Doll

Дахён подслушала разговор Марка и Джексона. Марк сказал Джексону, что дядя решил сам разобраться с Лисой и поехал к ней. Джексон был в шоке и сказал, что об убийстве никакого уговора не было. Что они просто хотели поставить на место Лису. Вернее поменять местами Лису и Дахён.
Дахён должна была стать красавицей универа, а Манобан затеряться.

***
Когда я вечером вернулась в пустой как обычно дом после долгих часов в полиции, в течении которых двести пятьдесят шесть раз пересказывала случившееся каждому сотруднику правоохранительных органов. Я осталась один на один с бардаком.
Суён была в больнице. Спать не хотелось. Я отправилась в душ, а после вооружившись пылесосом убрала квартиру. Первый раз за долгие годы.

Мне казалось,что я убираю не только в доме, но и в своей душе. Рухнули стены, которые она возводила столько лет. Она не считала Джой, Тэён, Джису, Марка и Джексона предателями, точно так же как никогда не считала их друзьми.

Они были людьми, с которыми удобно. Они просто собравшись однажды вечером решили устроить эксперимент. Я знала только про то, что они поспорили на Дахён, но то что спор распространялся и на меня, я даже не не могла предполагать.

Теперь все стало на свои места. Этим людям действительно было за что меня ненавидеть. Я же не могла ничего чувствовать.
Все выключилось. Не зря же, что я Кукла. Потом конечно Марк рассказал, что затеял такой спор по просьбе своего дяди. Который преподавая в прошлом году мне довольно примитивную дисциплину и не догадывался о наличии в моей группе такого мыслителя как я. Затем наткнувшись на сайте на мою работу он просто был в шоке, глупая и бездарная Манобан это написала?!
Нет. Она купила,  он решил проверить. Зашел в мою бывшую школу и пообщался с моими бывшими учителями. Ему рассказали какие золотым, чудесным и умным ребенком я была до тринадцати лет. Но он в то время был занят другой жертвой и я встала в очередь на смерть. За лето он подготовил племянника и его глупую компашку, и с началом нового учебного года начал свой план претворять в жизнь.

Зачем?
Он писал книгу. Книгу о  людях совершающих самоубийства. О причинах и последствиях. Об изменении их характеров. Он пытался доказать, что самые светлые умы, самые востребованные люди могут лишить себя жизни. Что их тоже легко сломать. И он сломал. Всех. Кроме меня.

Почему-то чувство гордости не было. Конечно же после того как эта история раскроется мое честное имя будет восстановлено. Но мне было все равно. Я снова была одна в пустой и холодной квартире. Что там говорила Черин? Я выйду замуж, а папа останется вот так один?

Я набрала номер бабушки. Она ничего не знала. Так же как и отец.
- Ты знаешь номер Черин?
- Зачем тебе? - насторожилась она.
- Хочу поговорить с ней.
- Ты уже достаточно сказала в ресторане. Хватит уже. Оставь их. У них завтра развод.
- Что?! Папа же уехал?
- Он у друзей. Запивает свою жизнь производством водочного завода.

Я выяснила у бабушки адрес Загса и отключила телефон. Послышался звонок домофона. Я с опаской прошла к нему. Ведь из всех виновников моих бед задержали только Кёнсу, и то только за организацию моего избиения. Ведь находясь в моей квартире он не нанес мне никаких ударов, не стрелял, не угрожал.

Мы живем в стране где наказывают только за физический урон. Моральные страдания никого не интересуют. А ведь когда меня били, я не чувствовала боли по одной простой причине мне было некому помочь...
И нет смысла никого ждать. Я сняла трубку, там голос радостный голос Дахён прочирикал:

- Открывай! Я принесла тортик!

Я была ей рада. Искренне очень рада. Открыла дверь. Через пару минут у меня в прихожей переминались с ноги на ногу Дахён и Юнги. Вот второго человека я не ожидала увидеть

- Вот это тебе! - мне вручили устрашающих размеров торт.

- Спасибо... - только и сказала я.

Мы так и застыли. Чувствуя неловкость с трех сторон. Но я наконец вспомнила, что я хозяйка и у меня гости.

- Проходите на кухню. Надеюсь я знаю где у нас чай лежит, - сказала я.

Моя шутка разрядила обстановку.
Через полчаса мы сидели на кухне и смеялись. Не знала, что могу так весело проводить время. Временами я ловила на себе взгляд Юнги.
Только сейчас вспомнила, что я без косметики и в спортивном костюме. Дахён все поняла и ушла в ванную, затем повисла неловкая тишина.

- Как ты себя чувствуешь?

- Я хорошо. А ты?

- Знаешь, не очень. Ты очень тяжелая в курсе?Я чуть спину не сломал! - рассмеялся Юнги

- Кто тяжелая?! Я?! Я вешу сорок девять килограмм!

- Ты забыла циферку спереди добавить, сто сорок девять! - бросили мне.

- Пошли я тебе сейчас докажу!

Я потащила его в комнату и встала на весы.

- Вот видишь?!

Он поставил свою ногу, стрелка поползла к отметке шестьдесят.

- Так нечестно! - я столкнула его. Он упал на ковер, видимо не рассчитав мою силу.

- Ну держись! - его глаза загорелись.

Я стремглав бросилась из комнаты, конечно он догнал и прижал к стене. Принялся щекотать, а я отбиваться.

- Прекрати! - кричала я, просто корчась от мук смеха.

Он остановился. Серьезно так посмотрел мне в глаза и сказал:

- Я сегодня так испугался, что с тобой что-нибудь случится.

- Почему?

- Не хотел тебя терять, так и не осознав как ты мне дорога. Я люблю тебя.

Я не успела ничего ответить, так как вошла Дахён. Она немного смутилась. Юнги отошел от меня на расстояние трех шагов. Мне кажется достаточно было и одного. Согласитесь нелепо, стоять в углу комнату и упираться в цветочной горшок.

- Нам пора уже, Юнги. Не хочешь поехать к своей бабушке? - предложила она.
- Страшно наверное здесь одной.
- Я с двенадцати лет здесь одна - ответила я. - Уже привыкла. К тому же у меня завтра утром дело есть

Они стали собираться. На выходе я окликнула Дахён.

- Ты как? - спросила я.

- Жить можно, - ответила девушка, и улыбнувшись мне ушла вслед за братом. А в глазах мерцала жгучая боль, что я осознала. Она самая сильная в этой истории. В этом мире оставаться добрым не так то легко.