𝒫𝒶𝓇𝓉 7. 𝒟𝒶𝒹𝒹𝓎.
— Мы приехали, — донёсся голос слева от девушка и та нехотя посмотрела на источник звука. В машине было максимально скучно, потому что кто-то затопил чей-то телефон и обида засела глубоко в душе. Но на данный момент Дженни чувствовала только кошмарные мурашки по коже, которые неприятно въелись из-за холода.
Парень быстро одарил свою одноклассницу недовольным взглядом и, хотя своей тупостью полчаса назад она явно порадовала его, вышел из машины.
Брюнетка до сих пор не могла разобрать игру, которую заладил этот никчёмный паренёк. Его достаточно сложно понять, ведь иногда он ведёт с ней очень даже ласково и нежно.
— Алло, — Чонгук стучит по стеклу, — ты выходить будешь?
Дженни лишь закатила глаза на очередной вопрос Чона. И резко открыв дверку, зацепила одноклассника.
— Упс, — с ухмылкой произнесла она и вышла из гаража, в который они заехали минутами раннее.
Снова мерзкий дождь начал капать на лицо, но Ким уже нечего терять и только, как парень обогнул её предварительно накинув на свою голову капюшон, девушка послушно направилась за ним.
— Кто у тебя дома? — спросила темноволосая, уже стоя на крыльце и вопросительно таращилась на парня.
— Много кто, — бросил он и, открыв дверь, прошёл внутрь. Ким лишь шмыгнула носом и направилась за Чоном, потому что прекрасно понимала, что деваться некуда. Вся мокрая и без телефона, вот куда?
— Незаметно, — брюнетка сняла свои мокрые кроссовки и, стоя на коврике только в смешных розовеньких носочках, начала оглядывать дом, — симпатично.
— Ты серьёзно так и будешь стоять в проёме и ждать особого приглашения? — фыркнул парень.
— Я в отличие от некоторых хоть воспитана, — натянуто улыбнулась в ответ.
— Ага, стой-стой, но, если ты сляжешь у меня дома с температурой, я тебе клянусь, выпровожу из дома снова под тот ливень, договорились? — «Может быть он так проявляет заботу?», — пролетело в мыслях, но получив от самой себя хороший подзатыльник, выбросила такое ужасное предположение из головы. «Глупо».
Дженни снимает свою кожаную куртку, которая точно не помогала от проникшего под одежду холода, и вешает мокрую вещь на какую-то статуэтку-вешалку, проходя мокрыми ногами внутрь. Перед ней открывается гостиная соединённая с кухней. Чонгук успел уже поставить чайник и окинуть взглядом свою одноклассницу. А та даже не задумалась о том, что её блузка вся просвечивалась и было понятно: на ней красовался дорогой кружевной лифчик, удачно прикрывающий грудь молоденькой девушки. Худощавое тело также было видно, ведь прилипшая мокрая одежда так хорошо подчеркивали превосходную фигуру Дженни. Лицо облепило несколько прядей мокрых волос. А большие глаза бегали по дому, внимательно всё высматривая.
Всё это длилось несчастную минуту, но парень явно не рассчитывал на такой расклад дела и, подорвавшись с места вышел вон из комнаты, под испуганный взгляд темноволосой.
— Это… — начал как-то неуверенно шатен, как только пришёл обратно, — возьми полотенце, — он протянул Дженни белую мягкую вещь, — и… в душ сходи.
«Он что, смущается?», — не понимая поведение одноклассника, думает гостья. Но всё-таки сократив расстояние, берёт полотенце.
— Ванна по коридору налево, — быстро бросает Чон и ещё раз пробегается по телу Ким. Та, в свою очередь, кивает и скрывается за дверью.
— О, Боже, — говорит Дженни, только посмотрев на себя в ванном зеркале, — стыдоба, — шикает она, но улыбается такому поведению своего одноклассника, — не думала, что его это так взбудоражит.
Девушка быстро принимает горячий душ, пытаясь согреть своё тело, не перестающее дрожать.
Мурашки не покидают своего места, но теперь они из-за другого: от столь приятного и тёплого прикосновения настойчивых струек. «Кайф», — летает в мыслях. Наверное, если бы была возможность, то брюнетка бы засела в этой ванне на весь оставшийся вечер. Есть только одно «но» — чужой дом.
Дженни быстро смывает не свой гель для душа с тела и шампунь. Нагло? Возможно. Но, если можно, почему бы не воспользоваться? Теперь из душевой кабинки выходит опрятная Ким и накинув на себя полотенце успешно замечает, что одежду парень не соизволил ей принести, а мокрую она надевать не будет.
— Чонгук, — впервые с полной серьёзностью произносит Дженни, как только застаёт парня на диване, — а ты мне можешь дать что-нибудь? — «Блин, а что оставалось делать? Кричать во всю глотку, чтобы этот глухой индюк услышал меня? Нет, спасибо. И вообще и так, и так, он увидел бы меня», — оправдывает саму себя, анализируя свои поступки.
— Конечно, — неуверенно отвечает он и, одарив свою подчинённую непонятным взглядом, покидает гостиную.
Теперь перед Чоном появляется одноклассница в одной его футболке, которая удачно прикрывает пятую точку. А на ключицах и прям до груди красуются мокрые полоски, стекающие с волос. Такой образ вызывает лишь пошлую ухмылку у шатена. А Дженни чувствует себя максимально некомфортно. Особенно перед этим ужасным пареньком, которого та ненавидит всем сердцем.
— Впечатляет, — сидя на диване и предварительно убрав телефон в сторону, оценивает образ Дженни.
— А меня не очень, — процеживает она и по хозяйски проходит на кухню, дабы заварить себе горячий чай и полностью расслабиться в чужом доме. Ведь по-любому она тут застряла надолго: вещи мокрые; на улице льёт, а телефон давно покоится.
— Не наглеешь? — следит за действиями своей подруги Чонгук.
— Тебе можно, а мне нет? — не желая поворачиваться, говорит Ким, продолжая искать сахар в разных шкафчиках.
Резкий разворот к лицу темноволосого и девушка пугливо хлопает глазками от такой неожиданности. Чонгук нагло смотрит в глаза напуганной Дженни и эта вся ситуация его забавляет. Он представить не мог, что под такой холодной и безразличной Ким скрывается такой пугливый котёнок, который также всего пугается. Но он усёк: Ким Дженни умело скрывает свои эмоции, как только приходит в себя — годы тренировок, конечно.
— Я имею право на всё, — сжимает он тонкую талию одной рукой, которую удачно уместил на теле девушки, — малышка, — шепчет Чон на ухо, — а вот ты нет.
— Ну прям барин, — неестественно улыбается Ким, — а теперь отпусти меня.
— А я не хочу, — улыбается также шатен и сдавливает сильнее свою руку, — вот не хочу.
— А я хочу чай, — чуть пискнув от силы парня, сквозь зубы произносит брюнетка.
— Перехочешь, — ненавистный человек для девушки склоняет голову налево и приближается ещё ближе к Ким.
— Не надо, — поняв к чему всё идёт, Дженни быстро кладёт руки на грудь Чона и пытается всей силой отодвинуть этого парня.
— Почему? — томно шепчет Чонгук и его лицо накрывает еле заметная улыбка, от столь смешной реакций «игрушки».
— Потому что, — рявкает темноволосая и отталкивает шатена от себя.
— Ты настолько тупая, — отойдя от одноклассницы, оскорбляет парень, — на самом деле ты меня даже не возбуждаешь и целовать тебя как-то не очень хочется.
— Слава Богу, — улыбается Дженни, — что это взаимно!
— Вот и отлично.
* * *
Холод и неприятный шум за окном заставляет открыть глаза.
Темноволосая тянется и переваливается на другой бок, почти закрываясь одеялом с головой. Но не тут-то было, она явно почувствовала чужое присутствие на противоположном краю кровати. Дженни открывает свои сонные глаза и чуть не вскрикивает от знакомой рожи, лежащей рядом.
«Когда я успела уснуть в кровати у этого кошмарного паренька?», — думает про себя Ким и быстро достаёт свои ноги из-под тёплого одеяла и пускает на ледяной ламинат. Морщась от холода, она всё-таки выходит из комнаты, предварительно посмотрев никого нет ли из родных Чона.
Девушка берёт свои вещи с так называемой сушилки, куда вчера сама же повесила. Быстро преодолевает лестницу и, натянув на себя школьную форму, покидает дом.
Холод с концами одолевает хрупкую Ким. Вчерашний дождь даёт о себе знать. Всё пропитано им и кошмарным пронзительным ветром.
Дженни даже не может вызвать себе такси. И найдя в кармане куртки мелочь, садится на первый автобус.
Темноволосая проклинает себя за свою легкомысленность и вспоминает, как вчера отрубилась на чужом диване, смотря какую-то передачу, пока Чонгук удалился на несколько минут. «Лучше бы дома сидела», — эта мысль не может покинуть голову. Но с другой стороны, Чон точно разрядил типичные будни, которые уже наскучали Дженни. Живя в Сеуле, она, в принципе, не бывала дома, а только приходила ночевать и то, чтобы отец не волновался. А сейчас так скучно. Невыносимо.
Задумавшись, брюнетка даже не замечает, как подъехала на свою остановку, но всё-таки придя в себя, быстро выбегает из общественного транспорта, успевая не попасть под закрывающие двери.
Сегодня выходной. И несмотря на плохую погоду, хочется погулять. И поймав саму себя на этой мысли девушка решает написать Лисе. Но оставляет эту идею на потом, потому что сейчас есть дела поважнее. Дженни достаёт дрожащими руками ключи и открывает входную дверь. Тишина. Ещё все спят. Ким снимает верхнюю одежду и проходит на кухню.
— 7:03, — лишь устало выдаёт девушка, смотря на настенные часы, — вот это выходной, — обидчиво бросает она.
Уже забираясь под своё тёплое одеяло в комнате, Дженни надеется поспать часок другой и легко уходит в сладкий сон.
* * *
— Да, в смысле, пап?! — возражает Ким, сидя на кухне и смотрит на спину своего отца.
— В прямом! Ты дома не ночевала! — слышится рассерженный голос Туена, — И даже не предупредила.
— Я тебе в сотый раз объясняю… — девушка повышает голос и вскакивает с места, — я тебе нормальным языком говорю: мой телефон покоится в фонтане, не могла я предупредить! И вообще ты так не парился, когда я в Сеуле не ночевала дома. Тебе было всё равно! — высказывает Дженни всё что накопилось.
— Во-первых, — выделяет мужчина таким же громким голосом, хотя редко повышал голос на свою дочь, — даже не думай на меня орать! Я всё-таки твой отец. — господин Ким поворачивается к девушки, которая от неожиданности села на место и вылупила свои глаза, — Во-вторых, ты могла домой заехать и предупредить, а не так, чтобы мы искали тебя везде. Ты даже брату ничего не сказала. И, в-третьих, ты сидишь все выходные дома, это даже не обсуждается! Может так поймёшь свою ошибку и без телефона.
— Но папа! — возникает Дженни, — мне уже почти 18, я должна всегда плясать под твою дудку?!
— Никаких «но»! — перебивает он, не желая дослушивать, — Дженни, — смягчается мужчина, не торопясь сесть напротив дочери, — я просто волнуюсь за тебя.
«Единственное за что ты волнуешься — это за бумаги, которые валяются повсюду», — Ким с недавних времён начала реально замечать это и так хочется выдавить эту фразу, но она держит своё желание при себе.
Ким Туен и правда посвящал немного времени девушки. А та за что-то ещё его благодарит. И просто встав изо стола, вылетает пулей из кухни, процеживая сквозь зубы: «Спасибо, отец».
Укутавшись в одеяло, Дженни начинает тихонько плакать, словив себя на правильной мысли. Да, все мы сильные, но иногда чувства и правда вырываются наружу.
Настолько обидно, что родной отец не проводит со своей дочерью время. Всегда в работе. Нет, конечно, работать надо, но уделять время своему единственному ребёнку просто обязан. Дженни даже не может вспомнить моменты с ним, хотя они должны быть, это ведь семья. А что получается? Ким кинута на произвол судьбы? Отец, которому вообще плевать на неё, только и может её отругать или сделать замечание. Мать, которая неизвестно где, кинувшая свою дочь с ранних лет. Бабушка, которая воспитывала Чимина и сейчас ей заслужен отдых. И только сам парень остаётся, которым она так сильно дорожит.
Темноволосая забывается в своих мыслях и, не контролируя себя, показывает всю боль. Она долго внушала себе, что отец её любит и дорожит, а сейчас убеждается в обратном. Вся комната заполнена громким рёвом и всхлипами. Ужасное чувство…
— Дженни, — слышится испуганный голос, а после тепло исходящее от парня, — маленькая моя, что случилось?
— Уйди, — сквозь слёзы просит брюнетка, ещё сильнее уткнувшись в подушку.
— Ну, уж нет, — Чимин начинает её гладить по спине, — повернись ко мне и расскажи всё.
— Нет, — лишь выдаёт Ким.
— Да.
— Нет.
— Так, Ким Дженни, хватит так себя вести, — Пак ловким движением поднимает сестру и сажает рядом, — рассказывай!
— Не-е-ет, — ещё сильнее взрывается от слёз девушка, понимая, как жалко она сейчас выглядит.
Дженни закутывается в одеяло и хочет снова улечься на своё заплаканное место, но сильные руки парня не дают этого сделать. Резкий толчок и темноволосая прижимается к груди брата, утыкаясь носом в одну из ключиц.
— Сладенькая моя, успокойся, — нежный голос и всхлипы становятся всё меньше, — просто расскажи мне.
— Отец дома? — вдруг задаёт вопрос Ким, но слёзы сами льются из глаз.
— Нет, и я не знаю, как давно он ушёл, я только домой зашёл, — отвечает Чимин, — и вообще я тебе вопрос задал… или а-а-а… — Пак потихоньку догадывается в чём дело, — ты это из-за отца? Наказал тебя что-ли? — ответа не последовало, но зато последовал плач пуще прежнего, — ну, малышка, нет, пожалуйста, — жалостно скулит парень, ненавидя слёзы сестры…
— Я не хочу так… Почему у меня нет нормальной семьи? — снова начинает высказываться Ким, но уже брату, — только ты у меня есть, больше никого, — сестра поднимает и смотрит в глаза родного человека. А от этих слов у Пака разливается тепло по телу.
— Солнышко моё, — обращается тот, не давая опустить голову Дженни, обхватывая лицо двумя руками, — не плачь, пожалуйста, — он вытирает большим пальцем такие горячие слёзы сестры, — или я сейчас вместе с тобой буду плакать.
— Нет, Чим, не надо, — выдаёт резко она, уже точно понимая, что из-за её глупых мыслей расстраивает дорогого человека.
— Может всё-таки расскажешь в чём дело? — и снова громкий крик из-за боли. Темноволосая утыкается в свои коленки.
— Х-хорошо, — девушка решает, что высказаться всё равно надо: так станет легче на душе. И она с долей надежды смотрит на Чимина и хочет услышать поддержку из его уст.
Рассказав всё, что давно тревожило сердце Ким, слёзы всё равно текут не прекращаясь.
— Пф, ну нашла проблему, — оценив всю ситуацию отвечает брат, — просто взяла и накрутила себя, — в его словах есть какая-то неуверенность, которую удачно замечает брюнетка, но не вдаётся в подробности, думая, что ей это показалось, — и вообще не плачь, а то скоро соплями подавишься!
— Ну перестань! — она поднимает свои красные глаза от слёз и с досадой произносит эту фразу.
— Да, ладно-ладно… Хочешь я брошу все свои дела на сегодня и мы будем целый день с тобой? Валяться, дурачиться, смотреть фильмы и есть разные вкуснятины?
— Честно? — как маленькая девочка спрашивает Дженни и с надеждой смотрит в глаза.
— Честно, — отвечает быстро тот, даже не задумываясь, — моя малышка, — на устах появляется улыбка и он валит сестру на спину, укладываясь рядом.