11 часть
Бледная мама слабо улыбалась ей с больничной койки. Она была ещё совсем без сил, но лечащий врач заверил, что теперь выздоровление пойдёт семимильными шагами. Слава богу, никакой амнезии и других неприятных последствий не случилось, мама всё помнила, адекватно отвечала на вопросы и задавала свои. Огорчать её и вываливать всё, что успел вытворить мерзкий отчим Ю Ра посчитала преждевременным. Решив подстраховаться, она предупредила медперсонал, что в семье сложные отношения и что мужа матери лучше пока не оставлять с ней наедине.
Из палаты она вышла совсем без сил. Переживания и хоть и радостное, но потрясение заставляли чувствовать себя грудой бескостного желе. К счастью, её новоявленный парень оказался жутко заботливым. Кинув только один пристальный взгляд на её потерянное бледное лицо, Чонгук просто подхватил на руки вяло протестующую тушку и без видимых усилий поволок на автостоянку.
Дорогу к дому Ю Ра запомнила плохо, то и дело проваливаясь в дрёму. Слегка очнулась только тогда, когда её занесли в комнату и аккуратно принялись освобождать от лишней одежды. Почувствовав на теле лёгкий плед, девушка что-то благодарно промурлыкала и отрубилась.
Снилась ей какая-то муть. То отчим дрался и преследовал, то Чонгук домогался, оголяя свой соблазнительный торс и смотря на неё с хищной улыбочкой, то тесто сбегало из миски и пыталось захватить кухню. Причём, во сне её пугало именно последнее...
— Бред какой-то, — просыпаясь, проворчала Ю Ра и приоткрыв один глаз, замерла, узрев чью –то широкую смуглую грудь в непосредственной близости от своего носа. Хотя почему чью –то? Обладателя сего богатства она прекрасно знала. Вот же наглёныш, опять пользуется её состоянием, чтобы облапать.
— Я ведь и обидеться могу, — лениво проурчали сверху. Девушка подняла голову и встретилась взглядом со слегка заспанными оленьими глазками. В сочетании с растрёпанными тёмными волосами и притворно надутыми губами выглядел господин Чон лет этак на пять, вот только чужая рука, медленно скользившая по её бедру не давала забыть, каким секс-террористом может за секунду стать этот милаш.
— На обиженных воду возят, — парировала Ю Ра, ловко выскальзывая из загребущих ручонок и скрываясь в ванной. — Ты почему опять в моей постели? Своей нету что ли?
— С тобой приятнее. Ты так уютненько сопишь и возишься, когда спишь, — блин, этот мистер Невозмутимость просто нарывается на хорошую трёпку. Так и хочется схватить любимое кухонное полотенце и по горбяке, по горбяке! А там ещё и скалка имеется...
С трудом подавив кровожадные мысли, возмущённая девчонка плеснула себе в лицо холодной воды и слегка пригладила мокрой рукой всклокоченные после сна волосы.
— Ты у меня сейчас договоришься, будешь есть неделю одну варёную брокколи, — прошипела она в полотенце и вздрогнула, когда от двери в санузел прозвучало наигранно -обиженное:
— Господи, я не думал, что ты такая жестокая! Моя девушка — садистка!
— Зато ты — знатный ложист. Как ни укладываюсь спать, в результате оказываюсь с тобой в одной кровати. Не пояснишь сию загадку природы?
— Профессиональная тайна, — ухмыльнулся гадкий тип и сгрёб Ю Ру в охапку, заставив негромко пискнуть и уткнуться ему в грудь.
— Детишки, хватит обжиматься, идите завтракать! — раздался громкий голос с кухни.
— Джин-хён, ты просто кайфоломщик! — крикнул в ответ Гук, нежно чмокая алеющую щёчку и нехотя выпуская из рук свою добычу.
— Знаю, — самодовольно прозвучало почти из-под двери. — Но я ещё слишком молод, чтобы становиться дядюшкой, поэтому предохраняйтесь там.
— Скотина, — смущённо пробурчали снизу.
— Согласен, — с тяжёлым вздохом произнёс Чонгук и счастливо улыбнулся, утыкаясь в растрёпанную каштановую макушку