XXV
И вот я снова стою перед человеком, перед которым, казалось, поклялась больше не появляться.
Широкоплечий, увесистый мужчина, что своими маленькими черными глазками, близко расположенными на обезьяньем лице, рассматривает меня с ног до головы.
Тогда он не собирался впускать меня в этот злосчастный клуб из-за дресскода, да и сейчас особого желания эта кирпичная физиономия не излучает.
Один кивок обесцвеченного парня, что стоит рядом, и этот амбал делает шаг в сторону, открывая проход в само заведение.
Пахнет дымом сигарет, спиртом и пьяными полуголыми людьми. Под "полуголыми" я подразумеваю девиц в коротеньких платьях, если эти майки на бретельках так можно назвать, которые танцуют в середине зала, натираясь всеми частями тела о своих пьяных партнеров.
Яркие световые блики бьют в глаза, но при этом не избавляют помещение от кромешной темноты, а громкая музыка, наполовину состоящая из басов, добавляет иронии и дезориентирует меня в пространстве.
—Ты отчаянная,—пытается перекричать столь большой диапазон звуков Чимин.
—Я знаю,—киваю я головой в такт музыке, так же громко отвечая и пробиваясь за ним через тесную и липкую толпу к барной стойке.
—Когда я предлагал куда-нибудь сходить, не ожидал, что это будет именно ночной клуб,—усаживаясь на высокий стул, тот склонился ко мне, чуть понизив голос и коварно улыбнувшись.
В ответ я просто пожала плечами, скорчив неопределенное лицо в попытках закинуть ногу на ногу, от чего Пак посмеялся, придержав меня за локоть, дабы я не свалилась.
—Что мы будем пить?—последовал серьезный вопрос с моей стороны, когда я пододвинула к себе маленькое барное меню с огромным разнообразием алкогольных напитков.
—Что?—поперхнулся парень, хмыкнув,-Я думал, что встретился с Йаним, а не отвязной девченкой, что сидит в паре сантиметров от меня,—секунду погодя,тот тоже склонился к меню, где мы оба стали водить пальцами по буквам, стараясь разглядеть названия коктейлей и их состав при таком освещении.
—Начнем с шотов,—я остановила палец на одной из строчек, целеустремленно посмотрев в темные глаза Чимина, что находились на минимальном расстоянии от меня.
—Это плохая идея,—сменив тон, ответил парень, не разрывая зрительный контакт,—Зная тебя, начать стоит с кефира и им же закончить,—тот в очередной раз упустил шутку, получив от меня моральную пощечину и легкий удар в плечо.
—Да вы сегодня в ударе, мистер Пак-Я всё знаю-Чимин,—сквозь зубы процедила я, скрестив руки на груди.
—Два мохито,—с умным видом махнул бармену парень, снова вернувшись глазами ко мне.
Смотрю на него и не понимаю, что не так. Почему он настолько красив в красно-синем цвете клубных огней? Почему его глаза излучают такой теплый свет? Почему его губы так лоснятся, а тонкие кисти небольших рук покручивают золотистые пряди волос?
—Чимин,—я, наверняка, отвлекла его от собственных мыслей,—Когда ты говорил о своих "чувствах",—я показала руками кавычки,—Ты, ведь, прикалывался надо мной?
Я постаралась задать этот вопрос в шутливой манере, дабы это выглядело, как ненавязчивая мысль, пробежавшая в моей ветреной голове, но у меня не вышло, и я сглотнула ком неловкости, нервно улыбнувшись.
Парень резко и громко усмехнулся, так, что его глаза сузились в два перевернутых полумесяца на долю секунды.
—Когда я шутил?—тот, скорее, задал вопрос себе,—Когда предложил тебе встречаться в библиотеке,—он согнул один палец руки, начиная отсчет,—Или же тогда, когда поцеловал тебя в пятницу вечером?—еще один,—У меня очень плохо с чувством юмора,—перестав улыбаться, произнес он.
Закусив внутреннюю сторону щеки, я провожу ладонью по мраморному покрытию барной стойки. Мои глаза пытаются найти временную опору для пристанища, и ей служит бармен, вальяжно уставивший на стол два искривленных бокала с мохито и подмигнувший мне.
На свой жест внимания он получает отрицательный кивок от Чимина, который глазами говорит: "Это было лишним".
Я подмечаю его недобрый посыл во взгляде, и это заставляет меня невольно улыбнуться от чувства ревности в мою сторону. Но это странное чувство удовлетворения.
—Я всё еще жду,—невзначай бубнит Пак, отпивая содержимое бокала и ставя тот обратно, слегка отталкивая его при этом так, что тот аккуратно откатывается на пару сантиметров.
Я быстрым движением вливаю в себя жидкость и, чувствуя горечь, со стуком ставлю сосуд на стойку, резко опуская голову вниз.
Он ждет. Он как дурак ждет чего-то, что вряд ли произойдет. И мне очень за это его жаль.
Музыка бьет по ушам, а алкоголь по чувству здравого смысла. Я вожу указательным пальцем по круглой грани бокала, изредка съезжая с маршрута.
Чимин - очень хороший парень. Он приятный собеседник и друг. Но я не чувствую ничего, кроме внешней симпатии и сожаления за свой обман.
—Прости меня,—я наконец разворачиваю лицо в его сторону, но по прежнему не смотрю в темные глаза.
Я вижу, как его силуэт мнется в непонимании происходящего, но он продолжает молчать.
—Ты...ты мне нравишься,—запинаясь, говорю я,—Мне нравятся твои волосы и губы, твой стиль одежды, твой мягкий голос,—все это потоком слов выходит из меня.
Я вижу, как он в удивлении открывает рот и, поэтому, спешу перебить его.
—Мне нравится твой простой подход к происходящему,—не понимаю, как выговариваю эти слова,—И еще,—я заглядываюсь на его губы в очередной раз,—Мне даже понравилось то, как ты меня тогда поцеловал,—я чувствую, как щеки начинают гореть.
Я делаю паузу, пытаясь понять, как только что могла все это ему сказать. Я не чувствую помутнения разума, но чувствую развязность языка.
—Ты пьяна,—выдает он, пытаясь скрыть улыбку, и протягивает ко мне руки, дабы придержать или спустить со стула,—С одного бокала,—выносит парень вердикт.
—Из-за того, что ты мне нравишься, я не могу заставлять тебя ждать. Ты слишком хорош для меня, чтобы ожидать какого-то решения, которого я не сделаю,—сердце сильно сжимается после этих слов, но я не могу остановиться,—Не теряй времени на меня, не заставляй меня чувствовать вину перед тобой, Чимин,—я камнем сбрасываю на него горькую истину.
Это отвратительное чувство покрывает меня изнутри. Мне больно - делать больно ему. Мне мерзко говорить ему правду.
—А так всё хорошо начиналось,—все, что вылетает из его уст на выдохе, и он отворачивается,—Понятно.
—Прости меня,—я сползаю со стула, приближаясь к парню,—Мне очень жаль,—я тяну к нему руки, пытаясь обнять, и он поддается.
—Все нормально,—он говорит это так неправдоподобно, обвивая меня своими руками, что мне хочется выблевать всю себя наизнанку.
—Я ничего не могу с этим поделать,—утыкаясь в плечо, я чувствую, как соленые капли одна за другой оставляют мокрые дорожки на щеках, впитываясь в кофту Пака.
—Я знаю,—еле слышно отвечает Чимин, сжимая меня еще сильнее, будто пытаясь выбить из меня всю дурь,—Ты, конечно, сделала мой вечер,—он хмыкает, пытаясь скрыть истинные эмоции.
—Обращайся,—я отстраняюсь, смахивая слезы рукавом, и понимаю, что эту шутку теперь можно отнести к разряду черного юмора.
—Тебе нельзя пить,—парень заправляет прядь моих выбившихся волос, и я сдержанно и криво улыбаюсь, шмыгая носом.
—Больше не буду,—я опускаю глаза и, пошатываясь на месте, делаю пьяный вид, на что парень снова смеется.
—Он хоть знает?—мне даже не нужно спрашивать, о ком идет речь.
—Что знает?—я затупленно моргаю, отправляя руки в карманы толстовки.
—То, что ты отвергла самого Пак Чимина ради его дурного характера,—он упрекает меня, намекая, что еще не поздно.
—У меня он такой же,—я пожимаю плечами, глядя, как бы, сквозь собеседника.
Через "волнующуюся" одним потоком под единый ритм толпу я проглядываю быстро движущийся силуэт. И движется он в нашу сторону.
Еле различая его от остальных датых персон, таких же как и я, вижу его красные, как огонек камер в комнате допроса, глаза, полные непонятного мне гнева. А движения его резки и напыщенны настолько, что свободная одежда, будто пытается с него слететь на ходу.
—У нас проблема,—успеваю быстро произнести я надрывным тоном прежде, чем костлявый кулак Тэхёна влетает в челюстную зону лица Пака.
Он, как в замедленном действии, отшатывается назад и, выстаивая удар, взмахивает головой, убирая волосы назад и прикрывая нос и губу ладонью.
Я вижу стекающую тонкой струйкой и приземляющуюся мне на обувь темно-бардовую капельку крови.
Подняв побелевшее лицо на Кима, я вижу, как он, возвышаясь надо мной, чуть ли не дышит пламенем, то сужая, то расширяя ноздри, и выжидающе смотрит на меня все теми же красными глазами.
—Ничего не хочешь мне сказать?—уже не выдерживая, рявкает он на меня, а его пепельная челка, переливаясь от огней, спадает ему на лицо, делая его более безумным.
—Лёд, пожалуйста,—не отрываясь от разъяренного посетителя клуба, я протягиваю дрожащую руку к бармену, и тот тут же дает мне нужный объект.
—Прости, Чимин,—он запрокидывает голову, и я снова аккуратно убираю пряди с его скул, прикладывая холодный комок воды к месту ушиба.
Он кладет свою руку поверх моей и, недолго глядя мне в глаза вопросительным и сожалеющим взглядом, опускает ее с лица, продолжая держать между наших близстоящих тел.
—Я могу тебя отпустить с ним?—он прогибает свои брови в молящем вопросе, кидая неприязненный взгляд на Тэхена, что стоит совсем близко и ловит его взгляд, отвечая тем же.
К горлу снова подступает ком, но я неуверенно киваю в положительном направлении, губами произнося "прости меня, пожалуйста".
—Он того всё равно не стоит,—Пак отпускает мою ладонь и разворачивается к барной стойке, заказывая новую порцию льда, для разбитого носа, и виски, для такого же сердца.
А стою ли того я?
В моей голове этот вопрос отдается эхом, ударяясь о стенки пустой черепной коробки и издавая тихие стоны, похожие на детский нарастающий визг.
Я разворачиваюсь на пятках и направляюсь на выход. Дыхание и сердцебиение замедляются. Дым недалекого кальяна с удушающим запахом корицы доставляет мне тошнотворное чувство вины вперемешку со злостью.
Огни, биты музыки, которая сменилась на аморфный медляк, и я, проталкивающаяся через активно танцующих по парам людей.
Я не оборачиваюсь. Не хочу.
Но я точно знаю, что Тэхён идёт за мной. Я это чувствую всем телом и улавливаю вибрации его шагов, которые отражаются в тёмном истоптанном полу заведения.
И вот мои кеды наконец ступают на мокрый от небесных слез асфальт. Я делаю глубокий долгий вдох, которого мне так не хватало. Холодный уличный воздух пробирается под плотную толстовку, окутывая тело дрожью и мурашками.
Торчащие из земли серые железные фонарные столбы, потрескивая, излучают тусклый свет и привлекают к себе всевозможных насекомых, которые умирают сразу же, после соприкосновения с источником тока.
И я как они. Иду на свет, который меня погубит.
—Объясни мне, какого хрена?—за спиной раздается возмущенный голос, и я, скрипя подошвой об асфальт, торможу на пятках, резко разворачиваясь к собеседнику.
—Это я еще должна объясняться?—с такой же интонацией говорю я, всплескивая руками.
—Ну это же не я стоял в объятиях левого парня в клубе в алкогольном опьянении!—повышает тот тон в ответ, активно жестикулируя.
Я громко выдыхаю через ноздри, яро выказывая свое недовольство.
—Зато ты мило поболтал с Су Ён,—скалюсь я, натягивая наигранную улыбку,—Так зачем пошёл за девицей, которой с роду не интересовался?—я вскинула брови, вопросительно глядя на злого парня напротив.
Он, отвернувшись в сторону, выдохнул клубок горячего пара изо рта, будто выкурил сигарету, и снова устремил на меня строгий взгляд.
—Во-первых,—выставил указательный палец Тэхён,—Я не знал, что она придёт; а во-вторых, я снова отшил её, чего ты категорически не умеешь делать,—тот ткнул этим самым пальцем мне в лоб, из-за чего я отшагнула назад.
—Я не крутой лавелас, чтобы так распоряжаться чужими чувствами, как ты,—потирая место соприкосновения, закивала головой я.
—А моими можно и поиграть?—снова шагнул на меня парень, сжимая челюсть так, что проявились желваки.
—Кто сказал, что я ими играла?—я заправляю прядь волос за ухо, сбавляя обороты, ибо чувствую, как поднимается кровяное давление.
—А чем ты занималась последние две недели?—парень не спешит отступать, на что я выставляю руки, упираясь в его предплечья.
—Пыталась сделать вид, что ничего не вижу,—честно отвечаю я, глядя на меняющееся выражение лица Кима.
—У тебя это плохо вышло,—его голос начинает хрипеть, а я делаю шаг ему навстречу, почти вплотную вжимая себя в его грудь.
Не могу объяснить, что именно сейчас мной движет, но вместо того, чтобы выслушивать ругательные речи и поддерживать разгорающийся в очередной раз конфликт, я беспрестанно пытаюсь отвести глаза с сухих губ парня, покрытых маленькими трещинками, которые так и хочется "залечить".
—Соглашусь,—один положительный кивок, и мои губы накрывают его, а ладони приземляются на горячую шею парня.
Без замедлений Тэхён перехватывает инициативу в свои руки, а если точнее, губы, и уже стремительно углубляет поцелуй.
Его ладони по плечам скатываются вниз, аккуратно останавливаясь на талии, и чуть сильнее сжимаются, заставляя чувствовать дикое крышесносное возмущение вперемешку с удовольствием.
Вокруг нас будто образуется вакуум, и я не сразу чувствую капли дождя на своём лице, которые заставляют нас прерваться и отстраниться друг от друга, жадно хватая потоки воздуха.
—Так что ты всё-таки делала с Чимином?—видимо, стараясь не спугнуть меня, почти шепотом говорит сероглазый, упираясь лбом о мой лоб и заправляя пряди моих выбившихся волос за уши.
—Я извинилась за то, что не могу ответить взаимностью,—отвожу глаза я, чувствуя, как внутри всё сжимается.
—Я могу лишь извиниться за то, что забрал всю твою взаимность себе,—победно растягивая губы в улыбке, выдыхает Тэхён, снова увлекая меня в быстротечный поцелуй.
***
Дождь изрядно намочил одежду, поэтому белая широкая футболка и шорты слегка прилипают к мокрым участкам тела, пока я сижу на полу рядом с батареей и допиваю чёрный чай с лимоном.
Как только кружка становится пустой, я с лёгким стуком ставлю ту рядом с собой и сползаю по стене вниз, будто таю, принимая лежачее положение.
Тэхён, одетый в ту же одежду и допивший ту же жидкость, с насмешливым вопросом смотрит на лениво лежащую и покряхтывающую меня, затем проделывая то же самое.
Он лежит на спине, глядя в потолок тёмной полупустой гостинной, пока я безрассудно разглядываю его лицо и тело, облепленное белой тканью.
Это, наверное, очень странно выглядит со стороны. Два человека просто валяются на полу в комнате, где есть всё, чтобы не остаться без дорогостоящей перины на ночь.
Но ключевое слово "пол". Пол с подогревом.
Не решаясь долго оставаться незамеченной парнем, так красиво смотрящимся в лунном свете, проникающем через оконное стекло, я перекатываюсь, делая полный переворот и утыкаясь носом в плечо блондина.
Тот, недолго думая, обхватывает меня руками, максимально приближая к себе и прижимая к своему горячему и влажному телу, отчего моё, такое же, намертво прикрепляется к его.
—Ты такая горячая, Солнце,—раздаётся у меня над ухом, а после жгучие губы оставляют ожег на костяшке ключицы.
—Температура подскочила,—дрожащим голосом бормочу я, сильнее сжимая края футболки Тэхёна и отворачивая голову на другой бок, блокируя доступ к "обожжённому" месту.
—Конечно, в Антарктиде наступило глобальное потепление,—улыбается мне в макушку тот, прижимая свои губы уже на другой доступный участок оголённой шеи и вырисовывая дорожку поцелуев до уха.
—Не, мне серьезно нужен градусник,—нервно прысщу я со смеху, нелепо упираясь руками в грудь Кима и пытаясь выбраться из крепких объятий.
—Как же ты не вовремя,—прищурив серые глаза, тот заглядывается на мои губы, а затем ослабевает хватку, после чего я быстро кубарем выкатываюсь на пару метров, вскакивая на ноги.
—Да, кажется, я подхватила вирус "Тэхён быстро развивает события",—выдаю я, на что парень вздёргивает брови, начиная подниматься с пола,—Он очень опасен, не хочу тебя заразить,—махая перед собой руками, я отступаю от надвигающегося на меня с ухмылкой владельца квартиры.
—Поздно,—растягивается в улыбке, а-ля "Чеширский кот",—Я уже давно им болен,—подходит он к вжавшейся в столешницу мне.
***
Машина заезжает на школьную парковку и быстро занимает свободное место в одном из первых рядов. Я, видя очередную кучу разбросанных по территории школы подростков, стремительно открываю дверь черной иномарки, дабы поскорее скрыться от их удивлённых или осуждающих взглядов.
Хотя, это давно уже не новость, что я нередко заявлялась в школу на транспорте Кима, эти раздражающие взоры продолжали на меня давить.
Я спешно открываю дверцу автомобиля и вышагиваю на улицу, когда Тэхён, прознав мою тактику, огибает чёрный корпус и становится рядом со мной за считанные секунды.
Окидывая еще раз школьный двор глазами, дабы убедиться, что народу действительно много, я встречаюсь с карими глазами Мины.
Она так встревоженно смотрит на меня и быстро движется в мою сторону, что я понимаю причину её нервного тика, мирно идущую рядом с ней. Брюнет что-то мирно говорит девушке на ухо, после чего, завидев нас, берет её за руку и, как бы странно это не звучало, улыбается, устремляясь еще быстрее в нашу сторону.
Я, удивленно глядя на взбудораженную краснолицую подругу, чувствую как теплое чужеродное тело обхватывает мою ладонь и сплетает наши пальцы, легонько дернувшись от неожиданности.
Тэхён невозмутимо тянет меня в сторону друзей, чему я поддаюсь, и через секунды, мы уже стоим в своём узком кругу, обсуждаемые кучей гудящих учеников. Наши с Миной щеки полыхают, и каждая слышит, как колотится сердце её соратницы.
Парни лишь ухмыляются друг другу, будто оценивая неплохой улов, и демонстративно вскидывают наши сплетенные руки, кротко подмигивая нам.
...
Мою неприязнь перевели в нечто спонтанное и чуждое мне. Надеюсь, и вы найдете своего переводчика.
С любовью,
Автор