38. 18+
Кабинет главного следователя был просторнее остальных. Тяжёлый стол, кожаные диваны, тусклый свет. На одном диване сидел Жора — с разбитым носом, салфетка уже пропиталась кровью. Он злобно косился в нашу сторону.
На противоположном диване — мы. Я держала руку Гриши в своих ладонях, ощущая, как она всё ещё напряжена. Он был зол. Очень. Я тихо гладила его пальцы, пытаясь хоть немного остудить.
Главный следователь сел за стол и посмотрел сначала на Гришу.
— Объясни мне, пожалуйста, зачем вы его ударили?
Гриша спокойно встретил его взгляд.
— Потому что он оскорблял меня.
— Это повод для нападения в отделении полиции?
— Он перешёл границу, — сухо ответил Гриша.
— Он дал показания, — жёстко сказал следователь. — И вместо того чтобы опровергать их фактами, вы решили махать кулаками.
— Потому что он врёт, — отрезал Гриша.
Следователь перевёл взгляд на Жору.
— Продолжим. Сумка, товар. Чье?
В кабинете стало тише.
— Это его, — быстро сказал Жора. — Всё его!
Пауза.
И тут Гриша неожиданно произнёс:
— Да. Сумка моя.
Я резко повернула к нему голову. Внутри всё похолодело. Что он делает? Он что, так просто сдаётся?
— Но, — спокойно продолжил он, — это не значит, что то, что там нашли, принадлежит мне.
Следователь прищурился.
— Интересная формулировка.
— Я не знал, что кто-то мог положить в мои вещи наркоту, — холодно сказал Гриша.
Я всё ещё смотрела на него, пытаясь понять ход его мыслей. Он не сдавался. Он играл тонко.
— В любом случае, — вздохнул следователь, — вам обоим придётся дать официальные показания. Под подпись. Всё будет проверяться.
Жора вдруг нервно рассмеялся.
— Проверяйте, — сказал он, вытирая кровь. — Только когда копнёте глубже, там много интересного всплывёт. Правда, Гриша?
В кабинете повисло тяжёлое напряжение.
Я крепче сжала руку любимого, чувствуя, как ситуация только начинает набирать обороты.
Я уже устала. Ноги в каблуках ныли, голова гудела от напряжения, глаза щипало от недосыпа и нервов. Всё это тянулось слишком долго. Хотелось просто выйти, вдохнуть воздух и чтобы этот день закончился.
Главный следователь открыл папку, достал несколько документов и постучал по ним пальцами.
— Таисия, вам лучше выйти. Нам нужно поговорить с Григорием отдельно.
Я уже собиралась встать, но Гриша крепче сжал мою руку.
— Нет, — спокойно сказал он.
Следователь поднял брови.
— Это стандартная процедура.
— Она остаётся, — жёстче повторил Гриша.
— Я думаю, будет правильнее…
— Я сказал она со мной, — резко перебил он.
В кабинете стало тихо. Его голос был не громким, но таким уверенным, что спорить не хотелось.
Я посмотрела на него. В этом взгляде было всё — упрямство, защита, сила. И что-то тёплое. Он не хотел, чтобы меня снова давили одну.
Я поймала себя на мысли, как сильно люблю его в такие моменты.
Он едва заметно погладил мою руку большим пальцем, словно давая понять: я здесь.
Следователь тяжело выдохнул.
— Ладно. Тогда слушайте оба.
И допрос начался по-настоящему жёстко.
— Откуда товар?
— Кто поставщик?
— Сколько партий прошло через ваши руки?
— Кто финансирует?
Гриша отвечал спокойно, почти холодно.
— Я уже сказал. Я не занимаюсь тем, о чём вы говорите.
— Свидетель утверждает обратное.
— Свидетель спасает себя.
— У нас будут экспертизы, отпечатки, переписки.
— Проверяйте.
Каждый вопрос был как удар. Давили, ловили на формулировках, пытались запутать. Но он держался. Ни одного лишнего слова.
Допрос тянулся бесконечно. Одни и те же вопросы — по кругу. Следователь менял формулировки, пытался поймать на противоречиях, иногда резко повышал голос, иногда наоборот становился почти дружелюбным. Гриша держался ровно. Ни паники, ни лишних эмоций. Только сухие ответы и холодный взгляд.
В какой-то момент даже главный следователь устал. Он закрыл папку, откинулся на спинку кресла и тяжело выдохнул.
— На сегодня всё. Вы свободны. Но это не значит, что дело закрыто.
— Понимаю, — спокойно ответил Гриша.
Жору оставили в кабинете. Когда мы поднялись, чтобы выйти, я краем глаза заметила его взгляд. Мерзкий, скользкий, полный какой-то злобы и… удовлетворения. Придурок.
Мы вышли в коридор. Дверь за нами закрылась.
— Я устала пиздец, — тихо сказала я, выдыхая.
Гриша обнял меня одной рукой, прижал к себе.
— Я тоже, — коротко ответил он.
Мы молча спустились по лестнице и вышли на улицу. Ночной воздух показался слишком свежим после душных кабинетов.
— А машина где? — спросила я, оглядывая парковку.
— Завтра домой привезут. После досмотра, — ответил он.
Я настороженно посмотрела на него.
— Там ничего такого нету?
Он едва усмехнулся.
— Нет. Всё чисто.
Я кивнула и достала телефон.
— Я такси вызываю.
В такси я почти сразу прижалась к нему. Обняла за талию, уткнулась щекой в его грудь. Машина мягко покачивалась на поворотах, а его рука лежала у меня на спине — тяжёлая, тёплая, спокойная. Адреналин наконец начал отпускать, глаза закрывались сами собой. Я даже не заметила, как уснула, слушая его ровное дыхание.
— Тась… — тихо позвал он.
Я почувствовала лёгкое касание к щеке. Мы уже приехали. Я сонно подняла голову, всё ещё цепляясь за него.
Мы зашли в дом. Тишина, темнота, ощущение безопасности. Я первым делом скинула каблуки и почти с облегчением простонала:
— Как же я ненавижу эту обувь…
Он усмехнулся, снимая куртку.
— Но в них ты секси.
— Оно того не стоит, — пробурчала я.
Я посмотрела на него.
— Ты сейчас что делаешь?
— Спать. Пиздец как хочу, — ответил он, проводя рукой по волосам. — Но сначала в душ.
Я помолчала секунду, потом тихо спросила:
— Я с тобой лягу?
Он удивлённо посмотрел на меня, будто вопрос был неожиданным.
— Ну да, — просто сказал он.
Он стянул свитер через голову, бросил его на кресло. Я подошла ближе и обняла его — крепко, обеими руками, прижимаясь всем телом. Он сразу обнял в ответ, ладони легли на спину, притянули ближе.
Это были не страстные объятия. Это было что-то другое — нужное, тёплое, настоящее. После всего напряжения, криков, допросов. Просто ощущение, что мы вместе. Что он рядом. Что всё это — позади, хотя бы на сегодня.
И в этих объятиях стало наконец спокойно.
В душ я пошла первой. Закрыла за собой дверь, включила горячую воду и просто встала под струи. Вода стекала по плечам, по спине, смывая макияж, запахи клуба, этот тяжёлый день. Я закрыла глаза.
В голове снова прокручивалось всё: клуб, крики, наручники, допрос, взгляд Жоры. Я устала. Испугалась. И злилась. Что теперь будет? Это только начало? Нас снова вызовут? Будут следить? А если всё зайдёт дальше?
Я думала о будущем — о том, сможем ли мы жить спокойно. Или теперь это навсегда будет тянуться за нами тенью. Хотелось просто обычной жизни. Без этих игр. Без риска.
И вдруг я почувствовала горячие руки на своей талии.
Я резко открыла глаза и обернулась. Рядом стоял Гриша. Вода падала на его волосы, тёмные пряди намокли и прилипли к лбу. По его плечам и груди стекали струи, капли скользили по коже вниз. Он выглядел уставшим, но спокойным.
Он ничего не говорил. Просто притянул меня ближе к себе. Тёплое тело, горячий душ, пар вокруг нас.
Он наклонился и мягко поцеловал меня в скулу.
Я прижалась к нему сильнее, обвила его мускулистую спину руками и будто отпустила всё напряжение этого дня. Тёплая вода стекала по нам, пар окутывал, дыхание становилось тяжелее. Он держал меня уверенно, крепко, но бережно — так, будто я была самым ценным, что у него есть.
Его губы снова коснулись моей щеки, медленно, неторопливо. Поцелуи были мягкими, но в них уже чувствовалась скрытая страсть. Он спустился ниже — к линии челюсти, к шее, оставляя горячие прикосновения. Я закрыла глаза, пальцы сильнее впились в его спину.
Его руки скользили по моему телу под струями воды — сжимали талию, притягивая ближе, будто расстояния между нами не существовало. Ладони медленно спускались ниже, уверенно исследуя мягкие ягодицы, возвращаясь обратно, снова и снова. В этих движениях не было спешки — только желание и горячая страсть. И нам было абсолютно всё равно, что мы оба голые.
И в какой то момент он слегка отстранился от горячего поцелуя, чтобы дать нам воздуха, и следом я почувствовала его пальцы, которые исследовали внутреннюю часть бедра.
Я невольно вздохнула и откинула голову на холодную плитку душевой кабинки, ловя капли горячей воды лицом. А он лишь стоял, лаская меня, и наблюдал как я легко отдаюсь ему.
— Никогда не думал, что так ты реагируешь на мои ласки, — прошептал он, и в следующую секунду я почувствовала как его пальцы накрыли мою киску.
Этого хватило, чтобы я сильнее вжалась в его спину ногтями. Он самодовольно ухмыльнулся и два пальца вошли в меня, растягивая внутри. Движения его пальцев были настолько нежными и чувствительными, что мои ноги еле держали меня. Поэтому он второй рукой слегка обхватил меня, наблюдая за моей реакцией.
Пальцы задвигались в более ритмичном темпе, заставляя легко постанывать. Хотелось чувствовать его намного глубже, но для этого пришлось прогнуться в спине и как можно шире расставить ноги.
Шатен притянул меня к себе одной рукой, а второй все так же трахал меня снизу. Горячая вода лишь добавляла страсти к этой ситуации. Ноги окончательно не держали, я наслаждалась нарастающим чувством оргазма.
Когда стоны стали все более громкими, его движения пальцами стали жёстче и амплитуднее, доводя до нужного состояния.
— Гриша! — вскрикнула я, ощущая тугой узел снизу и полностью упала на горячее тело парня, обессиленно вздыхая.
Его пальцы задержались во мне, а потом медленно вышли из меня, оставив неприятную пустоту.
Я ещё несколько секунд просто стояла, уткнувшись лбом в его грудь, восстанавливая дыхание. Сердце стучало быстро, но уже спокойно. Он держал меня крепко, ладонью поглаживая по спине.
Потом я слегка отстранилась, подняла на него взгляд. Вода стекала по его лицу, ресницы были мокрые, а в глазах — мягкость, совсем не та жёсткость, что была днём.
— Ты как? — тихо спросил он, чуть улыбнувшись.
Я улыбнулась в ответ.
— Лучше некуда, — прошептала я и потянулась, чтобы поцеловать его в щёку.
Он тихо усмехнулся, прижимая меня обратно к себе, и на секунду мир снова стал простым и понятным — только мы вдвоём под горячими струями воды.
Мы лежали в его комнате на кровати, я почти засыпала, уткнувшись щекой в его грудь. Его телефон тихо мигал в руках, а я слушала ровное биение сердца под своей щекой. Тепло его тела, запах, мягкие движения пальцев по моей коже — всё это ещё отдавалось во мне, напоминало о нашем моменте. Я думала о том оргазме, о том, как его пальцы, руки, прикосновения выводили меня из себя, как будто целый день, весь мир, вся эта опасность исчезали, оставляя только нас.
В голове вертелись мысли о будущем: что будет дальше, смогу ли я нормально жить, если всё это станет частью моей жизни, если я всё больше буду рядом с ним. Но сейчас, в эту секунду, я решила отложить все тревоги. Сейчас важно было одно — быть здесь, с ним, ощущать каждый вдох, каждый лёгкий поцелуй в мою макушку, каждый прикоснувшийся пальчик.
Я закрыла глаза, глубоко вдохнула, и позволила себе просто наслаждаться этим ощущением безопасности и тепла рядом с моим зеленоглазым шатеном. Все страхи и сомнения казались далекими, растворяясь в мягкой ритмике его сердца.