прыгаю с тротуара в парке к земле. Я сорву это чудо.
– Нет, они отвратительны, – он морщит нос, как будто одуванчик был токсичен.
– Я не понимаю. Как такое возможно? – я издеваюсь. Как он может ненавидеть одуванчики?
– Они приземляются и загрязняют всё кругом. Плюс ко всему, они белые, а я ненавижу белый, – он говорит причины, продолжая идти про тротуару.
– Нет, нет, ты должен загадать желание! – я останавливаю его, пока он продолжает идти. – Вот, – я срываю ещё один одуванчик и даю ему. – Возьми.
– Я не верю в желания, – он сухо отвечает, почти метая одуванчик на землю, но я была в состоянии остановить его.
– Тебе больно загадать лишь одно желание? – я вздыхаю, продолжая толкать одуванчик в его руки. – Пожалуйста?
Он поражено вздыхает и берет цветок. – Давай загадаем желания! – я объявляю, поднося одуванчик ближе к моему лицу. – Хорошо, насчёт три... раз... два...
– Я хочу быть успешной в жизни, и все будут ценить и гордиться мной и моим присутствием, – я закрываю глаза и тихо шепчу слова надежды. Я слега дую и смотрю, как цветок начинает разлетаться. Затем я разворачиваюсь, чтобы посмотреть на Гарри.
Он до сих пор загадывает своё желание. Я наблюдаю за тем, как его пухлые губы медленно двигаются, как его руки плотно обхватывают стебель цветка. Он дует и медленно открывает глаза.
– Что ты пожелал? – я спрашиваю его с нетерпением.
– Дорогая, если я скажу тебе это, то желание больше не будет желанием, – он потирает нижнюю губу и лукаво улыбается.
– Верно, – я киваю. – Желания для того и созданы, чтобы их хранили, – я соглашаюсь, кусая изнутри нижнюю губу.
Затем мы продолжаем идти вокруг парка, наступая на зеленые листья.
– О боже, смотри! – я взволновано указываю на цветущее дерево. Я люблю растения, в конце концов. – Это дерево расцветает!
Гарри посмеивается. – Почему ты каждый раз так волнуешься, когда видишь бесполезное дерьмо? – Гарри дразнит меня, скрещивает руки на груди и ухмыляется.
Я хмурюсь. – Это все не бесполезно! – я утверждаю. – Они содержат кислород, а он нам нужен, чтобы жить, – я стараюсь обьяснить.
– В чем смысл жить в мире, который заставляет нас страдать? Лучше быть втянутым в ад, а не страдать в мире, где нет свободы, – он ворчит. Я открываю рот, чтобы заговорить, но ничего не выходит.
Я наблюдаю за тем, как он все проклинает и взъерошивает волосы, как будто он пожалел, что пришёл сюда.
Я иду к дереву, встаю на цыпочки, чтобы сорвать цветок. – Они светло-розовые! – я чуть не прыгала из-за моего возбуждения. Я смотрю на Гарри, который одаривает меня взглядом и покачивает головой.
– И тебе нравится розовый.
Я киваю и нюхаю цветок.
– Мне бы хотелось сделать венок из этих цветов, – я улыбаюсь и вставляю один цветок в мои волосы.
Он смотрит на меня. – И это делает тебя счастливой? – он ухмыляется, очевидно, что ему отвратительно.
– Это очень весело, – я преувеличиваю. – Хочешь, я сделаю тебе венок тоже?
– Нет, спасибо, – он быстро качает головой. – Ты можешь продолжать делать, что блять делаешь сейчас, а я буду сидеть на скамейке, – он указываю на скамью, которая не так уж и далеко. Примерно в двух метрах.
– Хорошо, – я пожимаю плечами.
Мне действительно нравится в этом парке то, что в этом общественном парке можно прикасаться к цветам. Что ж, каждый раз, когда я чувствую себя не очень хорошо, приезжаю сюда и делаю много венков. Розы, георгины.
Собрав несколько лепестков, я села на зеленую траву. Я решила, что все-таки сделаю один венок для Гарри, хотя он и предупредил меня не делать этого. Наконец, завязав узлы, все было готово. Результат был довольно неплох, нет, я не восхваляю себя. Встав, я повернулась, чтобы позвать Гарри.
– Эй, Гарри, я сделала тебе- – но я сразу же остановилась, когда не увидела фигуру, сидящую на скамейке. Я осмотрелась кругом ещё раз, но его все равно нигде не было.
– Гарри? Гарри, ты где? Гарри, выходи! – мой голос был почти панический. Мой желудок скрутился, я была так смущена и напугана.
Внезапно я почувствовала руку на плече. Я успокоилась, облегчено вздохнула и обернулась. – Гарри, боже, где- – я остановилась, и мои глаза расширились.
– Ты не Гарри, – я ахнула.
Я была лицом к лицу с парнем, у которого черные, как смоль волосы, чёрная кожанка и рваные джинсы. У него в руках были зажигалка и сигарета. Я наблюдала в шоке, когда он зажег сигарету и сделал глубокую затяжку. У меня начинало болеть горло, и я не могла двигаться. Он приблизился ещё ближе и дунул намерено дымовое облако прямо мне в лицо, заставляя меня кашлять. Терпеть не могу этот запах.
– Верно, – он заговорил в первый раз.
– Кто ты? – я спрашиваю, и моё сердце вот-вот выпрыгнет из груди.
Он наклоняет голову и дразнит меня. Удивленно взглянув на меня, он открывает свою челюсть. – Ты меня не знаешь?
– Нет... – я нервно ответила, делая шаги назад. Но он делает шаги вперёд.
– Ну, я бэд бой этого города. Они называют меня Джек, но меня зовут Джексон, – он делает ещё одну затяжку. Этот запах ужасен.
Он обхватывает моё запястье, заставляя меня немного вздрогнуть.
– Отпусти меня, – я говорю сквозь зубы.
– И почему же я должен это сделать? – он бросает вызов. Затем он прижимает меня к цветущему дереву, цветы которого в моем упавшем только что венке. Но у меня нет времени беспокоиться об этом, так как надо мной нависает этот мудак.
– Мне действительно это не нравится, будь добр, отпусти меня, – задыхаюсь. Я чувствую, как формируются слезы в моих глазницах.
– Почему я должен упустить так просто такую леди? Джек такого не делает, – я чувствовала его запах, и это действительно беспокоило меня. Я хотела бы сделать что-то, но не могу. Он окружил меня.
Он наклоняется все ближе и ближе, а я давлю мою голову назад все дальше и дальше, пока это не становится бесполезным. Он очень близко ко мне, и это неудобно. Он собирается коснуться моих губ, но его глаза расширяются от боли, и он вмиг прыгает от меня. Я смотрю, как он корчится от боли, ему трудно держать равновесие. Он хмурится, а я победно улыбаюсь.
Но не я сделала больно этому щенку. Это был кто-то другой...
Как думаете, кто это?