3 глава
От лица Алисы
Я проснулась раньше Адель, когда за окном еще только занимался рассвет, окрашивая небо в перламутровые тона. Тишина в ее квартире была особенной — умиротворяющей и безопасной. Я лежала и думала о том, как мы с Валентиной бесконечно благодарны. Она не просто дала нам крышу над головой. Она дала нам убежище в тот момент, когда наш собственный дом внезапно стал причинять боль. Она стала нашим щитом.
Валентина уже хозяйничала на кухне. Легкий, дразнящий запах жареных тостов, кофе и ванили наполнял пространство, вытесняя вчерашние тревоги. Мы молча договорились: мы отблагодарим Адель не только словами, но и делами. Пока я накрывала на стол, Валентина готовила еду как минимум на три дня вперед. Мы знали, что наша подруга ненавидит готовить, предпочитая либо пропускать приемы пищи, либо заказывать доставку.
Но на дне моей чашки с кофе плавала невысказанная тревога. Мы не могли вечно прятаться. Рано или поздно придется вернуться и посмотреть в глаза нашим мужьям. А я пока не была готова видеть лицо Николая. Так же, как и Валентина — Руслана.
И тут из спальни вышла наша «Спящая красавица», потирая глаза и сонно улыбаясь.
От лица Адель
Сегодня пятница, а значит, укороченный рабочий день и долгожданные выходные. По пятницам мой график смещен — я приезжаю к 10. Этот щадящий режим придумали лично Руслан и Николай. С 8 до 10 по пятницам в особняке проходит своеобразный «развод» — собирается много мужчин из низовых звеньев, отчитываются о неделе. Как-то раз Алиса, которая давно ко всему этому привыкла, призналась: «Честно, у меня до сих пор иногда от их взглядов мурашки по коже бегут. В них столько... животного». Что уж говорить обо мне, для которой любой продолжительный взгляд — это пытка.
Но сегодня я проснулась не от противного треля будильника, а от божественного запаха, плывущего из кухни. Надев уютные тапочки, я вышла из комнаты и застыла в дверях. На моей кухне, которую я обычно использовала лишь для разогрева кофе, царили Валентина и Алиса. Воздух дрожал от аромата свежеиспеченных булок.
— А что это вы тут колдуете? — поинтересовалась я, с наслаждением прислонившись к косяку.
— Тьфу на тебя! Напугала! — фыркнула Валентина, но ее глаза смеялись. — Дочка, мы хотим тебя отблагодарить. За то, что вчера стала нашей сообщницей. Спасибо, что поняла и приняла нас. Это тебе еды на три дня, чтобы ты хоть немного отошла от своих диетических страданий.
Они обе сияли, и это сияние было мне дороже любых слов.
— Ой, божечки мои! Наконец-то я буду нормально питаться! — воскликнула я с искренним восторгом. Готовка была для меня скучной и утомительной обязанностью, есть же я любила страстно.
Я устроилась за столом, и Алиса тут же накрыла шикарную поляну: сырники со сметаной, свежие круассаны, фрукты. Мы завтракали вместе, болтая о всяких пустяках, и это было так по-домашнему, так тепло, что на душе стало светло и спокойно.
Потом я пошла собираться на работу и заметила, что мои девчонки тоже надевают пальто.
— Стоять! А вы куда это собрались? — удивилась я.
Они переглянулись с виноватым видом.
— Адель, ты понимаешь, мы не хотим причинять тебе неудобства, — тихо сказала Алиса, поправляя каблук. — Мы поедем к себе. Ты и так сделала для нас больше, чем должны были.
Во взгляде Алисы читалась такая неуверенность и боль, что у меня сжалось сердце.
— Так, — отрезала я, подходя к ним. — Если не хотите ехать к ним — оставайтесь здесь. Мой дом — ваш дом. Точка. Давайте-ка разувайтесь и чувствуйте себя как дома.
Когда Валентина попыталась возражать, я подняла руку, останавливая ее.
— Не обсуждается, мои хорошие. Все, до вечера. Потом вместе поедем на мероприятие. Заодно, Алиса, подготовишь мне образ, а то я без тебя как без рук.
Мы снова рассмеялись, и на этот раз в их смехе было облегчение. Я вышла из дома с чувством, что сделала что-то действительно важное.
---
9:53
Я приехала вовремя. Достав свою сумку Birkin с документами, я почти бегом направилась в кабинет Николая. В голове пронеслись тревожные мысли: «А не ждет ли меня там разбор полетов за вчерашнее укрывательство?»
— Можно войти? — постучала я в массивную дубовую дверь.
— Да, — прозвучал из-за нее его низкий голос.
Кабинет Николая, как всегда, поражал своим спартанским минимализмом и дорогой простотой. Он сидел за столом, и его взгляд сразу утяжелил воздух в комнате.
— Здрасьте. Видели документы, которые я вчера принесла? — спросила я, стараясь говорить уверенно.
Он лишь кивнул, не отводя от меня пронзительного взгляда. Казалось, он изучал не мое лицо, а душу.
— Ну что там с моими активами, эконом-бухгалтер? — его голос был ровным, без явной угрозы, но в нем всегда слышалась сталь, готовая в любой момент обнажиться.
— Финансовая отчётность за квартал готова, Николай, — я открыла верхнюю папку, и мои пальцы легли на колонки цифр с привычной, хирургической уверенностью. В мире отчетов и балансов я чувствовала себя неуязвимой. — Я провела сплошную инвентаризацию и сверку взаиморасчётов. Есть моменты, требующие вашего внимания.
— Говори короче.
— В первую очередь, дебиторская задолженность, — я подвинула к нему лист. — Контрагент «Восток-Строй». Мы перечислили аванс в размере сорока процентов по договору подряда. Срок исполнения их обязательств истёк две недели назад. Просрочка критическая.
Он молча смотрел на цифры, его лицо было каменной маской, за которой скрывалась буря.
— Я подготовила акт сверки, который они отказываются подписывать, — продолжила я, и мой голос приобрел лёгкий, профессионально-холодный оттенок. Здесь я была в своей стихии. — Настоятельно рекомендую инициировать процедуру взыскания. Каждый день просрочки увеличивает наши косвенные убытки.
— Что ещё? — Николай отодвинул папку, его взгляд задержался на моем лице чуть дольше, заставляя внутренне съежиться.
— Второй момент. Отвлечённые средства, — я переложила на стол следующий документ. — Я выявила нецелевое использование на счетах дочерней структуры «Лига». Средства, зарезервированные под закупку оборудования, были направлены на высокорискованные спекулятивные активы. Без моего ведома и согласования.
Теперь он наклонился вперёд, его пальцы сомкнулись вокруг массивной ручки. Жесткость в его позе усилилась.
— Ты это документально подтвердила?
— Разумеется, — в моем голосе впервые прозвучала твёрдая, почти вызывающая нота. Я не терпела сомнений в своей компетентности. — Провела анализ движения по счетам и внутренний аудит. Все проводки зафиксированы. Это создаёт не только налоговые риски, но и брешь в управлении денежными потоками.
Николай медленно кивнул, его взгляд скользнул по безупречным колонкам цифр. В этом кабинете, где решались судьбы, отчётность была таким же оружием, как и пистолет в его верхнем ящике стола.
— Хорошо, — отрубил он. Это короткое слово в его устах звучало как высшая похвала. — Оставь. Я изучу. По «Востоку»... дай им наш «акт сверки» к концу недели. По-своему.
Я понимающе закрыла папку. Моя работа здесь была сделана. Я предоставила данные, оценила риски. То, как он будет их «исполнять», было уже не моей бухгалтерской, а его мафиозной территорией.
— Как скажете.
— А теперь поговорим о житейском, Адель, — его голос смягчился, но в этом смягчении таилась новая опасность.
Я с интересом подняла на него взгляд, заранее зная, о чем пойдет речь.
— Где Алиса и Валентина. В квартире у тебя их нет. Куда ты их спрятала? — он откинулся в кресле, приняв расслабленную позу, но его глаза были пристальны, как у хищника.
— Как где? У любовников, — ответила я с невозмутимым видом, сама почти поверив в эту нелепицу. — Таких красивых, молодых... я аж прям завидую белой завистью.
Я говорила спокойно, сложив руки на груди. Но Николай, видимо, не оценил мою шутку так высоко, как я, и лишь ухмыльнулся, сложив руки в замок на столе.
— Я серьезно, Адель. Где они?
Я знала, что он переживает. Так же, как и Руслан. Но они сами создали эту ситуацию.
— Ну, вы им позвоните столько же раз, сколько и они вам, — парировала я. — Ииии... возможно, они появятся часам к двенадцати.
Он недовольно цокнул языком.
— Мы же все равно увидимся на мероприятии.
— Конечно, увидитесь, — легко согласилась я. — Желаю Алисе крепких нервов. На этом все, или есть еще вопросы?
— Нет. Иди.
Мы обменялись короткими, едва заметными улыбками, и я поспешила ретироваться, чувствуя, как с плеч спадает тяжесть. Слава богу, остаток дня ко мне в кабинет никто не заходил, и я могла в тишине доделать текущие отчеты.
---
16:43
Я собрала вещи и поехала домой, застряв в предвыходных пробках лишь ненадолго. Когда я открыла дверь своей квартиры, то ахнула. Она буквально сияла чистотой и порядком. Даже книги на полке были аккуратно расставлены по цвету.
— А что это за феи-крестные тут работали? — рассмеялась я.
Из гостиной вышли Алиса и Валентина, сияя от гордости.
— Адель, ну, мы решили тебя еще раз вот так отблагодарить, — сказала Валентина. — Надеюсь, ничего не испортили?
Я подошла к ним и крепко обняла обеих.
— Что вы, что вы... Спасибо! Я уже и не помнила, как выглядит блестящий пол. Теперь надо только на мероприятие собраться...
Мы с Алисой тяжело, по-страдальчески вздохнули, что вызвало смех у Валентины.
Собирались мы в гостиной, включив на фоне старый добрый фильм «Девчата», но почти не смотрели его, без остановки болтая о всякой ерунде. Алиса, как настоящий стилист, подобрала мне элегантное черное платье, которое подчеркивало достоинства, но не выглядело вызывающе. На себя она надела платье из того же оттенка.
— Честно, не сосчитать, сколько раз у нас спрашивали, не сестры ли мы, — улыбнулась я, глядя на наше отражение.
Конечно, никто из мужей за нами не заехал, да мы этого и не хотели. Валентина, сославшись на усталость, осталась дома, но, кажется, была только рада вечеру в одиночестве.
Ровно в 18:30 мы вышли из квартиры. К семи часам мы подъехали к огромному, помпезному зданию в античном стиле, от которого веяло дорогой роскошью и холодом.
И вот, едва мы вышли из машины, нас «поджидал» Коля.
— Доброго вечера, прекрасные дамы! — он улыбался во весь рот, как чеширский кот, но в его глазах читалось и облегчение, и затаенная обида.
— Ой, бляя... — протянули мы с Алисой хором и тут же рассмеялись, не в силах удержаться.
Алиса, стараясь сохранять недовольную мину, все же нехотя взяла его под руку. У входа толпились папарацци, и каждому из нас приходилось улыбаться и отвечать на вопросы. Я, как всегда, волновалась, но за два года научилась смотреть сквозь людей, чуть выше их голов, создавая иллюзию контакта.
Внутри здание поражало масштабом: хрустальные люстры, мраморные полы, золото. Здесь было полно красивых, ухоженных женщин и мужчин с жесткими, натренированными лицами. На таких мероприятиях я чувствовала себя рыбой, выброшенной на берег. Обычно я стояла в стороне, но когда Николай или Руслан заключали сделки или обдумывали финансовые условия, они всегда подзывали меня для молниеносных расчетов.
В этот раз, воспользовавшись затишьем, я отошла в сторону и присела за столик у огромного панорамного окна с видом на ночной город. Огни мегаполиса успокаивали. И вот я услышала шаги. Рядом со мной остановился молодой человек.
— Простите за беспокойство. Девушка, можно с вами познакомиться? — его голос был приятным, без навязчивости.
Я на секунду заколебалась, но что-то в его спокойной энергии не вызывало тревоги.
— Да, почему бы и нет, — ответила я, мягко улыбаясь, но глядя куда-то в район его галстука.
— Отлично! Меня зовут Джейкоб. А вас, миледи?
— Адель. Приятно познакомиться.
И мы заговорили. Сначала о нейтральном — о мероприятии, о музыке, о виде из окна. Но разговор как-то сразу пошел легко и непринужденно. Время пролетело незаметно. Я смеялась над его шутками, и к своему собственному удивлению, поймала себя на том, что последние пару минут смотрю ему прямо в глаза. Они были теплыми, карими, и в них не было ни капли того леденящего душу холода, которого я так боялась. Не было оценки, скрытой угрозы или жалости. Было... просто любопытство и интерес.
— Адель, ты где? Адееель!
Меня искал голос Алисы, выдергивая из этого неожиданного пузыря спокойствия.
— Я здесь, — я элегантно подняла руку, чтобы подруга меня заметила.
Она подошла, бросив на Джейкоба оценивающий, но пока дружелюбный взгляд. Спустя пару минут светской беседы выяснилась интересная деталь: Джейкоб оказался новым перспективным партнером, который сейчас начинает сотрудничать с Русланом и Николаем.
Позже, уже сидя в машине рядом с Алисой, я смотрела на мелькающие огни и ловила себя на мысли о том незнакомце. Его образ не вызывал тревоги, а наоборот, оставлял после себя странное, теплое чувство.
— Ну что, — нарушила тишину Алиса, разглядывая меня с хитрой улыбкой. — Рассказывай. Что это за паренек был? И почему ты на него так подозрительно долго смотрела, а?