10
Раннее утро и тихий дверной скрип в комнате Изуку. Омега сонно открывает глаза и поворачивается на источник звука, перед собой видит друга детства — Бакуго Катсуки, и сразу же заворачивается в одеяло с головой. — Пять минут можно? -спрашивает Изуку из-под одеяла. — Изуку, еперный театр, ты так уже в десятый раз отпрашиваешься. У тебя прослушивание сегодня, будь добр быть серьезнее. — Я серьезен, как никогда, просто спать хочу. Юки и Юрио всю ночь болтали. Ладно, встаю и сейчас приду.Дверь вновь закрывается и Изуку снова плюхается на кровать. Прошло несколько месяцев и уже потихоньку наступает осень. Мидория изменился за это время не слабо. Конечно, жить с Бакуго и валяться в кровати до десяти утра, ему не дадут. Подъем в семь и дальше все по расписанию, чтобы Изуку мог попасть на работу, проходя по всем требованиям. Были, конечно, и дикие требование, что омега должен весить не больше шестидесяти пяти килограмм, но с этим Бакуго сам разберется, ведь Мидория после родов и это ему поблажка. Вот сейчас он снова сел на кровать, переоделся в желтую кофту и черные джинсы и подошел к кроваткам, смотря на детей. Убедившись, что те еще спят и не будут будить Очако, он вышел из комнаты, тихо прикрывая дверь. Спустившись вниз, он в одиннадцатый раз поприветствовал Бакуго и сел за стол. — Неужели, я дождался. Как долго можно спать? — Если будешь ворчать, то дальше пойду отсыпать законные часы. — А кто тебе позволит? — Я сам себе дам на это разрешение. -посмеялся Изуку. — Тц… Еда, подготовка, машина. У тебя на все про все полчаса. — О, еще полно времени. — Двадцать минут… — Эй! Так нечестно, Ка-чан! — А никто правила не диктовал, Деку. -игриво улыбнулся и вышел из дома. — Ну ты…получишь скоро…подушкой в лицо, как следует. Не думаю, что Урарака против будет. Изуку быстро поел, выпил кофе и, помыв за собой грязную посуду, поднялся на второй этаж, где умылся, расчесался и почистил зубы. Спуститься вниз за несколько секунд не составило труда. Кому нужны эти ступеньки, когда есть перила, по которым можно скатиться? Так омега и поступил, выбежав из дома, и прыгая в машину друга на задние сиденья. — Новый рекорд. Семнадцать минут. В прошлый раз было двадцать. Так держать. Давай, на вперед и поехали. У тебя будет час на подготовку… — На знакомство с коллегами, на повтор песни. Я все это знаю. Как с маленьким, Катсуки. — А ты и ведешь себя, как маленький. Ты думаешь я не знаю, как ты скоротил время, хоть я и запрещал скатываться с перил? — Ой, да ладно тебе. -сел вперед и закрыл дверь. — Детство вернулось. Не ворчи. — Ладно, ладно. Едем. Машина двинулась с места и направилась в самую известную звукостудию в Токио. Она принадлежала, довольно-таки, известной группе, но все-таки Изуку никак не мог запомнить ее название. Бедняга. — Катсуки, а как на… — Опять забыл? HMW*. — Точно, прости. Просто, не верится, что у меня есть на это возможность. Спасибо. — Ты это заслужил. Ты же герой и должен быть среди них. — Я не герой, Ка-чан. Я уже говорил. — Для нас ты герой. «Каждый может быть героем!». Разве, ты не так говорил мне в младшей школе, м? — Хах, а ты все-таки запомнил… — Ты герой для нас в моральном смысле. Потерять истинного и все равно стремиться вперед. Это какую душевную силу надо иметь? Огромную, Изуку. Поэтому, герой. Не смей мне перечить, а лучше повторяй слова песни. Ты ведешь всю песню. — Спасибо, я помню… жуть волнуюсь. Это же я запнусь, то… — Тебя поддержат, не волнуйся. — Хорошо. Изуку положил голову на стекло и, смотря на дорогу, про себя повторял слова песни, что случайно вслух запел, не замечая этого. Бакуго улыбнулся и не стал мешать. Ведь, он потом начнет извиняться и начнет еще сильнее волноваться. Правда, тут сам про-герой схитрил чутка. Директор группы давно уже принял Изуку, прослушав его пение с диктофона, когда тот тренировался дома и сейчас он споет сразу и ему объявят, что он принят. Спустя полчаса они приехали и Изуку осторожно вышел из машины, смотря наверх и сглатывая. Бакуго постучал по плечу друга и Изуку, как будто бы очнулся. Дернулся, смотря на про-героя, и виновато улыбнулся. Оба зашли внутрь здания и начали подниматься на лифте вверх. Шахта лифта была из прозрачного стекла и омега с удивлением наблюдал, как высоко они поднимаются, пока его не повернули в другую сторону. Двери открылись и их встретила комната в разных цветах с контрастом черного в каких-то местах. Мимо проходил блондин и заметил гостей. — Ха! Эйджиро! Я же говорил, что первый их встречу, где моя сотка? — Ладно, сейчас приготовлю. -протянул голос из другой комнаты. Блондин в черной джинсовке подошел к гостям и протянул руку для знакомства. Бакуго никак не ответил, а всего лишь спросил, где сейчас их директор, ему ответили и он ушел. Изуку стоял ошарашенный, его кинули (!), а рядом стоял этот парень и приветливо улыбался, протягивая руку. Мидория пожал ее и улыбнулся в ответ. — Я Каминари Денки, а ты так понимаю новенький? Мидория Изуку, да? — Ага, здравствуй. — Пошли я тебе все покажу и со всеми познакомлю. -не отпуская руку, потащил куда-то — Н-но подожди. Я даже еще не прошел прослушивание, Каминари-сан! — А, да? Тогда пошли в другую сторону. Там, скорее всего, уже все готово. -резко потащил в другую сторону. Оба пришли в яркую комнату, где стояла вся группа, болтая со звукорежиссером и уточняя все мелочи. Когда парень с красной прической, завидев блондина, с обиженным лицом протянул ему заслуженную сотку иен. Каждый пожал руку новичку и его пригласили в комнату звукозаписи. Сердце из-за волнения начало отплясывать чечетку, а когда он увидел Катсуки, то на душе стало легче. Его друг детства рядом и если что, зная все страхи Изуку, его успокоит. Заиграла музыка и омега взял в руки микрофон, через некоторое секунд, начав петь.
Дышать этой ночью опять не могу Хотел бы проснуться, но снова в плену Как будто бы запер себя изнутри Хочу я с тобой быть, а не один Ну почему же так темно? Здесь нет тебя Опасно это всё Разбиваюсь я И сам себе помочь Я не смог себе помочь Себе помочь.
Все работало идеально, подпевка и сам Изуку не разу не запнулись. Под середину песни он прикрыл глаза и успокоился, начав петь отдавая все свои чувства туда. Благодаря, именно этой, песне он вспоминал своего истинного. Его глаза и искренние улыбки, которые он сейчас, вообще не видел нигде. Он не знал о нем ничего по причине: Бакуго Катсуки. Он запрещал это делать, а если что-то важное, то сам говорил, не затрагивая чувство Изуку и не рассказывая про то, что Тодороки Шото и Яойрозу Момо теперь пара. Песня закончилась и все парни пожали друг другу руки, а Изуку начал выходить, то его схватили и начал взъерошивать волосы. — Мидория Изуку, вы приняты. -раздалось из другой комнаты. Глаза Мидории засверкали и стали цвета чистейшего и блестящего изумруда, он счастливо улыбнулся и посмотрел на друга, который в ответ кивнул с улыбкой и вышел. Вся группа поступила также, но Изуку главный режиссер пригласил в кабинет. Когда они туда пришли, то мужчина не стал медлить. — Ты будешь жить здесь с нами. — Что? Н-нет я не могу, извините. — Почему же? — У меня дома два моих малыша и я хотя-бы должен до трех лет вырастить, чтобы отправить в детский сад. — Ох, хорошо. Тогда три года поработаешь дистанционно и будешь ездить сюда. В клипах и на выступлениях пока светиться не будешь, а начнешь после так скажем «декрета». — Хорошо, спасибо. Я могу идти? — Да, конечно. До встречи. — До свидания. Мидория счастливый вышел из кабинета, а после за ним зашла и группа, он со всеми попрощался и вышел из здания. Зашел в машину со серьезным лицом и вздохнул. Бакуго тыкнул друга в щеку и тот сразу заулыбался, засмеялся и заплакал от счастья. Его обняли и повезли обратно домой, успокаивая по дороге словами поздравления.