Сами сознаетесь, или как?
После урока Ивановы остались в классе. Как только последние ученики скрылись за дверью кабинета, учительница бросила на них строгий взгляд.
– Ну что? Сами сознаетесь, или как?
– В чём? – Ваня как всегда смотрел на неё невинным взглядом. Что-что, а это у него всегда получалось.
– В чём? – учительница недобро прищурила глаза. – В том, что у тебя всё правильно, я даже не сомневалась. – кивнула она, глядя на Даню. – Но ты, Иван! Признаться, я удивлена.
Они оба молчали. А что можно было сказать в такой ситуации? Одно слово, и может стать только хуже.
– У Дани списал? – вот он - тот самый вопрос.
– Нет, конечно! У нас же разные варианты! – Ваня с абсолютной уверенностью посмотрел на математичку. Ей что, жалко поставить ему пятёрку? Вот прицепилась!
– Ммм. – училка поджала губы. – Даня, скажи мне правду.
Да... Видимо, что правду скажет Ваня, надежды не было абсолютно.
Даня несколько секунд молчал, а потом...
– Он всё сам писал.
Учительница глубоко вздохнула.
– Данила! Перестань защищать Ивана! Если он у тебя списал, скажи.
– Он у меня не списывал. – упорно повторил Даня и, поймав неловкий взгляд брата, незаметно ему подмигнул.
– Да? – видимо, учительница не на шутку разозлилась. – Хорошо, если не признаётесь... Даня, я ставлю тебе три!
Очевидно, это должно было подействовать. Ну должно же, ведь так? Это же Даня! Он не мог не клюнуть на угрозу получить плохую оценку!
Но Даня лишь невозмутимо смотрел на учительницу.
– Могу я узнать причину?
– Потому что я так захотела!
О, Господи! Сейчас эта училка окончательно упала в Ваниных глазах. Это всё было... Отвратительно!
– Покажите мне мою работу. – спокойно продолжил Данила. – Если там нет ошибок, вы не имеете права поставить мне три.
Ваня вовсю пялился на брата. Он ещё не видел его таким. Он перечил учителю! Да, не как это обычно делал он, не грубо и не яростно, без издёвок и перепалок, но тем не менее!
Кажется, терпение учительницы подходило к концу.
– То есть, сознаваться вы не собираетесь?
– Да не в чем сознаваться! – вальяжно протянул Ваня, засунув руки в карманы. – Можно, кстати, работу посмотреть?
Женщина вспылила, бросила перед ними тетради и быстро вышла из класса.
– Воу-воу! Полегче! – хмыкнул Ваня и взял свою тетрадь. – Данёк... – дыхание перехватило. Ваня протянул ему тетрадку. Пять! Серьёзно, это не шутка! Пять по алгебре?!
Даня стоял и улыбался. Не зря он ему помогал. Вот, к примеру теперь этот придурок улыбается, а это и есть самое главное! И больше ничего не надо.
– Дань, спасибо. – Ваня заключил брата в объятия. – Я не помню, когда у меня последний раз была пятёрка по алгебре. Кх-кхм... ну да. Может, вообще никогда.
Даня тихо рассмеялся.
– Пошли. Думаю, она не вернётся.
* * *
Едва они ступили на порог дома, Ваня прижал Даню к стене и страстно поцеловал. Он ждал этого всё утро! О, Боже! Снова это прекрасное ощущение лёгкости, словно ты паришь где-то под облаками, снова он наклоняется к этим сладким губам, а Данины пальцы запутываются в его волосах!
– Прекрати... – томно шепчет Даня, шекоча его шею горячим дыханием.
– Неа. – улыбается Иван и снова тянется к его губам.
И вот они уже лежат на кровати, прижавшись друг к другу.
– Почему ты не сказал математичке правду? – спросил Ваня, глядя в потолок.
– Ну... Я подумал, что тебе нужна эта пятёрка. – Даня улыбнулся уголками губ. – Да и вообще... Теоретически, ты у меня не списывал.
Их глаза встретились, и они оба негромко рассмеялись.
– Спасибо, ботан. – прошептал Ваня, гладя парня по щеке тыльной стороной ладони. – Я очень тебя люблю.