E i g h t
Перестать пытаться — только это можно считать поражением.
Элберт Хаббард.
Отказ. Когда кто-то даёт вам надежду, вы чувствуете, как одна из ваших лампочек гаснет. Но, если потом появляется неисправность или отказ, становится больно. Но это никогда не остановит вам, потому что вы, несомненно, поднимитесь и постараетесь с лучшими усилиями. Вы хотите доказать, что вы можете сделать все лучше.
Это было то, что я чувствовала; отказ. Буквально. Мой отец и брат надеялись, что у меня будет научная карьера, и я стану чем-то бо́льшим в области науки, но все пошло коту под хвост. Я чувствовала, что все разрушалось вокруг меня после внезапной смерти мамы. Я просто не могу иметь контроль со всем, что происходит вокруг. Все просто отказались от меня. Просто.
~
19 мая, 2043 год
Я посмотрела на два флакона с лекарствами, которые держала руке: Торазин и Проликсин. Я вздохнула, когда собиралась сделать шаг в его комнату, дрожа из-за моей нервной системы системы. Он поставил ногу в мой дом всего неделю назад, а я уже чувствовала напряжение, которое стояло между нами. Я напугана при встречи с ним, хотела избежать это, но понимаю, что не могу. Это было отчасти моей работой, нужно заботиться о нем.
Я не стала стучаться, так как знала, что он никогда не попытается открыть для меня дверь. Почему? Он был странным. Он был слишком занят, делая свои собственные вещи, он даже не удосужился использовать свои манеры.
После того, как я вошла в комнату, аромат лаванды заполнил мои ноздри. Я была смущена, почему он так пахнёт? Запах, казалось, исчезал, сильного аромата уже не было. Странно. Я посмотрела на Гарри, который лежал на животе, читая книгу. Должно быть, он заметил моё присутствие, потому что в следующую секунду он закрыл книгу и спрятал под свою подушку.
– Что ты здесь делаешь? – тихо пробормотал он, что я почти не услышала с места, где стою.
– Я-я пришла сюда дать тебе лекарства, – я сказала, страх был ясен из-за моего дрожащего голоса. – Ты должен принимать их два раза в день.
Его загадочный взгляд вдруг стал серьёзным. Нахмурившись, он сделал путь к моему лицо, его глаза впиваются в мои.
– Лекарства? – он поднял бровь, я кивнула. Я села на край кровати и поставила стакан холодной воды на чайный столик.
– Я не принимаю их, – он фыркнул.
– Это нонсенс, – я встала. – Ты должен принимать их, они помогут тебе! – после того, как последнии слова выскользнули из моих уст, мгновенное сожаление пришло в мою голову. Мой разум вернулся в тот день, когда я впервые встретилась с ним; тогда он буквально начал истерику только потому, что я сказала, что ему нужна помощь. Я закусила губу, и мои глаза расширились, страшно видеть, что произойдёт дальше.
Во-первых, он не выдавал никаких эмоций. Но как минуты медленно проходили, складки на лбу стали немного заметны, а маленькая нахмуренность выросла.
Не зная, что делать, я начала нервно открывать крышку, и две таблетки попали в ладони моих рук.
Я поднесла свои руки ближе к нему, надеясь, что он откроет рот, но вместо этого он сделал неожиданное. Ну, я ожидала...
Он отпихнул мои руки в сторону и половина таблеток из бутылок упали на пол. Я посмотрела на него в шоке, увидев насколько он зол.
– Я не принимаю их! – прокричала он в гневе.
Это была последняя капля. Если он не собирается уважать меня, то почему я должна? Из-за того, что он живёт в моём доме, и я помогаю ему, не даёт ему права обращаться со мной как с долбанной собакой! Я посмотрела на него с отвращением, пытаясь найти то, что сказать ему в ответ; что-то резкое и суровое.
– Значит так! – я зарычала. Вау, это было на самом деле сурово. – Если ты не собираешься меня уважать, то почему я должна стараться? Это не даёт тебе никакого права обращаться со мной так плохо. Помни, что я добровольно помогаю тебе. Тебе повезло, что я смирилась. Но сейчас я жалею об этом.
Ой.
Даже не глядя на него, я встала, чтобы выйти из комнаты. Я даже не стала убирать беспорядок с пола, потому что это сделала не я, это сделал он.
~
8:25 вечера.
Я присела обратно к деревянному изголовью моей кровати. Сцены с Гарри снова играли в моей голове, постоянно повторяясь.
Flashback:
11 мая.
– Это твоя комната, – я объявила, как только мы вошли в комнату. Он осмотрелся вокруг. У него не было никаких эмоций, был лишь пустой взгляд. Он выглядел так, будто его не впечатлило.
– Так, что думаешь об этом? – я спросила в надежде услышать что-то хорошее. Он повернулся ко мне и заговорил с его истинной частностью.
– Я думаю, здесь надо немного поработать.
– Что?
Затем он начал указывать на недостатки, начиная со слишком большого количества света, попадающего из окна.
– Солнце меня беспокоит, из-за него у меня головные боли, – это было его оправдание.
Потом он посмотрел на стены.
– Я не люблю белый цвет, – напомнил он. – Это напоминает мне цветы, а я не люблю их.
Я закусила губу и кивнула в ответ. Насмешливой вопрос летал взад и вперёд в моей голове. Кто не любит цветы? Что в них плохого?
– Какого цвета должны быть окрашены стены?
– Черный или красный было бы отлично, – он кивнул сам себе. – Да, было бы неплохо.
– Что-нибудь ещё? – я спросила.
Он стоял мгновение, размышляя. – О, да, – он вдруг заговорил. – Я думаю, что если бы комната была немного больше, то было бы хорошо, – сказал он спустя минуту.
Я вздохнула, прежде чем ответить. – О, мне жаль тебя разочаровать, но это единственная свободная комната, так как этот дом небольшой.
– Ох, жаль, – я слышала, как он тихо бормотал.
Flashback ends.
Flashback:
13 мая, 2043 год.
Увидев, как он глубоко спит, я решила, что будет прекрасной возможностью войти в комнату, не будет его тревоги и раздражения. Я планировала взять его вещи для стирки, надеясь, что он не создаст большой шумихи по поводу этого. Сейчас хороший шанс.
Он проснулся, когда я едва открыла дверь. – Не ходи туда! – его громкий голос почти заставил меня упасть.
– Никогда не ходи туда снова, – он предупредил угрожающе. Но я уже шла медленными шажками к шкафу.
– Почему? – я спросила дерзко. Почему он сказал мне не идти туда?
– Это не твоё, поэтому не суй свой нос, – он издевался. – Теперь ты можешь, пожалуйста, уйти, я пытался заснуть, – он раздраженно закатил глаза и засунул голову в мягкую наволочку.
Flashback ends.
Flashback:
17 мая, 2043 год.
– Вот, это твой обед, – я объявила, как села на край его кровати. Сегодня я положила коричневый рис с фасолью на тарелку и налила стакан колы.
Я зачерпнула ложку риса и поднесла к его губам. Я наблюдала, как он медленно кусал и проглатывал. Но через несколько секунд его лицо сморщилось, а глаза расширились. Когда он сделал ещё один укус, он выплюнул еду обратно на стеклянную тарелку, вытирая рот тыльной стороной руки.
– Гадость! – он сплюнул. – Это было ужасно! Что ты положила туда? Чеснок?
Я хмуро кивнула, ужаснувшись беспорядком. Мало того, что это на тарелке, так некоторые куски упали на моё запястье. Я быстро вытерла руку об тарелку и посмотрела на него.
– Да, я добавила чеснок, – я согласилась. – Что в нем плохого? – я хотела услышать его ответ, это что, его новое оправдание?
– Чеснок отвратителен. Я ненавижу его, – он кисло ответил.
– Ох, это так? – я бросила вызов, и он кивнул.
– Ну, я думаю, что это здорово, – начала я. – Это даёт больше аромата.
– Ты отвратительная, – он издевался. – И странная.
В ответ я широко улыбнулась, поблагодарив.
Flashback ends.
Я согнула ноги обратно в колени, и невольная улыбка появилась на моем лице. Я действительно не понимаю его, но именно поэтому он мне так любопытно наблюдать за ним. Иногда он был не так уж плох. Да, иногда он раздражает. Грубо и оскорбительно, но бывает по-детски.
Я не могу обвинять его, он не может контролировать себя. В конце концов, у него психическое расстройство, и я должна помочь ему стать лучше. Вместо этого я делала совершенно противоположное. Я едва дала ему шанс. Это была не совсем его вина, но и моя.
Я решила, что должна перестать быть трусом. Прежде чем я успела поставить ноги на землю и наделать обратно свои тапочки, послышался громкий крик за приделами коридора. Каждый крик был громче и страшнее.